Его маленькая заноза - Анна Мишина

— Кхм, — слышу.

Смотрю в зеркало заднего вида и…

— Твою мать, — ругаюсь, чуть не опрокинув на себя горячий кофе. — Инфаркт чуть не схлопотал. Рубец так точно на всю жизнь, — сам не понимаю, почему закипаю от злости.

— Извини, — шепчет одними губами.

— Ты как тут оказалась? — оборачиваюсь и смотрю на притихшую девчонку.

— С самого отъезда, — говорит уже громче.

— Пересядь сюда, а то я шею сломаю еще, — киваю на соседнее кресло.

Два раза просить не нужно, она выходит из машины и садится на пассажирское рядом. Вот теперь понимаю, что это не глюки с запахами. Это ее я и чувствовал.

— И? — все-таки делаю глоток горячего кофе и морщусь. Черт, вот это горечь.

— Ой, — вдруг ее личико озаряется улыбкой. Она поворачивается назад и тянется к сиденью. Вжикает молнией и уже через пару секунд передо мной коробочка из кондитерки, которую я ей вечером принес.

— Спасибо, но в другой раз, — отказываюсь.

А Мира закрывает коробочку и возвращает на место.

— Так что будем делать? — спрашиваю.

Молчит. Хмыкаю.

— Почему просто не сказала, что хочешь уехать? — смотрю на нее.

— Ты бы сказал об этом Лене. Она не отпустила бы.

— Так тебе лет-то сколько?

— Девятнадцать.

— Ну так как она тебя может не отпустить? — удивляюсь.

— Она не любит Москву. Была бы против.

— Та-а-ак, — тяну, пытаясь составить план действий. Еще минуту назад я понимал, что хочу. А сейчас снова кавардак в голове.

— Помнишь, ты сказал мне в первый день своего приезда, что я могу просить у тебя все, что захочу? — смотрит на меня своими зелеными омутами.

Я помню свои слова. Еще бы.

— Так вот. Хочу воспользоваться правом на желание, — натягивает улыбку. Я почему-то взглядом цепляюсь за ее пухлые алые губы, которые она кусает. Сглатываю. Нет, это полная хрень. Мои же слова против меня. Но отказываться будет верхом идиотизма. — Возьми меня с собой. Я, честно, не буду мешать и надоедать. У меня есть деньги, просто помоги снять номер в отеле на пару дней. Я сама разгребусь и не буду мелькать у тебя перед глазами, — тараторит. — Найду комнату, где разрешат держать собаку. Я же его не могу бросить! Кто я буду после этого?

Ее зрачки пожирают зеленую радужку. Волнуется, от этого и строчит, как из пулемета. И про собаку… а я своего сбагрил родителям. Даже стыдно становится. Я не справился, а девчонка переживает за своего мохнатого друга.

— А сейчас кто с ним там? Кормежка на ком? — спрашиваю.

— Тетя Маша, соседка. Она и за курами присмотрит. Ей не в тягость, да и яйца будут. Зерна там еще много. А потом видно будет. Или вернусь, если тут ничего не получится, либо отдам ей их насовсем.

— Ясно, — выдыхаю.

Завожу машину и, поставив стаканчик в подстаканник, выезжаю с парковки. В голове снова карусель.

И куда ее везти? В отель? Гостиницу? И что потом? Я же не смогу продолжить спокойно заниматься своими делами, прекрасно зная, что она где-то здесь. В чужом огромном городе. Среди чужих людей. И что мне прикажете делать?

— Артем! — мои мысли разрезает испуганный голос. — Красный!

Черт! Бью по тормозам, все же успевая вовремя остановить машину у светофора, который уже во всю горит запрещающим движение сигналом.

Так, Артем Сергеевич, кажется, ты теряешь бдительность. Пора уже взять себя в руки.

Как только снова загорается зеленый, страгиваюсь с места.

Мотель-отель-гостиница. Пашка в тот раз со мной не поехала. Хотя я был готов ее приютить. И что, я Мирку отправлю в отель? Сам себя грызу за эту мысль.

Правильное на первый взгляд решение приходит само собой. Через еще час мы въезжаем на территорию дома, в котором я живу. Проезжаю в подземный паркинг и паркуюсь. Глушу двигатель.

— И куда ты меня привез? — подает голос Мира.

Поворачиваюсь к ней и смотрю в милое личико.

— К себе, — а вот теперь я точно понимаю, что просто мне не будет.

Мира

С виду спокойный, но его состояние выдает постукивание пальцами по рулю. Он сосредоточенно о чем-то думает. Но при этом нервничает. Да, это я виновата. Влезла в его размеренный образ жизни. Натрепала ему про то, что сама справлюсь… бла-бла-бла. Актриса ты, Мира. Ну как одна? Я эту Москву боюсь, как не знаю что. И только из-за того, что боялась потерять связь с Артемом, решилась на такое. Теперь-то вот сижу и понимаю, что произошло. Это вообще на меня не похоже. Моя зона комфорта осталась там, дома.

А когда мы въезжаем на территорию какой-то сумасшедшее красивой высотки, понимаю, что это не гостиница. А когда спрашиваю, догадываюсь, какой будет ответ. Да, я догадывалась, что он меня не бросит. Чувство ответственности. Он такой. Я знаю. Откуда? Не отвечу на этот вопрос. Но я чувствую на каком-то непонятном для меня уровне, что Артем хороший. Во всех смыслах. И то, что он привез меня к себе, это о многом говорит. Ну или я просто его романтизирую.

— Пойдем, — дергает за ручку на двери и выходит из машины.

Достает из багажника свою сумку и ждет меня. Я быстренько выбираюсь из машины и с заднего сиденья забираю свою сумку.

Артем оглядывает меня с ног до головы и, кивнув своим мыслям, направился к лифтам. Я за ним.

Войдя в железную коробку, он нажимает на кнопку с цифрой пятнадцать. И лифт мягко поднимается вверх. Это время кажется вечностью, хотя от силы минута, если не меньше.

Он стоит ко мне спиной. Высокий, подтянутый. С симпатичной з…

Черт! Щеки мигом становятся красными. Разве это нормально, разглядывать мужскую задницу? Вот такую, шикарно обтянутую джинсами.

Зажмуриваюсь. Это становится неконтролируемым. Нет, не пялиться на задницу Гаранина. А разглядывать его. Оно само как-то выходит.

Лифт мягко останавливается и двери расползаются в разные стороны. Артем выходит первым, я за ним. На площадке три квартиры. Подходим к одной из дверей. Мужчина отпирает замок и открывает дверь, пропуская меня вперед.

Не люблю входить первая. Хотела уже испугаться, что темно, но сразу же включается свет в небольшой прихожей. Точечные светильники на высоком потолке ярко освещают пространство.

Артем разувается, наступив на пятки ботинок, и, кинув сумку на пол, проходит внутрь квартиры. Я разуваюсь и по светлому полу прохожу за ним. Небольшая прихожая, перетекающая в коридор, который ведет на кухню и в большую гостиную с огромными окнами в пол.

Артема не видно. И в квартире стоит тишина. Разглядываю интерьер. Мужской. С четкими линиями. Светлый пол, серая мебель…