Антология фантастики и фэнтези-80. Компиляция. Книги 1-12 - Антон Витальевич Демченко

ходока. Все-таки многочисленные огненные удары сказались на этом таком крепком на рану порождении Тьмы. Правда, гипертрофированное даже для тварей Пустошей упорство по-прежнему толкало его атаковать верткую и кусачую добычу, и можно не сомневаться, он будет пытаться дотянуться до ходока, даже на пороге смерти.

— Это уже не упорство, а упоротость… — Сосед, как всегда, в своем репертуаре. Коротко, емко, язвительно. Но сейчас у меня нет времени на болтовню. А потому… вот сволочь! Как же развернуть этого борова?! Бить его в зад даже освященными или алхимическими болтами — просто бесполезно, он даже не почешется.

В этот момент в морду жвальня прилетела очередная граната и расплескалась по чешуе. Тварь коротко взвыла и покатилась вниз, вздымая облако пыли и обрушивая целый камнепад. Медленно-медленно… для меня. Успею? Успею.

Приклад арбалета уперся в плечо, басовито прогудела тетива, и сошедший с направляющей обработанный алхимией болт устремился к цели, оставляя за собой взвихрившийся снежинками след. Аккуратный, чтобы не повредить механизм, рывок взводящей рукояти на себя — и под тихий, почти неслышный треск шестерен тетива вновь встает на боевой взвод. Еще один болт ложится на направляющую и почти тут же срывается в полет, туда, где ревущий во всю свою луженую глотку жвалень пытается вырвать угодивший ему в пасть первый болт. Промах! И белесое пятно изморози растекается по шее твари. Надо же! Не обратил внимания на наконечник и вместо нужного использовал один из тех, что покупал для охоты на пауков, а у них вообще нет острия. Только керамический шарик с алхимической морозной смесью. Таким бесполезно пытаться бить тварей, а уж пробить толстую чешую жвальня и подавно невозможно…

Для следующего выстрела я уже не выхватываю из кивера первый попавшийся под руку болт, а, ориентируясь по цвету оперения, вытаскиваю снабженный наконечником-жалом. Этот тоже обработан алхимией, но, в отличие от предыдущего, имеет все шансы вскрыть броню твари и изрядно понизить температуру ее тела!

Выстрел! И вместе с моим болтом в морду жвальня впивается еще один. Это очнулся ходок на осыпи. Вот интересно, а ведь я не видел у него арбалета… Распадок оглашает истошный полурев-полувизг, и тварь, пошатнувшись, падает на подламывающиеся лапы.

Но перевести дух я не успел. Стоило только начать подниматься на ноги, как сосед буквально полыхнул эмоциями. Тут было все — от настороженности до гнева. Но предупреждение, пусть и сумбурное, все же дошло до меня, и я рухнул на колено. Вовремя! Над головой просвистел болт. Однако ничего себе благодарность!

Неужто мне не повезло нарваться на одного из людей синдика? Или у ходока от приключения со жвальнем просто крыша поехала, как выражается мой бестелесный друг?

— А мне вот интересно, если ты прав со своей теорией добрых дел и причиняемое зло действительно растит в душах людей тьму, то как типы, подобные синдику или той же Насте с ее охранниками, до сих пор не попались на зуб инквизиторам? — как всегда неожиданно прорезался мой сосед.

— Это все, что тебя беспокоит? — мысленно осведомился я.

— Ну да. — Были бы у духа плечи — он непременно ими пожал бы. Вот просто чую! Чудненько. Меня тут обстреливают, а все, что интересует соседа, — этические проблемы и реальная ценность проповедей святых отцов. Нашел время, ничего не скажешь.

Тем временем ходок и не думал успокаиваться и продолжал садить по мне из арбалета с завидной скоростью. То ли тоже глотнул эликсиров, то ли у него на вооружении вовсе не арбалет, а что-то другое. Иначе объяснить эту бешеную скорострельность я не могу. Учитывая же тот факт, что дед не горит желанием продавать свои уникальные творения направо и налево, и представляя себе фантазию имперских оружейников, вечно выдумывающих какие-то хитрые приспособления для охоты и сражений, я склонен предполагать второй вариант. Скорее всего, мой противник вооружен чем-то оригинальным и скорострельным.

— Он один? — спросил я соседа.

Тот ответил утвердительно. Это хорошо, значит, в спину удара можно не ждать, а это уже дает возможность для маневра и контратаки. Прекратив судорожно метаться по плешивой вершине холма в попытке сбить противнику прицел, я отпрыгнул от очередного выстрела, ударившего рядом со мной огненным фонтанчиком, и рванул вниз по склону, стараясь выйти из зоны видимости неугомонного стрелка, находящегося несколько выше, а потому имеющего очень хороший вид на мой холм. Отстреливаться от него я даже не пытался, все равно, даже с моей увеличенной эликсирами старика скоростью и реакцией, у меня просто не хватало времени на перезарядку арбалета. Кто сказал бегство? Тактическое отступление. Оставлять за спиной агрессивного стрелка было бы глупостью. А значит… значит, придется его нейтрализовать, выражаясь заумным языком моего бестелесного соседа. Но для этого сначала нужно скрыться с глаз ходока. А потом уж можно будет и взять его за кадык. Обязательно. Жаль, что рвануть в атаку напрямик мешает тот самый обрыв, из-за которого я и выбрал этот холм в качестве «засидки». Иначе, находясь под действием эликсиров, я не стал бы мудрить с отступлениями и прочими фланговыми обходами — все равно противник ничего не смог бы противопоставить моей скорости.

Рывок удался, хотя и пришлось обходить распадок по дуге, а там и вовсе зайти к противнику с тыла. Ну а дальше все было просто и понятно. Один удар в челюсть едва успевшему повернуться ко мне лицом ходоку, легкий и аккуратный, чтобы не убить ненароком, и дело сделано.

Наблюдая, как медленно для моего ускоренного эликсирами сознания оседает на камень тело противника, я наконец немного расслабился. Угроза, пусть и временно, устранена, и новых вроде бы не предвидится. По крайней мере, сосед молчит, а это уже что-то.

Действие эликсиров окончилось, как всегда, внезапно и абсолютно неожиданно для меня. В глазах помутилось, рекой полились слезы, уши заложило, а из тела словно выдернули все кости, и я мягко осел рядом со своим недавним противником. Ладно, переживем. Через пару минут все будет в порядке, а головная боль придет не сразу. Не знаю точно, сколько времени у меня есть, но чую, стоянку на ночь придется обустраивать пораньше, иначе я рискую свалиться с головной болью прямо посреди маршрута. А это не самый лучший вариант в Пустошах.

Как и написал дед в поясняющей записке к эликсирам, мое самочувствие пришло в норму меньше чем через пять минут, и я наконец получил возможность хорошенько рассмотреть своего противника. Что я могу сказать? Обычный ходок. Довольно молодой, лет двадцать — двадцать пять на вид. Невысокий, черты лица… ну, если бы