Славянское язычество - Владислав Владимирович Артемов

идол, называемый именем Ярилой, который в сих странах за бога почитаем был, пока еще не было христианского благочестия». Описанные гулянья, как отмечают многие свидетельства, носили эротический, разнузданный характер, напоминая древние празднества культов плодородия, на которых с помощью магических обрядов, символизирующих оплодотворение земли, пытались гарантировать будущий урожай, обеспечить плодородие. Обычно «игрища» завершались ритуальными похоронами главного героя (его куклы-чучела). Это сближает Ярилу с целым рядом аналогичных погребаемых (сжигаемых, спускаемых в воду) восточнославянских персонажей (шире – с плеядой умирающих и воскресающих богов разнообразных культов).

Ритуальный образ Ярилы, как и сходных персонажей, представляет собой образ умирающего и воскресающего бога. Ярилу описывают как человека на белом коне и (если его изображала девушка) в белой мантии. Если Ярилу изображал парень, зачастую он был голым. Голову Ярилы покрывает венок из весенних цветов, в его руках – колосья. Сам он молодой, светлоглазый и со светлыми кудрявыми волосами. Где Ярило пройдет – будет хороший урожай, на кого посмотрит – у того в сердце разгорается любовь. Во многих песнях, присказках люди обращаются к этому божеству с просьбой о теплом лете и хорошем урожае.

В Белоруссии в конце прошлого века Ярилины гулянья праздновали в конце апреля. Крестьяне выбирали красивую девушку, наряжали ее в белые одежды, на голову ей надевали венок и сажали на белого коня. Хоровод девушек, также с венками на головах, сопровождал коня к полю, распевая песню:

Волочился Ярило

По всему свету,

Полю жито родил,

Людям дети плодил.

А где он ногою —

Там жито копою.

А где он ни глянет —

Там колос зацветет.

После принятия христианства некоторые черты Ярилы воспринял св. Георгий.

Яровит

Яровит, Геровит – бог войны у балтийских славян.

О Яровите, почитавшемся в Волегасте, читаем у Герборда, что в святилище этого бога на стене висел огромной величины щит, обтянутый золотом и искуснейшей работы, никому из смертных не дозволено было прикасаться к нему в обыкновенное время, ибо язычники соединяли с этим какое-то религиозное предзнаменование. Щит был посвящен богу Яровиту, «по-латыни называемому Марсом» – прибавляет Герборд – «и только в военное время мог быть тронут с места. Тогда его несли впереди войска и верили, что через это останутся победителями в битвах».

Помимо этого, Яровит, по-видимому, был связан с плодородием. Яровиту был посвящен весенний праздник плодородия, в одном из источников приводится речь жреца Яровита, согласно которой Яровит властвует над зеленью и плодами земли: «Я бог твой, я тот, который одевает поля муравою и листвием леса, в моей власти плоды нив и дерев, приплод стад и все, что служит в пользу человека: все это даю чтущим меня и отнимаю от отвергающих меня».

В Гавельберге в честь этого бога в середине апреля отправлялось торжество, причем город отовсюду был окружен знаменами. Это последнее обстоятельство указывает на воинственный характер Яровита.

Яровит был божеством не только войны, но и света. Само имя бога содержало светоносное начало, ярость, мужество, весну и молодость. В воображении древних Яровит был воплощением солнечной силы, появляющейся весной. Значение буйности, силы имеют имена Яровита и Руевита, таковы их «черты характера».

Народные обычаи славян

Новоселье

До начала строительства нового дома будущие хозяева должны были совершить ритуальные действия, которые служили своего рода защитой от нечистой силы и способствовали процветанию семьи.

Прежде всего необходимо было найти благоприятное место для будущего дома. Для этого выпускали корову, и то место, где она ложилась на землю, считалось самым удачным.

Во время закладки первых бревен под передним углом закапывали монету – для богатства и кусочек ладана – для святости.

После того как дом построен, глава семьи резал петуха и его кровью брызгал на каждый угол дома, а мертвого петуха закапывал перед входной дверью.

Считалось, что безопаснее всего заселяться в новый дом ночью. Нечистая сила будет стремиться помешать благополучию новых жильцов, поэтому, чтобы обмануть злых духов, первыми в дом всегда впускали кошку или петуха, а уже за животными входили в избу с иконой и хлебом с солью остальные члены семьи. Икону всегда ставили в передний угол на самое видное место.

Уходя из старого дома, глава семьи ставил за печку веник, приглашая домового последовать за семьей. А при заселении в новый дом хозяйка отрезала ломоть хлеба и клала его за печку, приветствуя домового. Обязательно нужно было на новом месте представить домовому и домашних животных, иначе скотина могла не прижиться на новом месте.

Если одновременно с домом строили баню, то перед первой топкой приветствовали банника: брали черную курицу, душили ее и неощипанную закапывали в землю под порогом бани. В бане также оставляли ломоть ржаного хлеба, осыпанный солью.

Жатва

С периодом жатвы был связан целый комплекс обрядов и магических ритуалов. Они не были приурочены к определенной дате, а зависели от времени созревания злаков. Жертвенные обряды проводились, чтобы отблагодарить землю-матушку за долгожданный урожай. С помощью магических действий участники обряда стремились вернуть земле плодородие, чтобы на будущий год урожай удался. Кроме того, обряд имел практическое значение: жницам требовался определенный перерыв в работе.

Начало жатвы отмечалось особым обрядом «первого снопа». Первый сноп, называемый именинником, жала старшая в семье женщина. Сноп обвязывали лентами, украшали цветами, а затем ставили под иконами в переднем углу. Когда жатва заканчивалась, сноп скармливали домашним животным, а часть зерен прятали до следующего сева. Эти зерна через год подсыпали в первую пригоршню зерна.

Жатву старались закончить как можно быстрее, пока из колосьев не осыпалось зерно. Поэтому нередко хлеб дожинали всем миром, выходя на одно поле.

Окончание жатвы сопровождалось особым обрядом «обнимания козы». Старшая жница оставляла небольшую круглую площадку несжатых колосьев, вокруг нее и внутри тщательно выпалывали траву, оставшиеся колосья связывали наверху. Так получался небольшой шалашик, называвшийся «козой». В середину шалашика клали ломоть хлеба, посыпанного солью: приносили дар Матери-Земле.

После этого начиналось гадание: старшая жница садилась на землю спиной к «козе», около нее складывали серпы. Взяв в руку по одному серпу, жница кидала их через голову. Если серп при падении втыкался в землю, то это считалось недобрым предзнаменованием. Если серп падал плашмя или оказывался неподалеку от