Бесправная. Невезучая в академии драконов - Анна Флор

— Значит, ты должна страдать, — недобро оскаливается драконорожденный, а в синих глазах зрачки вытягиваются в тонкую линию.

Я закатываю рукав рубашки и сую ему предплечье в лицо:

— Я уже достаточно страдаю.

Глазами указываю на метку Истинности.

— Это была моя заготовленная фраза, — прищуривается О’рхаррис и складывает руки на груди.

Киллиан усмехается и молча принимается за завтрак.

— О, ну раз так, то предлагаю дуэль за использование этой фразы. — Я хватаю ложку и выставляю перед собой.

Ридлин оскаливается, выхватывает у меня ложку слишком резко.

— Я победил.

— Это было нечестно, — опешиваю я и забираю ложку. Вздыхаю и смотрю на Ридлина с сожалением: — Кустик не дал спать?

— Я спал не из-за него. А из-за тебя, — выдыхает Рид, откидываясь спиной на стул, и прикрывает глаза. Сглатывает, я вижу, как дёргается его кадык, а губы в кривой и почему-то горькой усмешке. — Ты мне снилась. И я не мог выносить больше этот кошмар, решил не спать до утра.

Цокаю языком и только собираюсь обозвать его ненормальным, как О’рхаррис выдает:

— Твой отец был не виноват. Он просто был пешкой, которая, не подозревая ничего и не вызывая подозрений, должен был пронести зелье во дворец. Вот и всё, Эйверия…

А у меня из-под ног будто выбивают почву. Я хватаю ртом воздух и просто смотрю на Ридлина. Кажется, всё вокруг сливается в одно невнятное пятно.

К горлу подступает ком.

Я, кажется, будто бы и вовсе задыхаюсь. Неловко вскакиваю со стула, Киллиан встаёт следом, удерживает меня и усаживает вновь на стул.

— Нельзя было так обрушивать информацию на малышку Эйви, — говорит Киллиан с осуждением.

А я чувствую, как по щекам катятся слезы.

Папа не был виноват. Я это знала. Я была уверена в этом! Но вот так услышать это… Со стороны… И понимать, что сейчас до этого уже никому нет дела. Что ничего не исправить, не вернуть! Ведь нет ни Его Величества больше, ни его верного лекаря, служившего ему не один десяток лет…

— Эйви? — Рид, кажется, что-то говорит, но я не разбираю слов из-за шума в ушах.

В голове стоит строгий зычный голос, что раздается по площади, вынося приговор отцу…

Мотаю головой, вскакиваю на ноги и бегу. Бегу…

Бегу…

…достигаю входа во двор…

И останавливаюсь только тогда, когда крупные капли дождя бьют меня по лицу. Размазываю свои слезы вкупе с небесными по щекам. Они обжигают, касаясь разгоряченный кожи. В груди сердце сходит с ума.

Меня тут же рывком разворачивают и впечатывают лицом в себя…

Ридлин.

Я узнаю по запаху. Он крепко прижимает меня к себе. Гладит по спине, его ладонь оглаживает мой затылок и властно держит, не давая отстраниться.

И мы оба стоим под сильным ливнем, промокшие насквозь…

Минуту.

Две…

Пять…

Прежде чем Ридлин хрипло произносит:

— Когда ты плачешь, мне хочется стереть с лица земли всех и каждого, кто виновен в твоих слезах. Но самого себя мне стереть не удастся, прости, Истинная. Прости меня, моего отца, всех тех, кто…

Он замолкает, затем издает шумный выдох.

— Нет. Лучше не прощай. Продолжай меня ненавидеть, ладно? От этого мне будет легче. Знать, что я заслужил это. Это ведь логично. Я виноват не меньше отца. Проклятье… Эйви. Только продолжай ненавидеть. Я займу трон, ты вольна будешь уехать, если захочешь…

Он вновь сбивается с монолога.

— Не уедешь, кого я обманываю. Мой дракон не позволит. И я не отпущу.

В какой-то момент он убирает руки. Делает шаг назад, и я, резко отпрянув, возвожу на него растерянный и беспомощный взгляд.

Ридлин стоит, сунув руки в карманы брюк. Насквозь промокший под проливным дождем. Капли стекают по его волосам на лицо. В синих глазах целая буря… Буря эмоций, кажется, вот-вот вырвется наружу.

Я обхватываю себя за плечи и просто смотрю на О’рхарриса.

— Ненавижу это состояние, — тихо, почти беззвучно говорю, облизываю соленые от слез губы и просто оседаю на траву.

— Хочешь, я велю казнить всех, кто привел приговор в исполнение? Вот только меня самого казнить придется тебе, Эйви.

Я поднимаю затуманенный взгляд на Ридлина.

— Ты не виноват в этом, тебе было всего восемь, как и мне, — глухо роняю я, замечая, как большинство адептов прилипли к окнам и смотрят на нас.

Вижу, как Киллиан выходит под проливной дождь и молчаливым изваянием хмуро наблюдает за нами, готовый защитить друг от друга нас с О’рхаррисом.

И сейчас всё это выглядит таким неважным.

Ридлин кивает Киллиану, и тот направляется к нам.

— Проводи ее в общежитие, ладно? Я к демонам, — слышу тихий приказ О’рхарриса другу.

Киллиан подходит ко мне и мягко берет мои руки в свои. Помогает встать и приобнимает за плечи. Ведёт в сторону общежития. Я запоздало анализирую слова Ридлина.

— К демонам? — переспрашиваю блондина, дрожа от холода.

— В академию Теней полетел — либо налаживать мосты с Рэйвертом Драмором, либо сжигать их дотла, — задумчиво отвечает Киллиан, открывая дверь и пропуская меня в холл.

— Он же…

— Наломает дров?

Киваю.

— Подкинуть тебя до Теневиков? — хмыкает блондин, складывая руки на груди, и играет бровями.

И я вновь киваю. Сама не понимаю, что я вообще творю. Но сейчас во мне бушуют эмоции. И под их давлением я не успеваю даже переварить услышанное от О’рхарриса, как бросаюсь вновь в огонь.

Краем зрения наблюдаю, как огромный черный дракон, вернее, его тень закрывает собой небосвод и пролетает над академией.

Дракон Ридлина…