Развод. Нет пути назад! - Любовь Трофимова

Глава 14

Мария

Учитывая обстоятельства, с назойливым присутствием Лили мне пришлось смириться. Наша с Русланом квартира являлась совместно нажитым имуществом, но я пока что не знала, на чём настаивать при разделе.

У меня было два пути: потребовать выплату своей доли или отдать уже почти бывшему мужу половину денег, потраченных на ипотеку и первый взнос.

В первом случае я могла отложить деньги на накопительный счёт и чуть позже оформить ипотеку уже на себя, но!.. Ни один банк не одобрил бы мне кредит при отсутствии официальной работы и внушительного стажа.

Отложи я покупку квартиры на неопределённый срок, мне пришлось бы снимать квартиру, тратя немаленькие деньги на чужое жильё. Такую расточительность я позволить себе не могла.

А второй вариант я тем более не потянула бы, но уходить из квартиры, которую я обустраивала почти с нуля, было обидно. Конечно же, я надеялась, что Руслан пойдёт на уступки и позволит выплатить свою часть в рассрочку.

Не хотелось бы затягивать этот процесс, но я понимала, что без кредитных средств для меня это было нереально. Круг замкнулся, и я решила, что нужно срочно искать официальную работу с достойным доходом.

Маленький кабинет, а по совместительству моя новая спальня, стал временным укрытием. Там я работала, хватаясь за любые новые заказы и параллельно подыскивая работу. Там же ела, пила чай, занималась йогой, отдыхала и смотрела телевизор, нагло перенесённый из гостиной.

Осознав, что Лилька не видит границ и не намерена их соблюдать, на следующий же день я вызвала мастера и врезала замок, разом пресекая любые проникновения на мою территорию.

Мои условно меркантильные мысли немного отвлекали от сердечных переживаний, но гордость не позволяла идти на поводу у эмоций и долго страдать.

По ночам на меня накатывала жгучая обида, и я рыдала в подушку, не заботясь о том, что Лилька может услышать моё нытьё. На её жалость я не рассчитывала, а наша холодная война добавляла мне нездоровый азарт и озлобленность. За неимением другого объекта, я без зазрения совести срывалась на золовке при каждом удобном случае.

Впрочем, она не уступала, а свои обещания испортить мне жизнь начала воплощать прямо с порога. Теперь в ванной царил кавардак, Лилькины вещи валялись по всей квартире, а мои внезапно пропадали или обнаруживались безнадёжно испорченными.

В подлости этой провокаторши я ничуть не сомневалась, но, когда Лилька привлекла тяжёлую артиллерию в лице свой обожаемой мамаши, мне пришлось нелегко.

Почти бывшая свекровь мою скромную персону стойко игнорировала, но при этом не забывала демонстративно обсуждать и всячески осуждать, говоря обо мне в прошедшем времени.

Оккупировав кухню, эти две недружественные особи в открытую обсуждали ближайшие планы. Вернее, новую работу Лили, ведь в получении должности, совсем недавно предназначавшейся мне, никто из них не сомневался.

Стараясь вести подобные разговоры при мне, свекровь и золовка явно провоцировали меня на конфликт, но я делала вид, что не заметила этих провокаций.

Заходя на кухню, я молча брала что надо, заваривала чай, резала бутерброды и тут же уходила к себе. В спину непременно неслось зловещее шипение или слишком громкий шёпот, но я лишь усмехалась, понимая, что действуют они с единственной целью, — выставить меня любым путём.

Терпела я долго, почти пять дней, а потом свекровь потеряла терпение. Ещё бы!.. Руслан должен был вернуться со дня на день, а её гениальный план летел ко всем чертям.

Загруженная заказами, вставала я рано, но очередным утром проснулась вовсе не от будильника.

За дверью слышались какое-то движение, грохот и звуки передвигаемой мебели, мужские голоса и командный голос свекрови, раздающей ценные указания.

— Диван к окну, а это кресло в тот угол… Да, туда… Осторожней, не разбейте торшер! Что?.. Нет, эту картину на помойку.

— Мам, шторы не того размера доставили, — громко возмущалась Лилька, а мне показалось, что я всё ещё сплю.

Встав, я накинула халат и, щёлкнув замком, осторожно выглянула в коридор. В квартире царил настоящий армагеддон, а наглые захватчицы хозяйничали, переставляя мебель, меняя шторы и декор, продуманный мной до мелочей. Вот это они зря…

Грузчики сновали туда-сюда, затаскивая в квартиру какие-то коробки, и бесцеремонно сваливали в коридоре вещи, забракованное свекровью. Моё появление она будто не заметила, а Лилька поджала губы и, прищурившись, гордо задрала свой вездесущий нос.

— Что здесь происходит? — остановившись в дверном проёме, поинтересовалась я и, скрестив руки на груди, потребовала: — Немедленно прекратите крушить мою квартиру.

— А вы кто, собственно? — опешив, выдавил один из грузчиков и, переглянувшись со свекровью, сбивчиво пояснил: — Мы тут это… Вот она велела, а мы просто выполняем.

— Она? — ткнув пальцем в помрачневшую свекровь, переспросила я и, усмехнувшись, покачала головой: — Спешу вас расстроить, но она здесь никто, а я хозяйка и разрешения на происходящее не давала.

— Ну-у мы же не знали, — вздёрнув брови, растерянно протянул мужчина и, сунув руки в карманы потёртых брюк, уставился на зачинщицу беспорядка, безмолвно прося поддержки.

— Машенька, ты бы шла к себе. Не мешай нам облагородить пространство, — видимо, не желая скандалить при посторонних, заворковала свекровь, но на этот раз тактичность в мои планы не входила.

— Вы бы валили к себе и не распоряжались имуществом, вам не принадлежащим, — медленно закипая, процедила я и, обратившись к грузчику, спокойно попросила: — Верните все мои вещи на место, а всё, что принесли, заберите.

— Но мы же не… — промямлил он и, прерывисто вздохнув, пробурчал: — Вообще-то, всё оплачено.

— Тем более, — отрезала я и, склонив голову набок, прозрачно намекнула: — Я жду… Или мне вызвать полицию и написать заявление на незаконное вторжение и самоуправство?

— Уходим, — глянув на притихших подельников, рявкнул мужчина и, прихватив какую-то коробку, направился к выходу.

Вслед за ним, забирая часть чужих обновок, потянулись другие работяги, а я перевела взгляд на побагровевшую свекровь и улыбнулась.

— Дрянь!.. Ты что себе позволяешь?! — не дождавшись ухода посторонних, заверещала она и, сжав руки в кулаки, начала орать, брызгая слюной: — Мерзавка! Нахалка! Ну ничего, недолго осталось! Скоро развод, и ты здесь не останешься! Слышишь?!

— Не вам решать, — качнув головой, невозмутимо напомнила я и, ткнув