Красота (Записки пластического хирурга) - Павел Ильич Федоров

своё здоровье, самочувствие, реакцию организма, последствия, а в случае с пластической хирургией есть ещё и страх того, каким будет конечный результат. Понравится ли новый образ, всё ли будет гармоничным и красивым.

Так что нет ничего страшного в том, чтобы бояться (простите за этот каламбур), важно, чтобы ваш страх не оказался доминирующим.

Мои пациенты почему-то больше всего боятся… общей анестезии. Во время консультации, когда я рассказываю о предстоящей операции, почти каждый впадает в ступор: «Как так? Я что, целых два часа буду под общим наркозом? Ужас! Доктор, но час анестезии убивает десять лет жизни!»

Признаться, когда в очередной раз услышал про десять лет жизни, которые убивает часовой наркоз, я полюбопытствовал, откуда такая информация. Разумеется, большей частью её находят в том же вездесущем Интернете. Это одна из самых распространённых страшилок: жуткий наркоз, после которого неделю приходишь в себя, и который в несколько раз сокращает годы жизни. По этому поводу есть анекдот, который мне нравится. Перед операцией пациент говорит анестезиологу: «Доктор, подскажите, примерно 50% людей считают, что наркоз отнимает несколько лет жизни и передаёт их анестезиологу – это правда?!» Анестезиолог отвечает: «Работаю уже 120 лет анестезиологом и впервые такие глупости слышу».

Однако эти страшилки сегодня не более, чем миф. Таких мифов множество. Но именно этот пришёл к нам из середины девяностых, когда действительно применялись прямо-таки убойные наркозы: пациент получал получасовой наркоз, и от него отходил неделю. Дело в том, что тяжесть препаратов, использовавшихся тогда для анестезии, действительно была огромная. Однако, к счастью, изменились и времена, и технологии.

Сейчас тяжёлые препараты практически не используются.

Пациенты с тревогой спрашивают, какой именно препарат будет использоваться для общей анестезии. На мой взгляд, названия ничего не дают. В большинстве случаев они стандартные. Сегодня есть оригинальные препараты, есть дженерики, есть более качественные дженерики, а есть менее качественные. Но если вы не профессионал, вы не сможете разобраться, какой из препаратов качественный, а какой нет.

Здесь вопрос в доверии к лечащему врачу и той клинике, которую вы выбираете. Лично я уделяю особое внимание вопросам анестезии. Если я знаю, что в той или иной клинике я не смогу сам лечь под наркоз, или не разрешу это сделать моим друзьям и знакомым, то я просто не смогу там оперировать. Во-первых, мне самому будет дискомфортно оперировать, во-вторых, это моя личная и профессиональная ответственность перед пациентом за его безопасность.

Конечно, я не могу отвечать на сто процентов за работу анестезиолога, но, если я в анестезиологической бригаде не уверен, я в эту операционную не пойду.

Анестезиологическая бригада – это наша опора. Успех и продолжительность операции также зависят от этих людей. Они словно бойцы невидимого фронта: пациент их практически не видит, но их миссия очень важна. С надёжной анестезиологической бригадой хоть в космосе операцию не страшно провести. А если в бригаде не уверен, и золотые стены вокруг не нужны. Анестезиолог – он, по сути, всемогущий: и давление может откорректировать, и кислорода добавить, и свет подправить. Спасибо вам, наши анестезиологи и анестезистки!

Почему операция идёт так долго?

Второй страх, который испытывают большинство пациентов, связан с продолжительностью операции. Не знаю, почему (возможно, из того же Интернета), но у многих, кто приходит ко мне на первичную консультацию, складывается ощущение, что пластическая операция – дело пустяковое. Там дел-то минут на двадцать. Максимум на полчаса. Тут подтянуть, здесь отрезать, и готово. Откуда же тогда полтора, два часа, а то и пять часов?

Между прочим, моя самая продолжительная операция в качестве пластического хирурга длилась свыше десяти часов. И я бы не назвал эту операцию простой. Это была совмещённая операция: лицо полностью, подтяжка, веки. Такие операции требуют максимальной отдачи. Но это не значит, что все десять часов я провожу на ногах, – на каком-то этапе можно присесть. Здесь сложность в другом: мозг находится в невероятном напряжении. Нужно быть максимально сконцентрированным и сосредоточенным. На каждой детали. На каждом нюансе. За счёт этой сосредоточенности совершенно не чувствуешь времени. Время идёт незаметно. Да что там идёт – летит. Что три часа прошло, что пять. Разницу особо не почувствовал.

Особенно время ускоряется, когда имеешь дело со сложными структурами и тканями: начинаешь в этом разбираться, только погрузился, а смотришь, уже полчаса прошло. Каждый этап очень важен. И я всегда объясняю, почему операция занимает столько времени. Важно, чтобы пациент понимал, что ты не просто дурью маешься пять часов, а работаешь, и работаешь не потому, что тебе хочется эти пять, десять часов провести в операционной, а потому что весь этот процесс нужен: невозможно сделать операцию, которая длится 5 часов, за час или полтора, и сделать качественно.

Или вот ещё сравнение, чтобы стало более понятно, почему пластические операции затратны по времени. Возьмём операцию из общей хирургии. Первую, что пришла в голову: лапароскопическое удаление желчного пузыря.

В среднем эта операция занимает от сорока минут до полутора часов, иногда и дольше, если возникают сложности. Но желчный пузырь один, и расположен он внутри тела. И думаю, вам будет не так уж важно, насколько красивыми будут швы внутри вашего тела. Вам будет важнее конечный результат и отсутствие послеоперационных проблем.

Но если мы говорим о пластике лица, то тут всё намного сложнее. Конечно, я могу прооперировать одно веко за двадцать минут, но признайтесь – устроит ли вас такой результат?

Нетрудно подсчитать, что, если на одно веко приходится (я называю весьма условное время) двадцать минут, то на два уже выйдет сорок, и это не считая других нюансов. Пластика нижних век занимает от полутора до двух с половиной часов, в зависимости от техники, тканей и объёмов вмешательства.

К сожалению, многие пациенты этого не понимают.

Для ряда пластических операций показана именно общая анестезия. К этому моменту просто нужно быть готовым. Как и быть готовым к тому, что операция может оказаться длительной. И в этом нет ничего страшного или пугающего.

Для того, чтобы узнать, готов ли организм пациента, мы всегда выполняем определённые обследования. Не только пациент, но и мы, врачи, готовимся к операции. И если обследования покажут, что с вашим организмом что-то не так, мы вас на операционный стол не возьмём, никто не потащит вас силком в операционную.

Иногда по состоянию здоровья пациент не может подвергаться такому риску. Случается, что обследования выявляют определённые проблемы со здоровьем, и мы отправляем такого пациента к смежным специалистам – подлечиться и стабилизировать своё состояние. Ведь без этого проведение общей анестезии может быть опасно, есть некие риски – нарушение ритма, остановка сердца. С учётом того, что пластическая