Мастер пилюль 1-8 - Роман Романович

меня обрушилась чудовищная волна боли. Снова оказавшись в темноте, испугался, что потерял свой последний шанс. Но нет, пока нет. Меня отбросило в сторону, платформа оказалась внизу, и я вернулся к ней обратно. Увидел, что источник поблек. Где-то треть энергии ушла на один неудачный эксперимент.

Так дело не пойдёт. Я припомнил, что говорил наставник и что упоминала мать. Культивация — это всегда поглощение энергии и работа с ней. Базовая медитация — это поглощение энергии из окружающего мира. На этот раз я уселся перед шаром и постарался раскинуть внимание как можно дальше.

Посмотрим, что из этого выйдет. Если у меня есть хотя бы малейший шанс, я выжму из него максимум!

* * *

Спустя неизвестное количество времени что-то изменилось.

У меня получилось поймать крупицы энергии, которые проникали сюда. Я их ловил, направлял в источник и пополнял его по капле. Как немного накапливалось, зачерпывал и мысленно отправлял в тело, надеясь, что поможет. Это было лишь первым этапом. В какой-то момент словно плотину прорвало. Энергии вокруг стало настолько много, что я невольно открыл глаза и увидел, как сверху закрутился небольшой вихрь. Стоило отвлечься, как он распался, энергия разошлась в стороны.

Спохватившись, перехватил её. Как настроился, снова удалось создать вихрь. Точнее, водоворот или песчаную воронку. Такие мысли возникли, когда вдруг дошло. Энергия имеет отчётливый привкус стихии. Земля и вода. Что логично, я ведь валяюсь в грязи, а что это, если не сочетание этих двух стихий?

Первые же частицы загрязнённой энергии поменяли оттенок источника, и я ощутил беспокойство. Это ненормально. Точно ненормально! Испугавшись, сосредоточился на том, чтобы отсечь их. Пока разбирался, пока направлял чистую энергию, пока источник возвращал нейтральный цвет… Здесь я не потел, но почему-то был уверен, это выжало из меня все соки. Навалилась тяжесть, и я рухнул прямо на каменный пол, тяжело дыша.

Что же делать?

Энергия есть, но грязная. Сам факт, что я её чувствую, противоречил моим знаниям. Ученик — это первые шаги культивации. Простое укрепление источника, слой за слоем. Достигнув пика, становишься Старший Учеником, и вот они уже могут ощущать стихии. Ищут то, к чему у них предрасположенность. Дальше освоение стихии, формирование новых слой и переход к Мастеру.

Так почему у меня получается двигать частицы Воды и Земли, двух базовых стихий? У меня к ним предрасположенность.

Пока очищал источник стихий, два облака собралось. Куда это теперь деть? Взгляд упал на чаши. В голове что-то щёлкнуло. Это же внутренний храм, здесь всё не просто так. Что, если чаши как раз и нужны для следующего шага? Это возможно в той же степени, как и то, что любое неосторожное движение способно меня прикончить.

Но что мне терять? Я и так на грани смерти.

Приняв решение, направил первое облако к чаше. Получалось удивительно легко. Облако сгустилось и обрушилось каплями вниз. Я подскочил, подбежал и увидел, что первая чаша заполнилась водой.

Чудеса!

Со вторым облаком поступил так же. Только на этот раз был скорее песок или земля. Ну, как и думал, Земля это и была.

Вдохновлённый, продолжил практику. Поток энергии стал нарастать. Я не понимал, почему так, откуда столько энергии, но от дара отказываться не собирался. Тянул и тянул, всё до последней крупицы в себя вбирал. В какой-то момент энергии стало куда больше. Я больше не мог отправлять её в тело, будто то и так переполнено. Тогда, подумав, я начал формировать первый слой вокруг источника.

Раз уж культивация так хорошо пошла, возможности я не упущу. Новый слой — это не только увеличение объёма, но и уплотнение доступной энергии, развитие качеств тела. Стану сильнее, глядишь, и выживу!

* * *

Старик Потий прекрасно разглядел, что случилось с тем парнем, который помог ему днём раньше. Хороший мальчишка, добрый, раз вмешался. Большая редкость среди практиков.

Себя Потий, как и большинство людей, тоже считал хорошим. Но выйти и помочь парню даже не подумал. Вышел только тогда, когда Волки убрались. Да и то выждал с полчаса, чтобы не нарываться лишний раз. Мало ли кто мог вернуться. Тем более какой смысл спешить? Парня давно убили, а тварь уже высушила тело.

Когда в темноте Потий отыскал парня, он глазам своим не поверил. Тот ушёл в грязь почти с головой. Одно только лицо сверху и виднелось.

— Это что ещё за новость⁈ — воскликнул старик, убедившись, что парень ещё дышит.

Твари его тоже не трогали. Их вообще не было. Будто разбежались и попрятались.

— Чудеса… — покачал старик головой. — Что бы это могло значить?

Нахмурившись, старик почесал пузо и отправился обратно в дом. В болоте жили грязевые пиявки. Славились они тем, что набрасывались на всё живое, высасывали энергию и кровь. Упасть в грязь для большинства практиков — верная смерть. Если задержаться и не иметь хорошей защиты. Чего уж. Старик, бывало, и сам избавлялся от тел, когда к нему пробивались особо настырные гости. Наглецы — отличный способ для подкормки тварей, чьим исследованием он занимался.

Но почему тогда они не жрут парня? Если бы тот помер, тоже бы высосали, а так… Странно и очень интересно.

* * *

Возвращаться в мир живых было мучительно больно. Я не знал, сколько времени провёл во внутреннем пространстве. Энергия шла и шла, поглощал её со всей доступной жадностью. Первый слой, второй, третий… После этого поток перестал расти, а потом и вовсе исчерпал себя.

Я же, измождённый, выпал оттуда и провалился во тьму. Думал, что умер.

Вместо этого темнота треснула, и я проснулся. Первым делом ощутив, что как горит лицо. По глазам резанула яркая вспышка. Я задёргался, но не смог пошевелиться, из-за чего испугался ещё сильнее. Не сразу вспомнил, что лежу в грязи, та плотно охватила меня и единственное, торчащее снаружи, — лицо. Солнце стояло в зените, из-за этого кожа обгорела, отсюда и ощущение жара. Губы потрескались, во рту пересохло так, что сглотнуть не смог.

Зато я был жив! Правда, моё положение по-прежнему оставалось неопределённым.

Солнце заслонили облака, стало полегче. Глаза привыкли, и я вдруг увидел, что нахожусь здесь не один. Знакомый старик смотрел на меня с большим интересом.

— Парень, не знаю, как ты пережил ночь, но знаю, что это отличная новость! — воскликнул он, заметив мой взгляд.

Я что-то прохрипел в ответ, но сделал лишь хуже. Горло продрало болью, а лицо, казалось, покрывала сплошная корка, которая треснула, причиняя дополнительные страдания. Старик наклонился и плеснул мне в