Охотник - Сергей Александрович Малышонок

Девушка вымученно улыбнулась. В такую версию и череду совпадений не поверит даже клинический идиот. Хотя бы просто потому, что, будь это так, сотрудники Ассоциации сейчас бы не обзванивали всех участников рейда, пытаясь выяснить, что произошло.

— Ты ведь… — и тут она осознала. Появляющийся словно «из ниоткуда» сильный Охотник, о существовании которого представители Ассоциации, похоже, даже не догадываются, и все те слухи о «самозакрывающихся» Вратах, что уже неделю ходят среди низкоранговых… — Это ты закрываешь Врата?

— Не только милая, но и умная. Ты быстро сопоставила факты, — улыбнулся Альберт.

— Ну… — она смутилась, — я всё-таки юридический закончила, а там хорошо учат искать несостыковки и «размытые» формулировки. Мы не следователи, конечно, но правильное оформление договоров и услуги адвоката тоже требуют внимательности и умения видеть и анализировать факты. Но… а… эм… — она даже не знала, как сказать. — А что теперь?

— М-м-м, завтрак, который, между прочим, скоро остынет, — хмыкнул Альберт.

— Ты понимаешь, о чём я! — она чуть надулась. — И я уже поняла, что ты не хочешь афишировать свою деятельность перед Ассоциацией… Минутку… Это из-за налогов и сборов⁈ — она переводила ошарашенный взгляд с мужчины на поднос с едой и обратно.

— Не только, — он снял крышку, и в нос ударили аппетитные ароматы. — Вся эта система меня раздражает своей идиотией, тут верно. Но ещё я не хочу, чтобы ко мне начинали лезть очередные дельцы с очередным «выгодным предложением» побатрачить на них за долю малую.

— А-а-а… Какой твой ранг, как Охотника? — Хуа-Хуа уже догадывалась, что услышит, но хотела получить подтверждение.

— Не знаю точно, я не проходил оценки. По личным ощущениям… где-то около S-ранга.

— Десятый S-ранг в Корее? — она аж подскочила. — И в моей квартире!

— Эй-эй, только давай без писков восторженных фанатов, хорошо? — он хмыкнул. — Вот, лучше покушай.

— У-угу… — девушка послушно взялась за необычного вида яичницу, в которой угадывались поджаренный до румяного состояния лук, морковка и красный перец, сыр, а ещё колбаса и помидоры. И так как в её холодильнике как минимум половины перечисленного точно не было, он, получается, ещё и сходил для неё в магазин… — Н-но, — пересиливая охвативший щёки жар, постаралась вернуться к теме девушка, — всё-таки, что мне теперь делать?

— Ну… — Альберт почесал бровь, — я бы попросил тебя вообще не распространяться о нашей встрече в Подземелье.

— Угу, — с готовностью кивнула Хуа-Хуа.

— Ещё бы я взял у тебя телефончик…

— З-зачем? — девушка не могла поверить, неужели…

— Ну, ты милая и умная, а с учётом вчерашнего… Я не против попробовать.

— Ч-ч-что ты имеешь в виду? — боясь поверить своим догадкам, переспросила девушка, дрожа ставшими очень непослушными губами.

— Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке, — беззлобно усмехнулся Альберт, глядя ей в глаза. — Ты вчера вполне конкретно обозначила свой интерес, — Чень Хуа-Хуа в очередной раз за утро захотела провалиться на месте. — И я не против попробовать, — вновь повторил он. — Я не имею предубеждения против тесных квартирок, маленькой груди и милых лолей, — опять показал, что прекрасно помнит её пьяный лепет, мужчина… — ну и ты мне на самом деле понравилась, так что… попробуем. Может, что и получится. В конце концов, не всё же тебе меня на свидания приглашать?

— Ви-и-и! — тут Хуа-Хуа не выдержала и таки схватила Альберта в попытках задушить в объятиях. Правда, это было сложно, поскольку с её ростом она могла разве что носом ткнуться куда-то в район его пупка. Но всё равно было хорошо. Очень хорошо.

Примерно то же время. Квартира семьи Сон.

В каждом доме должен действовать один неоспоримый закон: тот, кто просыпается вместе с рассветом, должен вести себя тихо и делать свои дела с предельной осторожностью. Такие маленькие осторожности позволят драгоценному сну домочадцев не прерываться, тем самым сохраняя мир в семье. Этой целью руководствовалась и собиравшаяся в школу в самую рань Джин-А. Брата выписали из больницы только вчера, и пусть он был Охотником и утверждал, что чувствует себя хорошо, но он всегда так говорил, даже когда возвращался домой из больницы весь в бинтах и с пластырем на лице. Сейчас на нём ни бинтов, ни пластыря, к счастью, не было, но дать ему выспаться было священным долгом младшей сестры по отношению к старшему брату, который ходит в эти ужасные Подземелья, рискуя своей головой только ради неё и мамы.

Уже полностью собравшись и завязав шнурки на кроссовках, Джин-А последний раз поправила розовые спортивные штаны, надетые прямо под форменную школьную юбку, чтобы не замёрзнуть по утреннему холоду, пока дойдёт до школы, и собралась уже было аккуратно открыть дверь, так, чтобы не разбудить щелчком замка старшего брата, но неожиданно оказалась окликнута сзади:

— Эй, Джин-А, ты в школу?

— Что? — внезапно прозвучавший вблизи голос неслабо напугал девушку, заставив её вздрогнуть. — Так ты проснулся? — с удивлением переспросила она, повернув голову в сторону голоса. Там и в самом деле обнаружился её брат, в данный момент заразительно зевающий до слёз и сонно почёсывающий живот под белой футболкой.

— Уже давно, — противореча собственному помято-взъерошенному виду и слипающимся глазам, ответил брат. — Будь осторожна по пути, водители нынче совсем очумевшие. Смотри по сторонам, когда будешь переходить дорогу, хорошо?

— А… ага, — взгляд девушки невольно зацепился за кубики пресса брата, на которые открылся вид под задравшейся футболкой, когда он чесал живот. К тому же если приглядеться… Плечи её брата тоже выглядели намного шире, чем раньше. — Ты подкачался? — навеянные этим видом воспоминания о фигуре другого парня, что недавно был у них в гостях, заставили Джин-А неосознанно усмехнуться. Она до сих пор не могла поверить, что у брата есть такие друзья.

«Хотя тут есть и ещё одна вещь, в которую сложно поверить, и она у меня перед глазами, — промелькнула в голове школьницы новая мысль. — Да чтобы брат сам встал в такую рань⁈ Жесть. Но теперь я видела всё».

Джин-Ву, конечно, никогда нельзя было назвать ленивым, но день всегда начинался раньше именно у Джин-А, которая отличалась для своего возраста исключительными трудолюбием и усердием. К тому же ей надо было вставать в школу, в то время как брата звали в рейды всё-таки не в такую рань.

— Эм… слегка, — между тем отчего-то смутился молодой Охотник, отвечая на её вопросы и тем самым спровоцировав девушку на естественный всплеск любопытства.

Джин-А полностью развернулась к брату и осмотрела его гораздо тщательнее, чувствуя, что её тревожит какая-то неправильность.

«Да не, быть