Дважды одарённый. Том IX - Элиан Тарс

— Принял. Отбой, — ответил Артём и пошёл передавать приказ.

Граф Резанов откинулся на спинку походного кресла и тихо проговорил:

— Только не перетрудитесь там. Глупые потери нам ни к чему.

Он прикрыл глаза, размышляя о происходящем.

План Александра был в меру прост, но в то же время довольно изящен: этой ночью союзные силы решили атаковать сразу две ключевые позиции Эпштейнов. Распутины и Резановы объединились, чтобы захватить новейшую алхимическую лабораторию врага в Угличе, которая изначально и интересовала Распутиных. Ну ещё бы! Во-первых, ближе других активов Эпштейнов к Рыбинскому озеру. Ну а во-вторых — полностью Распутинский профиль.

Однако эта лаборатория явно была очень дорога и самим Эпштейнам, учитывая местный уровень охраны.

Однако же против рати двух родов этой охраны не хватит.

И всё же, Александр решил действовать осторожно — не атаковать сразу в полную мощь, а лишь изображать вялый, обречённый на провал штурм. Чтобы враг поверил в свои силы и не стал звать подкрепление сразу же.

Чтобы попытался контратаковать, теряя бойцов.

И, что важнее, чтобы не сбежал в ужасе. Потому что, если ударить сразу и мощно, имеется огромный шанс, что враг решит сдать лабораторию с минимальным сопротивлением. Тогда Эпштейны смогут вывести отсюда что-то ценное. А ещё отступить и перебросить озлобленных бойцов в Раменское.

Да, путь не близкий.

Но если отсюда снять охрану и направить её туда, где вскоре должно начаться второе сражение — Александру и его отряду придётся несладко.

«Всё ты здорово придумал, внучок, — подумал граф Резанов, глядя на другой экран, на котором в текстовом виде транслировалась краткая сводка с поля боя. — Я, так уж и быть, последую твоему плану. Если ты наконец-то объявишься!»

Он сжал кулаки и едва не ударил по столу.

Ситуация его крайне злила.

Особенно понимание того, что если бы он в прошлый раз последовал плану Александра, сейчас война могла бы уже закончиться. Но в тот раз граф Резанов не стал просить помощи у Распутиных или ждать Александра и сам повёл своих бойцов в Раменское.

Граф считал, что внук перестраховывается и недооценивает его личные силы.

Да чего уж… даже сейчас граф Резанов полагал, что если бы там, в катакомбах под владениями Эпштейнов его бы не скрутило от энергетического перенапряжения, он бы захватил те земли!

— И ведь предвидел внучок, что так и будет… — хмуро пробормотал граф.

А затем снова скрипнул зубами и схватился за телефон.

Набрал Бородина — главу СБ Александра.

— Занято? — пробурчал граф, сбросив вызов.

Он поднялся и, заведя руки за спину, начал ходить из стороны в сторону.

«Ну что там у тебя случилось-то⁈ — вертелось в его голове. — Не просто же так пропал перед операцией! Если что серьёзное, мог бы и сказать. Помогли бы по-семейному…»

Зазвонил телефон, прервав размышления графа. Стремглав Владислав Александрович бросился к трубке и увидел надпись:

«Внук».

Граф улыбнулся краешком губ и, приняв вызов, резко ответил:

— Ты где пропадал⁈

— Не ворчи, старый, освободился уже, — ответил Александр. — Я слышал, у вас всё согласно плану?

— А то как же⁈ Мы тут всё правильно делаем! Без самодеятельности! В отличие от кое-кого, кто пропал в самый ответственный момент.

— Вы молодцы у меня, горжусь вами, — усмехнулся Александр.

— Наглец! — фыркнул граф Резанов.

— Есть в кого, — хмыкнул его внук. А затем посерьёзнел и произнёс: — Я скоро буду на месте. Через двадцать минут приступайте к основной фазе.

— Ну наконец-то! Засиделись мы тут без дела.

— Смотрите, что бы ни одна крыса ни свалила, — твёрдо сказал Александр.

— Без сопливых разберёмся!

Некоторое время в трубке слышался разве что фоновый шум.

«Обиделся, что ли?» — мелькнуло в голове графа. Но не успел он хоть что-то сказать, как Александр заговорил вновь:

— Вот и славно, старый. Покажи всей Империи, что род Резановых уже нельзя списывать со счетов. Покажи им, на что способен один разъярённый дважды одарённый Архимаг с Печатью Зодиака.

Граф Резанов расплылся в довольной улыбке и ответил:

— Не сомневайся — зрелище будет стоящее.

Глава 7

Если меня спросят, кто самый ценный член моей команды, я без промедления отвечу: «все». И не покривлю душой — для меня каждый из моих ребят ценен, и за каждого я готов порвать глотку врагу.

Но!

Если я сам задумаюсь, чей вклад в общее дело наиболее огромен, кто стал главным столпом моей силы…

Ответ будет однозначен: Коптер.

Насколько бы мощными ни были твои бойцы, без незримой поддержки нашего компьютерщика их в конечном счёте сметут. Врагов у меня слишком много, и все они весьма сильны. Но Коптер добывает для нас бесценную информацию, Коптер блокирует связь врага во время боя, Коптер…

Вносит поистине колоссальный вклад в наше общее дело. Мироздание явно было на моей стороне, когда свело меня с бароном Прозоровым в самом начале моего пути.

Удивительно, что такой смышлёный самородок родился в роду «классических боевиков». Это у Алины, например, родня занимается различными техническими разработками, и среди Мурашовых хватает инженеров. А Прозоровы — аристократы старой школы до мозга костей. Я бы даже сказал, «старейшей» — той самой, которая жила войной и рентой с крестьян. Конечно, сейчас крепостных крестьян нет, но Слуги и вассалы рода Прозоровых тоже тяжёлым интеллектуальным трудом не занимаются. Военное дело и сельское хозяйство — вот их призвание.

В кого такой умный уродился Сёма Прозоров? Он говорит, что в прадеда по материнской линии — мол, тоже изобретателем был.

Хотя редко когда у аристократов проявляются какие-либо черты характера или внешности, полученные от матери. Родовые особенности, как правило, передаются по линии отца. Если брак родителей, разумеется, обычный — патриархальный.

Так что, как ни погляди, Сёма — уникум.

И этот уникум сейчас сильно злился, что так и не смог взломать защиту неизвестного «коллеги», который поставил купол над залом для жертвоприношений под МАУД.

— Да не переживай ты так, — усмехнулся я, выслушав по телефону его гневную тираду.

— Я не переживаю! — буркнул барон. — Я размышляю над реваншем! Он меня уже второй раз обставил!

— Не только тебя, — хмыкнул я. — Имперские службы, более тайные, чем ОКЖ, тоже не смогли справиться с этим куполом. Не только наружу прорваться не представлялось возможным — даже внутри купола связь