Мама, я украла бандита! - Агата Яд

— Эти твари, — я указала на летящую муху: — топтались по ним своими грязными, мохнатыми ножками!

Чебурек навострил уши и уставился на мой палец, дядя Гена двумя часами ранее уехал в город, оставив своё сокровище на моё попечительство. И теперь пёс неотступно следовал за мной по пятам, раздражая Барина.

— Нелля, это природа, — многозначительно произнёс он и шагнул ко мне, Чебурек оскалился и предупреждающе зарычал, заставив его вернуться в исходную позицию. — Здесь можно расслабиться и есть всё подряд.

— Ага, а потом схватить кишечную палочку или ещё какую-нибудь инфекцию, — язвительно передразнила я его.

— Нелля, — улыбнулся Барин и сцепил руки за спиной, чтобы невзначай не потянуться ко мне. — Прогуляемся?

— Куда?

Барин кивнул на узкую тропинку, прорезающую картофельное поле. Я хотела отказаться, но Чебурек воспринял кивок как команду и радостно виляя хвостом поскакал в ту сторону. Барин развернулся, глянул на меня через плечо и поспешил за неугомонным псом. Мне пришлось принять это приглашение. Картофельная ботва цеплялась за штанины комбинезона. Увы, но я не смогла сменить свой наряд у гостеприимной хозяйки, потому что мы просто не совпали по размеру одежды. А вот для Барина нашлись новые штаны и клетчатая рубаха, в которой он выглядел несколько простовато и… привлекательно. Как говорится: подлецу всё к лицу!

— Нелля, не отставай, — поторопил меня Барин, ускорив шаг.

Я и так почти бежала за ним и псом, мои ноги увязали в мягкой земле, а ещё приходилось на ходу отбиваться от мух и комаров. Кошмар! Мы миновали картофельное поле и оказались на ещё одном поле, заросшем высокой зелёной травой. Барин провёл ладонью по дрожащим на ветру стебелькам и грустно улыбнулся, словно бы что-то вспомнил из далёкого прошлого. Я робко встала рядом с ним и окинула поле печальным взором. Грязь, насекомые и… Барин легонько сжал мои пальцы, я ощутила жар его ладони и невольно вздрогнула. Мы стояли и смотрели на белоснежные облака, которые гнал ветер на сияющей синеве неба.

— Женюсь на тебе, Нелля, купим дом в деревне.

— Чёрта с два! — осадила я Барина.

— Ты просто ещё не прониклась духом свободы. Вдохни и почувствуй…

— Коровьим говнецом пахнет, — перебила я его.

— Нелля!

Барин сжал сильнее мою руку и повёл за собой сквозь высокую траву. Чебурек с радостным лаем бросился за оранжевой бабочкой.

— Стой, ты куда?

— Да пусть носится, — Барин не позволил мне сбежать от него. — Это же воля!

Прогулка не принесла мне удовольствия, я только мозоли натёрла. Барин же воодушевился, его глаза блестели от возбуждения, и он с упоением рассказывал мне об охоте.

— Нелля? — он замолчал, увидев, что я плачу.

— Зачем убивать невинных животных?

— Ну…

— Это ужасно!

— Ладно, больше не буду, — смутился Барин.

Всё-таки природа и спокойствие благостно подействовали на меня. Я перестала думать о работе и своём неминуемом увольнении из-за вынужденного прогула. Барин сменил тему охоты на собак, и Чебурек стал его преданным слушателем, будто бы поддакивая и соглашаясь с каждым словом мужчины. Мы незаметно добрались до старой церкви, стоявшей буквально посреди пшеничного поля. Меня больше всего привлекла скамейка под небольшим навесом, куда я и устремилась. Барин немного отстал от меня, словно бы боялся ступить на святую землю возле церкви.

— Совесть грызёт? — я опустилась на скамейку с блаженным вздохом вытянула ноги.

— Нелля! — обиженно фыркнул Барин.

— Так пойди и попроси у батюшки, чтобы он тебя исповедовал.

— И пойду! — ещё сильнее обозлился на меня Барин.

— Иди-иди, — закивала я, подначивая бандита к правильному поступку.

— А ты сама-то веришь в Бога? — поинтересовался Барин, словно и вправду собрался вести меня к алтарю.

Я ничего не ответила, потому что это не обязательно было произносить вслух. Ярко светило солнце, и мы с Барином смотрели друг на друга, будто впервые встретились. Ветерок погнал волну по пшенице, Чебурек завалился около скамейки, положив голову на мои вытянутые ноги. А мы продолжали смотреть друг другу прямо в глаза.

Глава 23

Мгновение показалось мне целой вечностью. Барин молча взял меня за руку и повёл в церковь, и я подчинилась, потому что и сама испытывала сильное чувство нежности и любви. Мы с ним были одинокими душами, которым посчастливилось встретиться в бурном потоке жизни. Батюшка провёл с нами беседу, а потом обвенчал. Его тихий и спокойный голос убаюкивал, я ощущала жар ладони Антона и смотрела на икону. Солнечный свет проникал в окна, казалось, что церковь плывёт среди облаков.

— И в горести, в радости…

У меня на глазах появились слёзы, но они были вызваны радостью. Антон крепко обнял меня и поцеловал в макушку. Батюшка оставил нас одних, а мы не могли разорвать объятья. Эта необыкновенная и сладостная тишина наполнила меня счастьем. Я понимала, что мама бы ни за что на свете не одобрила мой выбор, но впервые в жизни ко мне пришло осознание, что поступила правильно.

Мы вернулись в домик, Чебурек тоже проникся важным моментом и вёл себя вполне прилично. Пёс развалился в коридоре, и всем приходилось через него перешагивать, а он, вывалив длинный, розовый язык был на седьмом небе от счастья. Надя завела тесто на пирожки, и я вызвалась ей помогать. Антону поручили нарезать мелко лук, и он героически терпел, хотя и кривился.

Пирожки с картошкой и капустой быстро зарумянились на сковороде. Антон терпеливо ждал, когда позовут к столу, а Чебурек принялся протяжно вздыхать, намекая на свой пустой желудок. Надя успела потушить капусту с мясом, так что нас ждал сытный обед. Мы уселись за стол, не позабыв и про Чебурека. Честно говоря, в мою голову стали закрадываться порочные мысли. А когда же Антон исполнит свой супружеский долг? Но у моего новоявленного мужа оказались совершенно иные мысли. Ему захотелось растопить баньку, и Надя поддержала его идею. Мне же пришлось наступить на горло своим желанием.

Банька была хороша! Я даже позабыла про мух и комаров, когда Надя отходила меня дубовым веничком. Пар валил от раскалённых камней, а горячая вода приятно обжигала распаренное тело. Я почувствовала себя заново рождённой. Мы с Надей уселись на скамье, и в баню пошёл Антон, который великодушно уступил нам первый пар.

— Хороший он у тебя, — промолвила Надя, дав мне кружку с холодным квасом.

— Ага, — я сделал глоток и блаженно застонала.

— Гена сказал, что он бандит, но, видимо, не совсем пропащий. Тебе бы его в ежовые рукавицы взять да на путь истинный наставить.

— Антон уже