Рюрик. Князь из будущего - Владимир Викторович Бабкин

Лана пожелала отправиться с нами. Не знаю, что у неё в голове, но в их культуре особое почитание к тем, кто погиб в бою. Конечно, боем обстоятельства гибели назвать сложно, но, всё же.

— Командир, там какая-то заваруха на острове, — докладывает Мартов результаты наблюдения.

Кап-лей «Росгвардейцев» смотрит на остров в бинокль. Поднимаю свой. Несколько драккаров. Одни ближе, а дальше другие. Да, настоящее рубилово. Буквально. Стенка на стенку. Кто с кем? Визуально я их не различаю.

— Преслана.

Торсон вновь посредник между нами. Она отвечает:

— Я здесь, Один.

— Посмотри в бинокль.

Что такое бинокль Лана уже знает, поэтому берёт его в руки без особого пиетета. Ну, чудо и чудо. От Богов и не того можно ожидать.

— Что скажешь?

Княжна пару минут смотрит в оптику.

Она что-то отвечает и Торсон переводит.

— Один, похоже, что мои люди с кем-то сошлись в битве.

— Уверена, что твои?

Пауза. Перевод:

— Похоже… Другие — чужие… И их больше… Мои проиграют сечь… Один, ты можешь моих защитить?

Беру у неё бинокль. Каша-малаша, конечно. Как одних отделить от других в этом месилове?

— Лана, ты готова говорить в микрофон?

Перевод.

Она кивает. Ей уже приходилось говорить в микрофон на «Штокмане».

— Что нужно говорить?

— Скажи им кто ты и с кем ты. Пусть остановят битву. Так хотят Боги. Иначе наступит кара за ослушание.

Преслана кивнула, выслушав перевод Тора.

Мы подошли уже довольно близко к берегу, в паре кабельтовых от линии прибоя остановились. и, по моему кивку, Лана заговорила в микрофон. Над водной гладью и островом разнеслось (в переводе Ларса для нас):

— Остановитесь, смертные!.. Я — княжна Фригс-Лана из Рерика!.. Я на Ладье Богов!.. Рядом со мной сами Один и Тор!.. Остановите сражение!.. Такова воля Богов!.. Кара за ослушание — смерть!

Ну, неплохо сказала, если Торсон верно перевёл. Проклятый языковый барьер! Чувствую себя как мой первый пёс: вроде и понимаю и но не могу говорить.

Вид приближающегося стального монстра, конечно, произвёл впечатление. Не сразу, но сеча затухла. Лана перед этим что-то ещё раз гаркнула какому-то Мецеславу. Её люди затем разом отступили к своим ладьям. Два воинства разделились, оглядываясь и посматривая на наш катер. Уверен, что выглядим мы точно чудовищно. У людей Ланы есть преимущество — наши корабли они уже видели, а вот для их противников неожиданный приход по морю непонятной громады без парусов — если не шок, то, как минимум, заставляет их насторожиться.

Впрочем, видя, что мы ничего не предпринимаем, на нас перестали обращать внимание. Замешательство длилось лишь пару минут и нападающие вновь изготовились начать атаку.

Мартов взглянул на меня.

— Командир?

Киваю.

— Дай, Данил Иваныч, тем пару очередей, раз человеческий язык они не понимают.

Капитан-лейтенант кивнул и отдал приказ.

— Пригнийсе! — успела крикнуть обдритка.

Властно. Её люди присели. Почти все.

Враги видно не поняли её приказа.

Кара за ослушание воле Богов — смерть. Их предупреждали.

Ствол 14,5 миллиметрового пулемёта Владимирова дал пару коротких очередей. Лана даже побледнела, видя, как противников просто разрывает на куски и кровавое месиво обильно орошает песок пляжа. Судя по её лицу досталось и кому-то из ободритов. Слушать команды надо, не будешь и волчком вертеться. Противники кинулись врассыпную. Нападавшие частью убежали в лес. А часть бросилось к своим драккарам, спешно спуская их в море.

Один даже успели спустить.

Мартов уточнил:

— Топить?

Киваю.

— Топи их к лешему.

Очередь и на поверхности воды остались лишь обломки мачты и барахтающиеся тела. Драккар стал заваливаться на нос. Глубина там, видно, невелика, потому он в течении минуты по борт на дно лег.

Не получившие пули не все тонули. Часть пыталось плыть, часть таки выбралась на берег, но воинственность их куда-то испарилась. Они, глядя на наш катер, один за другим становились на колени.

— Дядь, Один, дай посмотреть, — отвлекает меня выбравшийся из под палубы Лёвка.

Не ждал я стычки. Вот пацан при покойном с сестрой и отцом и сидят. Им-то он близкий родственник.

— Смотри, — говорю и предаю бинокль.

Вот же парнишка беспокойный. Мой, в его годы, тоже непоседа был.

Но, дела не ждут. Поворачиваюсь к княжне.

— Лана, как у вас поступают с поверженными?

Торсон перевёл.

Княжна ответила:

— По-разному… Может в жертву богам…

Качаю головой:

— Нам не надо. Погибло достаточно сегодня.

— Тогда обратить в рабов.

Ага. Этих ещё кормить. Не было печали. Нам бы своих прокормить.

— Нам они не нужны.

— Войвода собе забере. Лоджи теж, — отвечает княжна

— Лодьи наши, — не дав Ларсу перевести отвечаю я, — люди их, они с ними бой вели.

— Воша правда.

— Пусть собираются. Мы вернёмся после похорон.

— Там вяша чухонска. Вртать ся мога.

Да. Не оставишь. Надо поторопить «Штокман», рыбачий и пограничный катер. Присмотреть здесь пока рыбачьего будет достаточно. Беру рацию вызываю корабль. Приказываю прислать усиление. Теперь дело за Пресланой.

— Скажи своим что мы обойдем остров, а их защитит наш малый катер, когда мы вернёмся путь будут готовы выслать драккар для разговора.

Видя, что понимается сложно, Ларс переводит. Лана кивает. Снова берёт микрофон и распоряжается. Ответом с берега легкие поклоны, которую вижу в бинокль.

А вот и катерок рыбацкий. Даю команду. Идти совсем недалеко. Остров Малый от нас в милях шести. Но, похоже, что везти туда покойного смысла нет. Полуостров Промежуточный здесь не соединён с Мощной песчаной косой, бухты Окольная и Защитная соединены проливом. Так что совсем рядом есть небольшой островок. Подойти там, если верить эхолоту, к берегу можно. Зароем там под елями покойного и назовем остров по его фамилии — Ташин.

* * *

БАЛТИКА. ОСТРОВ ТАШИН.

— Моли́твами святы́х оте́ц на́ших, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас. Ами́нь.

По молитвам святых отцов наших, Господи Иисусе Христе Боже наш, помилуй нас.

Во блаже́нном успе́нии ве́чный поко́й пода́ждь, Го́споди, усо́пшему рабу́ Твоему́ (и́мя), и сотвори́ ему́ ве́чную па́мять, — тянет дискантом Лев Аржавин.

— Во блаженном успении вечный покой подай, Господи, усопшему рабу Твоему, и сотвори ему вечную память! — подхватывает его отец и Падва, а за ним уже и все мы.

Сумели меня Левка с Лазарем удивить! Я думал, что гражданской панихидой обойдётся. А эти двое смогли полноценную литию по покойному справить. Священника у нас нет, но крестить