Четвертое королевство - Ана Эм

– Ничего не сломала? Где болит?

Она могла только помотать головой.

– Уверена? Головой не ударилась?

– Т-ты… – прохрипела она, уставившись на этого странного мужчину. – Ты спас меня?

Тео непонимающе моргнул.

– Конечно.

– Почему?

– Потому что тебе нужна была помощь.

– Я пленила тебя.

– Не то, чтобы удачно. Да и к тому же, у тебя были веские причины для этого.

– И это все?

– Ну, еще ты красивая. – просто выпалил он, как между прочим, и это не могло не заставить Гиву рассмеяться.

– И смех у тебя славный. – улыбнулся Тео. – А еще ты сестра Аморы.

Это заставило Гиву замереть.

Амора. Ей нужна была помощь.

Амора проклинала богов, проклинала этот гребанный лес, свою жизнь и хренову ветку, что зарядила ей прямо по лицу. Да, ее застали врасплох. Но хрена с два, она так просто сдастся. Она хваталась руками за землю, пытаясь нащупать хоть что-то, и аллилуйя, правая рука нащупала крепкий корень, Амора тут же вцепилась в него всем своим существом.

Кто-то, скорей всего фея, потому что только они умели управлять всякой хренью на таком расстоянии, тащил ее за ноги, в то время как Амора использовала всю свою силу, дабы удержать себя на месте.

На другом конце лианы фея с темной мерцающей кожей и облаченная в доспехи из тонкой, но плотной коричневой ткани сжала кулаки, совершенно не ожидав такого сопротивления. На мгновение ей показалось, будто она пыталась сдвинуть гору, а не какую-то русалку. Это была первая стычка феи с представительницей этого вида. До этого момента фея лишь слышала о том, что русалки обладали нечеловеческой силой и могли пленить твой разум своими песнями, а потому единственной тактикой было застать их врасплох. Но она и не подозревала, насколько те были сильны. Еще ей никто не сказал о том, что их будет несколько.

Феям было приказано убить русалку с зелеными глазами и жемчужными волосами, и сейчас воительница не представляла, что делать, если в ее руках окажется другая.

Ветка, что сперва показалась Аморе крепкой, начала издавать тревожные звуки.

– Нет. – прорычала русалка прежде, чем та треснула и сломалась.

Из-за сопротивления Амору унесло в лес еще быстрее, и ударилась она о ствол какого-то дерева с еще большей силой.

– Да чтоб тебя Тритон в рот… – прохрипела она, застонав.

Клинок блеснул в скупом солнечном свете, и Дэмиан обрубил лиану, что связывала ноги Аморы.

– Возьми его, – все, что успел он бросить прежде, чем очередная лиана вырвалась из земли и толкнула его в грудь, заставив отлететь далеко в сторону. Дэмиан упал куда-то в кусты и потерял сознание, а его клинок остался лежать рядом с Аморой.

Приложив немало усилий, она села и схватилась за эфес меча. Корень устремился к ней, но замер, стоило русалке открыть рот. Она подняла голову и встретилась глазами с феей, из-за спины которой точно щупальца кракена раскинулись в разные стороны еще корни. Все дрожали из-за песни русалки.

Фея видела перед собой девушку с жемчужными волосами и зелеными глазами, но не могла сосредоточиться, не могла вспомнить, что должна была сделать. Звуки совершенно иного мира пронзали ее разум насквозь, забирая контроль над телом. Фея пыталась сопротивляться – тряхнула головой, заткнула уши.

Амора тем временем, поднялась на ноги, опираясь на саблю. Корни, пусть и медленно, продолжали двигаться в ее сторону, вибрируя точно струны арфы. Тогда русалка сделала движение головой, будто бы разминая шею, и на ее горле проступили жабры, что усилило песнь в разы.

Голос русалки в человеческом облике мог подчинить волю, но песнь имела совершенно другую магию. Амора направилась к фее, что изо всех пыталась держать глаза открытыми, но все, чего ей на самом деле хотелось – это слушать слушать слушать, заснуть навсегда и продолжать слушать, раствориться в этой песне, утонуть.

Зеленые глаза русалки сверкнули, и когда она приблизилась на достаточное расстояние для удара, занесла саблю и вонзила прямо в сердце воительницы. Ее корни тут же опали на землю. Амора спрятала жабры и резко втянула ртом воздух.

В одном боги не ошиблись, магия действительно давалась ей так же легко как и дыхание.

61

Очередная стрела вылетела из ниоткуда и застряла в водном щите прямо у сердца Дэи. Да, возможно, этот пират был прав, она не умела драться с помощью оружия, однако всю свою жизнь она обучалась магии и весьма в этом преуспела.

Бросив острый взгляд на довольного собой пирата, она задумалась над тем, чтобы прямо сейчас свернуть ему голову, и наверняка так бы и поступила, если бы ей не нужна была его помощь.

– Ты говорила о каком-то оружии. – напомнил он, вскинув брови. – Думаю, сейчас самое время его достать.

Отделив небольшую часть воды от щита, Дэя сформировала небольшой плотный шар, и взяв мозолистую руку пирата, вложила его в широкую ладонь.

– Если бросишь в нее это и попадешь, я сделаю остальное.

Он нахмурился.

– В чем загвоздка?

– Она прячется. – выпрямилась, снова уставившись в лес. – Чувствует меня, знает, что если увижу ее, она труп.

Дэя могла уловить магические вибрации, но не точное местоположение, ее чутье не было так уж хорошо развито. Как бы она ни пыталась его развить, могла лишь уловить количество объектов вне поля ее зрения, но не их передвижение. Так было и на суше, и в воде.

– То есть, – хмуро заключил пират. – Ты хочешь, чтобы я покинул это безопасное местечко и нашел ее, рискуя своей жизнью ради крохотного шанса, что ты сможешь с ней разделаться?

Дэя снова перевела на него свои черные глаза.

– Во-первых, шанс вовсе не крохотный. А во-вторых, из нас двоих твоя жизнь менее важна.

То, как просто и уверенно она это произнесла, заставило Рида невесело рассмеяться. Ему частенько приходилось слышать подобное в детстве, однако в тоне ее голоса, на удивление, не было высокомерия, лишь грубое изложение фактов, поэтому ему стало любопытно.

– И что же делает твою жизнь важнее моей?

Дэя задумалась, она не могла признаться в том, что буквально несет на себе весь магический баланс, защищая людей от магии и магию от