Утопающий во лжи 15 - Лев Жуковский

ли магическая аура? Ведь если они обладают навыками или, что лучше, артефактами для сокрытия своей активности от инсектоидов, это во многом могло изменить мои планы и сильно увеличить результативность охоты.

Причём, переговорив с Тхагаси, который явился сразу после моего призыва, ломая своей тушей края палатки, я приняла решение действовать всё же аккуратно. Разведать сначала, оценить угрозу, и только потом атаковать. Что иронично, это при том, что в кои-то веки ледяной демон жаждал хорошей битвы, настоящего сражения. Ну, это и понятно, возбудился, ощутив близость сладких доступных душ, которые можно пожрать. Надеюсь, что может, утолив свою жажду, он меньше будет проедать мне мозг своими безмозглыми разговорами о необходимости двигаться дальше, в более развитые миры.

Ведь из полученной информации от господина Таталема Со, через мир Тесэр можно было уйти в иные миры, порталы, ведущие в измерения, полные жизни. Куда более развитые и населённые разумными расами, как говорил Тхагаси с придыханием. Наделёнными душами, способными хоть что-то чувствовать, в отличие от мерзких жуков мира Ссшорс, чьи души были пустыми и безвкусными. Как и души нежити из мира Тесэр, к которым у мериота не возникало никаких положительных эмоций.

Так ещё говорил он это с таким эмоциональным подтекстом, что создавалось впечатление одного из двух. Либо ему самому надоело есть жареную на стеблях странной травы жучатину день за днём, неделю за неделей. Либо это так сильно на него могла влиять эта мерзавка Лея Фрет, его любимая наложница, что шептала ему в уши свой яд. Не зря же он ей поднял столько уровней из собственных запасов, выделив очки Системы. Расточительство, которое я бы никогда не позволила себе.

Надеюсь, что с этим я разберусь позже, обещала я себе. Ведь не всегда Тхагаси сможет быть рядом с этой мелкой манипуляторшей, защищать её своей тушей. Наступит момент, когда она останется одна. И тогда… Впрочем, нарушать намеренно приказ моего Господина я не решусь. Он велел сохранить ей жизнь, и я подчинюсь, так или иначе. Однако это не значит, что я не могу сделать её жизнь… некомфортной.

Мне его так сильно не хватает. Господина. Моего Бога. Моё сердце болит много сильнее, чем от расставания со своими детьми, что остались в умирающем мире Сейлоста. И осознание этого ещё сильнее гложет мою душу, терзает изнутри. Наверное, оттого, что я точно знаю, знаю с материнской уверенностью, что с моими детьми все в порядке. Они живы, они в безопасности, под защитой тех, кому я доверяю.

Зато вот с господином Таталемом Со моё сердце чувствует, чувствует каждой клеткой, каждым ударом, что случилось что-то ужасное. Что-то непоправимое. И я должна исправить это, должна вернуть Его, чего бы мне это ни стоило.

Так вот, по итогу решив, что засаду лучше провести в районе пересечения двух главных тоннелей, там, где потолок поднимался на высоту в сотню локтей, давая простор для манёвра именно мне, примерно в пятнадцати верстах от лагеря. Там, где мне без проблем удастся ударить с тыла, обрушившись на врага огненным смерчем. А Тхагаси с пятью сотнями штурмовых гвардейцев захлопнет ловушку с фронта, перекрывая отступление. Моих возможностей, и что главное, скорости полёта и мгновенных перемещений через пламя, для этого более чем будет достаточно.

Всего порядка сорока минут прошло с момента, как Елар ворвался в палатку для совещаний, расталкивая стражников. Сейчас же я уже подбиралась для атаки, паря под самым сводом тоннеля, скрывая свечение крыльев до минимума. Как вдруг в трёх верстах, ещё только завидев марширующих двуногих существ, их строй, растянувшийся по тоннелю, я услышала голос. Такой знакомый, такой родной.

— Господин Таталем Со передаёт Вам привет.

Точнее, даже не голос, слова прозвучали как будто в моей голове. А знакомый флёр энергий я ощутила, этот неповторимый отпечаток божественной силы, что не спутаешь ни с чем.

Небольшой псоглавец, не выше пяти локтей ростом, облачённый в простой технодоспех, с поднятым забралом шлема, появившийся, казалось, из ниоткуда, материализовавшись из теней, произнёс эти слова совершенно спокойно. Глядя на меня, зависнувшую посреди тоннеля на высоте двух десятков локтей, готовую обрушить смерть на головы незваных гостей.

В его глазах не было страха, только спокойствие и уверенность. Хотя свет от моих горящих крыльев отражался в них явственно, превращая зрачки в огненные точки.

— Кто ты такой⁈ — настороженно спросила я, ощущая в этот момент двойственность чувств, раздирающих душу.

С одной стороны, не веря, что это действительно правда, что Господин жив, что он помнит обо мне, что он послал весть. С другой же, надеясь, надеясь так сильно, что сердце готово было разорваться, что это все-таки правда, что это не иллюзия, не обман, не жестокая насмешка Судьбы.

— Я вестовой Гартуш, — произнёс мгновенно псоглавец, склоняя голову в почтительном поклоне. — Меня послала встретить Вас моя госпожа Алатея. Она, как и Вы, ученица господина Таталема Со. Его верная служанка и последовательница.

Мир словно замер в этот момент. Я повисла в воздухе, не в силах пошевелиться, переваривая услышанное. Ещё одна ученица? Ещё кто-то, кто служит Господину? Значит, я не одна. Значит, Он действительно жив. Значит, есть надежда.

Глава 5

Неудача, как проклятие Судьбы. Интендант Леур

Странное предчувствие мучило меня последние несколько дней, не давая спокойно спать уже которую ночь подряд. Словно невидимые когти разведчика арахнидов царапали изнутри по черепной коробке, оставляя кровоточащие борозды на самой ткани сознания. Каждая попытка закрыть глаза оборачивалась погружением в липкий, удушающий кошмар, из которого я вырывался с криком, весь в холодном поту, с бешено колотящимся сердцем.

Мне отчего-то снились эти проклятые арахниды из мира Паккот, их ненавистные хитиновые морды, усеянные множеством глаз, что светились в темноте зловещим красным светом. Их щёлкающие жвала, капающие ядовитой слюной. Их лапы, покрытые острыми шипами, царапающие камень с душераздирающим визгом. На удивление вроде бы миссия в том мире прошла более чем спокойно, мы вошли, выполнили задачу, вышли практически без потерь. Нет, не так. Понервничать, конечно, пришлось, это я не стану отрицать даже перед самим собой.

Всё же новая тактика господина Таталема Со вызывала ряд вопросов, множество вопросов, на которые я так и не получил ответов. Причём так глубоко спускаться в руины древних городов, в эти бесконечные катакомбы мёртвого мира, где воздух был пропитан запахом тлена и плесени, где стены покрывала паутина толщиной с мой палец, это было однозначно страшно. Страх этот не был трусостью, нет,