Рябушинские - Сергей Юрьевич Нечаев

И Павел Павлович никого и ничего не боялся. Например, в начале 1911 года он подписал знаменитое «Письмо 66», письмо богатейших представителей торгово-промышленного капитала Москвы (капиталы подписавшихся составляли гигантскую сумму в полмиллиарда рублей) с протестом против репрессий министра народного просвещения Льва Аристидовича Кассо в отношении преподавателей Московского университета, которых уволили после студенческих волнений «памяти Толстого». Это письмо (по сути, первая акция протеста бизнеса по вопросу, напрямую его не касающемуся) было напечатано в газете Рябушинского, и в нем говорилось о том, что «никакие проявления “твердой власти”, никакие волевые импульсы не дадут родине покоя, пока не будут идти рука об руку со слишком затянувшимися реформами»[99].

О болезненности этого протеста для правительства можно судить по реакции проправительственных газет. В частности, газета «Новое время» гневно написала: «Как все эти Рябушинские, Морозовы и прочие не понимают, что в случае переворота они все будут повешены <…> Либеральная буржуазия, включая среднее дворянство, чиновничество и купечество, беспечно идет к краю революционной пропасти вместе со своими титулами, чинами и капиталами»[100].

Тогда Павлу Павловичу Рябушинскому так не казалось…

4 апреля 1912 года на обеде, устроенном торгово-промышленным миром Москвы в честь премьер-министра В. Н. Коковцова, он провозгласил тост: «Не за правительство, а за русский народ, многострадальный, терпеливый и ожидающий своего истинного освобождения!»[101]

И он действительно был убежден, что власти не должны мешать проявиться творческой силе русского народа.

А московский городской голова Николай Иванович Гучков, выходец из купеческой семьи и родной брат бывшего председателя Думы А. И. Гучкова, негодовал: «Павел Рябушинский? Да это такой подлец и мерзавец, каких свет не родил!»[102] И тот же В. Н. Коковцов возмущался: «Московских купцов мало жгли в 1905 году, что они еще не образумились. Вот дворяне – другое дело. Им въехали порядочно, и потому они протрезвились»[103].

Но для многих предпринимателей Рябушинский был не смутьяном, а героем. Вот, например, что писал ему владелец Московского металлургического завода Юлий Петрович Гужон: «Вы один говорили дело, говорили с общегосударственной точки зрения, а не как торгаш и промышленник. Уверен, что ваш пример вызовет последователей. Давно пора»[104].

Согласно донесению полиции, слова Рябушинского вызвали много толков в обществе и подняли его популярность. И тут следует отметить: одно дело – подписать письмо, и совсем другое – публично высказать в глаза премьер-министру свои претензии. Так московские миллионеры еще никогда себя не вели.

Предприниматели хотели видеть Россию великим государством и хотели, чтобы власть не цеплялась за отжившее прошлое, а была полна жизни, полна устремлений к новому. Идя вместе с народом, она должна была бы вести всех к прогрессу, к созданию великой свободной России.

ВИКТОР МИХАЙЛОВИЧ ШЕВЫРИН,

кандидат исторических наук

Идеолог молодой российской буржуазии, Павел Павлович Рябушинский постоянно воевал с правительством. На одном из выступлений он вдруг выкрикнул: «Одна надежда, что наша великая страна сумеет пережить свое маленькое правительство!»[105]

После начала мировой войны Рябушинский как политическая фигура на некоторое время уходит в тень. Известно, что с начала 1915 года он находился в действующей армии, занимаясь деятельностью организованного на средства Биржевого и Купеческого обществ подвижного лазарета, а также санитарного лазарета, устроенного самими братьями Рябушинскими. За свою патриотическую деятельность лидер московской буржуазии в 1916 году был награжден сразу двумя орденами – Анны 3-й степени и Станислава 2-й степени.

ЮРИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ ПЕТРОВ,

доктор исторических наук

На самом деле, Первая мировая война стала звездным часом Павла Павловича, и два ордена, врученных ему, – не случайность. Он принял самое активное участие в создании сети военно-промышленных комитетов (ВПК) для мобилизации частной индустрии на нужды войны, а сам он был избран председателем Московского ВПК.

С августа 1914 года Рябушинский активно участвовал в оказании помощи больным и раненым воинам, выезжал на фронт, явился инициатором создания военно-промышленных комитетов (май 1915 года). В июне 1915 года он – председатель Московского военно-промышленного комитета, с того же времени – председатель Московского биржевого комитета.

ВИКТОР МИХАЙЛОВИЧ ШЕВЫРИН,

кандидат исторических наук

Прекрасно осознавая техническую отсталость России, видя, как это обстоятельство роковым образом сказывается на ходе боевых действий во время Первой мировой войны, Павел Павлович Рябушинский инвестировал огромные средства в развитие отечественной оборонной промышленности.

Он сознательно строил свой образ – образ активного, мобильного, понимающего свой и более широкий государственный интерес русского капиталиста. В нем удивительным образом уживались своеобразная деловая этика старообрядческой среды, широта души русского купца и благотворителя и железная хватка предпринимателя XX века.

Если раньше говорили noblesse oblige – дворянство обязывает, теперь нужно сказать propriété oblige – собственность обязывает (богатство обязывает).

ПАВЕЛ ПАВЛОВИЧ РЯБУШИНСКИЙ

Владимир, брат Павла Павловича, потом вспоминал: «Старший брат нас часто наставлял: “Богатство обязывает”. Так и другие роды понимали, но подкладкой этого, хотя часто и несознаваемой, конечно, была твердая христианская вера отцов и дедов. Богатство обязывает»[106].

* * *

Согласно «Отчету и балансу П. П. Рябушинского на 1 января 1916 года», Павел Павлович владел имуществом на общую сумму в 5,0 млн рублей, в том числе акции Московского банка – на 1,9 млн рублей, семейной текстильной фирмы – на 1,1 млн рублей, типографии, где печаталась его газета, – на 0,5 млн рублей.

Дом на Пречистенке (нынче Гоголевский бульвар, 6) оценивался в 200 000 рублей. Об этом доме хорошо знавший Рябушинских П. А. Бурышкин пишет так: «Жил он на Пречистенском бульваре, в доме, который раньше принадлежал Сергею Михайловичу Третьякову, бывшему городскому голове и одному из создателей галереи. Дом был большой, не слишком парадный и со вкусом обставленный. Он памятен мне не по большим приемам, которые бывали сравнительно редко, а по бесконечному количеству заседаний, там происходивших. Особенно помню нашумевшие когда-то “экономические беседы” объединений науки и промышленности. Правда, науки были представлены не очень многочисленно, но “промышленности” было много, хотя приглашали с разбором, главным образом тех, кто мог принять участие в беседе. Председательствовал на этих собраниях, с большим блеском, профессор С. А. Котляровский»[107].

Газета «Биржевые ведомости» за 15 июня 1915 года писала о П. П. Рябушинском: «Странная и своеобразная фигура – этот московский миллионер, нечто среднее между старообрядческим начетчиком и английским дельцом. Находясь в самой гуще политической борьбы и прекрасно понимая неизбежность смуты, он не только продолжает развивать дело, но и призывает к этому и других»[108].

В