Дышу тобой, словно воздухом - Диана Валеса

Астматик же, может ингалятор достать?

Но тут же слышу грубый и грозный рык.

- Ой, ну и ладно, я просто беспокоилась и хотела помочь.

Отворачиваюсь от него и решаю больше не разговаривать. Что-то он не в духе к вечеру. После плотного ужина, меня почти сразу стало клонить в сон. А учесть, что мы больше с ним не говорили, так мне было ещё и скучно.

Укутавшись в тёплый плед, решила, что всё же попробую уснуть. Но чем глубже наступала ночь, тем... холоднее становилось в подвале. Уже даже носочки не помогали. И как этот немой альфа совершенно без движения ещё там не заледенел. Ведь с того момента, как я решила не разговаривать, он даже не шелохнулся. Мне даже стало казаться, что его нет или он ушёл. Но когда я в очередной раз переворачивалась с боку на бок или пыталась, плотней укутаться в плед, он делал недовольные выдохи. Будто ему тяжело дышать, и он сильно не доволен.

Но после того грубого рыка я больше решила не предлагать свою помощь. Он вообще в отличие от меня выйти может. Так что не бедный, справиться сам.

А вот мои ножки скоро в ледышки станут превращаться. Я скоро буду как мой любимый персонаж из сказок. Настоящая снежная королева. И кажется, пар изо рта валить стал. Неужели на улице так похолодало?- Скажи, а снег уже выпал?

Кутаясь плотнее, всё же задала вопрос. Тихий хмык с каким-то обречённым выдохом. Что? Я всё же достала тебя, похоже, своей болтовнёй? Да я столько часов молчала! Уф, зла на тебя нет. Это ты привык быть немым, а я вот поболтать вообще-то люблю.

И мне тоскливо, холодно и до жути невыносимо.

Так холодно, даже твои носочки не помогают заснуть, - жалобно вышло. Но я даже обижаться не настроена. Слышу, как альфа встал с кресла, а потом донеслись тяжёлые, приближающиеся ко мне шаги. И от холода я как-то сейчас даже не боюсь его. Похоже, чувства тоже заморозились. Прикосновение к моей щеке. И это будто лёд и пламя встретились. Какие же у него горячие руки. Но он же в футболке! Я хорошо помню, когда он поймал меня кружащуюся, точнее, когда я врезалась в него. Альфы. Все же вы не только выносливее, но и преимущества у вас есть. Тяжёлый вдох и выдох. Слышно какое-то обречение и будто тяжесть. Ему, похоже, всё-таки тяжело дышать. А потом он толкает меня назад и ложится рядом.

- Эй! Ты что...

Договорить не успеваю, он сгребает меня в охапку своими ручищами и вжимает в своё тело, да так, что я утыкаюсь лицом в его грудь. И мой кончик носа касается разгорячённого тела.

Глава 15

Я замираю, полностью окутанная теплом, исходящим от альфы. Его присутствие будто создаёт вокруг меня невидимый кокон. В нос резко ударяет его приятный терпкий запах. Он накачивает лёгкие насыщенным воздухом, от которого кружится голова. Слышу, как быстро бьётся его сердце. Да и моё тоже не отстаёт, бьётся так же быстро. Боже, зачем он лёг ко мне? Неужели решил согреть меня именно таким способом? Лучше бы он принёс одеяло или включил обогреватель, что угодно, лишь бы не лежать вот так, вплотную, заставляя меня испытывать эти странные и незнакомые чувства. Хотя признаюсь, я сама жаловалась, что мне холодно. И что самое удивительное, мне совсем не страшно. Ни капельки. Даже в такой близости, когда я буквально утопаю в его объятиях. Страх куда-то испарился, оставив после себя лишь странное волнение, которое пульсирует в груди, растекается по венам, заставляя кожу покалывать и гореть. Возможно, это просто реакция на его жар, он ведь альфа, его температура всегда выше обычной, и сейчас это ощущается слишком остро Как же, наверное, удобно быть альфой. Не знать, что такое пронизывающий холод, не дрожать в промозглом подвале, одетым лишь в тонкую футболку. Ему, должно быть, даже в самые лютые морозы тепло и комфортно. Эх, красота.

Сон исчез без следа. Но я упорно лежу, не шевелюсь, даже не пытаюсь отстраниться. Почему-то нет желания сопротивляться, наоборот, хочется просто раствориться в этом тепле. Альфа лежит неподвижно, будто каменная статуя, но его ладони, бережно лежащие на моей спине, излучают такое тепло, что оно проникает вглубь, согревая не только кожу, но и что-то внутри.

Интересно, многим ли девушкам он предлагал своё тело в качестве обогревателя? И почему я вообще об этом думаю? Так, Сера, всё. Перестань думать о таких странностях. Он просто твой охранник, работающий на похитителей. Да и что это со мной? Почему мне хочется расслабиться и просто наслаждаться этим моментом.

Как же все странно.

Слышу, как он громко втягивает носом воздух, и его дыхание становится тяжёлым и прерывистым. Грудная клетка напряжённо вздымается, всё тело будто окаменело, но он по-прежнему не двигается с места. Ему снова стало хуже? Неужели опять приступ астмы?

Приподнимаю голову, напрягаю зрение, пытаясь во мраке разглядеть его лицо. Ничего непонятно, только мерные вздымания груди, да хрипловатые вдохи, от которых у меня самой перехватывает дыхание.

- Почему ты так дышишь? Тебе плохо? - шепчу едва слышно. - У тебя есть ингалятор? Он не отвечает. Лишь продолжает делать эти судорожные, рваные вдохи, лёжа на боку. Ему совсем плохо! Решаюсь действовать. Осторожно кладу ладони на его бедро, начинаю нащупывать карманы. Первый оказывается пуст. Опускаю руку ниже, старательно избегая интимных зон, пытаюсь отыскать второй карман, тот, на котором он лежит. Наконец пальцы упираются в ткань, кажется, вот он! И внутри что-то твёрдое... Ингалятор! Нашла! Сейчас вытащу его, если ты немного приподнимешься, ободряюще, пытаюсь просунуть пальцы вглубь кармана.

говорю

Но ничего не выходит. А альфа вдруг замирает совсем, даже дыхание прерывает. Решаю действовать иначе, пытаюсь пододвинуть ингалятор ближе к краю кармана, кладу ладонь, чтобы ухватить его, и вдруг замираю, хмурюсь, ощущая под пальцами что-то огромное, твёрдое и невероятно горячее.- Это не ингалятор?.. - произношу вслух, и в тот же миг до меня доходит вся неловкость ситуации. Резко отдёргиваю руку, чувствуя, как лицо заливает жгучий румянец стыда. Всё тело будто охватывает пламенем. Настолько неловко мне становится в эту секунду.

Да это я там пыталась нащупать совершенно не то! Это же его... Ой, Сера... В этот момент альфа делает судорожный вдох, который переходит в низкий, утробный