Миссия попаданки: выжить в роли злодейки! - Лека Стар

— Тебе.

— Не стоит…

Цияо не слушала, впихнула и отступила.

— Спасибо и извини.

Пометавшись пару секунд, Жо Лань низко склонила голову и покинула кухню.

— Ты мелочный, Лин Сяо, — цокнула Цияо, провожая взглядом удаляющуюся фигуру. — Твоей любви прибавили работы, а ты запер меня, так ещё и приказал кормить плохо. Нечеловек.

Мимо проходил повар Фэй. Старался прошмыгнуть, но с его комплекцией незамеченным пройти можно только при шумном городском празднике.

— Повар Фэй, вот скажи мне, вы не могли вкуснее готовить мне каши? — Цияо развернулась.

Повар Фэй замер, опустил возмущённый, тяжёлый взгляд и поджал губы. Молчание не скрывало его бранных слов, расползающихся красными пятнами по лицу.

— Без сомнения, каши и супы полезны, но делать их настолько жидкими не надо было. Или это особый рецепт лекаря Юя? Или может Лин… Его Величество приказал?

— Ни о каком рецепте не слышал, — громко начал повар Фэй. — Его Величество приказал кормить Вас полезной и сытной едой. Мы действовали строго по приказу, который следом изменился. Её Величество лично приходила и составила список блюд, которые Вам можно.

«Се. Ин. Хуа».

Мало того, что семья Се отравила Ху Цияо, так Инхуа решила добить её!

— А потом пришла наложница Шуйсян, — для достоверности повар Фэй руками обозначил участвующих лиц. — Она сказала, что от Её Величества и что ещё раз нужно перепроверить продукты. Она лично переписала список и добавила новое. По нему мы готовили.

«Хай Шуй Сян».

— Если есть недовольства, иди к.. ним, — закончил повар Фэй.

— К кому ещё? — тряхнула головой Цияо.

Она-то думала ,что её страдания из-за недопонимания с Жо Лань. А оказалось две барышни решили отыграться на ней.

— Ну, Шуйсян. Ну, Инхуа, — Цияо сложила руки на груди. — Вы у меня ещё отведаете вкус кашек без водички.

Повар Фэй только собрался уходить, как раздалось:

— У Шуйсян намечается ужин? Есть изменения!

За всю свою жизнь повар Фэй не видел, чтобы на ужин с Императором приказывали подать постные блюда без капли соуса, без грамма приправ, да даже без соли. Он мог понять без капли масла. Готовка либо варка, либо на пару. В угол кухни забило: сократить вкладку продуктов вдвое!

— Шуйсян — птичка, она много не осилит, — закончила Цияо, медленно поднимая губы в улыбке. — Если придут за объяснениями, отправляйте ко мне. Так и говорите: тигрица ответный банкет подготовила для нарцисса, благодарит так.

— Нам конец, — прошептал кто-то из младших поваров.

— В последний раз готовим, — поддержал коллега.

Один Цянь Янь, стоявший в стороне ото всех, понимал: это цветочки. Он вообще сперва подумал, что тигрица разорвёт наложницу Шуйсян на маленькие клочки за страдания, перенесённые в виде неаппетитной еды. А тут всего лишь практически идентичный ответ — удивительно и снисходительно.

Откинув волосы, Цияо махнула Цянь Яню, и они подошли к столу, на котором стояла тарелка с единственной лепёшкой.

— Помнится мне, теста предостаточно было, — медленно начала Цияо.

Цянь Янь кивнул, тоже смотря на ту самую лепёшку, которую он доставал.

— При жарке раскладывала на две тарелки.

И снова Янь кивнул. Видел и облизывался на мечтам о том, что одна из тарелок могла достаться ему.

— Одну отдала Жо Лань, — Цияо указала за спину. — В итоге остаться должна одна тарелка. Она есть. Но почему из горки одна лепёшка?

Она взяла неидеально круглое жареное тесто и подняла на уровне глаз.

— Где остальные?

— Не знаю, — тут же заговорил Цянь Янь. — Как только достал последнюю, подошёл к Вам.

Остальные тоже не знали, куда во второй раз пропала еда тигрицы.

— Кто же ты, голодный? — Цияо вздохнула, разорвала лепёшку пополам и больший кусок отдала Яню. — Не императорская кухня, а рынок. Заходи кто хочет, бери что хочешь.

Дополнение к курочке умыкнули. Возвращаться пришлось без всего. Мало того, что узнала о лишениях из-за ничего, так ещё и еду стырили — страдания на страданиях.

Во дворе Цянь Янь и Цияо разошлись. Они разделяли утрату. Лепёшки и правда получились вкусными, теперь Янь мог продолжать работу со вздохами, что было мало.

Войдя в покои, Цияо взглянула на неубранный стол. Настроение поднялось, но осадок с кражей её еды булыжником лежал на дне.

Опустившись в кресло, Цияо взяла баоцзы и откусила.

«Мои страдания… Ха, я бы хотела лично посмотреть на лица Шуйсян и Лин Сяо, когда подадут еду».

Свежая начинка, мягкое тесто — действительно те самые баоцзы, которые так хотелось попробовать. Они были наградой за стойкость.

Вечерело. Тётушка Хэ пришла не одна, вместе с лекарем Юем. В покои они не сразу зашли. Сперва решили найти Цянь Яня, вдруг он пал под натиском тигрицы или стал жертвой её плана. Застали они занятную картину. Цянь Янь стоял в сторонке и слушал благородную супругу, которая размахивала метлой.

— Договорился, — лекарь Юй поправил лекарский колпак.

— Так и знала, длинный язык погубит его, — цокнула тётушка Хэ. — Госпожа, слышала Его Величество ослабил контроль над Вашим выздоровлением.

Обернувшись, Цияо пожала плечами. Всё же она сдержала обещание и вышла помогать Яню. Правда он чуть не поседел и не упал замертво. Где видано, чтобы супруга помогала слуге в уборке? Но они сработались. Помимо шока, Цянь Янь по достоинству оценил баоцзы с курицей и грибами, ставшие платой за его страдания.

— Вы случайно не слышали, Шуйсян уже ужинает с Лин Сяо? — Цияо отдала метлу, которой скорее вымещала злость на мир, чем подметала от соринок дорожку.

Привыкнуть к наглости благородной супруги сложно, но тётушка Хэ, лекарь Юй, Цянь Янь — не из закостенелых стариков, не умеющих принимать изменения.

— Слышали, — Юй Кан встал боком, пропуская Цияо и тётушку Хэ. Янь пристроился позади.

— И как, весело у неё?

— Блюда подали точно по времени, — начала тётушка Хэ. — Его Величество ещё не пришёл.

— Представляю лицо Шуйсян при виде полезной еды, — Цияо не скрыла смеха. — Будет знать, как издеваться.

От мыслей, что прямо сейчас Шуйсян металась, злилась, кричала, торопилась изменить еду, переживала о приходе Лин Сяо, настроение взлетело на небесные высоты.

— Сделай гадость, и на душе радость, — хихикнула Цияо, поднимаясь к покоям.

— Что успела