Мастер пилюль 1-8 - Роман Романович

источник переродился. Я находился во внутреннем пространстве и увидел, как весь храм засветился от вложенной силы, как он начал перестройку. Пространство расширилось, платформа раздалась в стороны, чаши со стихиями разъехались. Мой внутренний взор ослепила яркая вспышка, а когда зрение вернулось, всё уже закончилось. Источник остался в центре. Вокруг него появились три новые, сейчас пустые чаши. С четырьмя стихиями же отошли чуть вдаль.

Ещё вокруг храма появился пузырь или, правильнее сказать, защитная плёнка? Как это понимать?

Ответа у меня не было и я пошёл проверять чаши. В которых ничего не обнаружил. Разве стихии не должны были проявиться сразу? Озадаченный, я проверил всё ещё раз, но так ничего и не нашёл. Возможно, нужно подождать.

Перед тем как вынырнуть, решил ещё кое-что проверить. Проход к бинхуа тоже претерпел изменения. Теперь здесь появился полноценный круглый вход, закрытый печатями. Стоило подойти и надавить волей, как они расступились, пропустили меня внутрь. А вот само пространство, где обитал бинхуа, никак не поменялось. Дух по-прежнему восседал на троне, встретив меня взглядом, полным безразличия.

— Поговорить не хочешь? — спросил я.

— Сначала ты приходишь ругаться, потом лезешь драться, а сейчас решил поговорить? Достойный сын столь ненавистного мне рода, — полным ненависти и угрозы голосом сказал бинхуа.

— Сначала захватываешь моё тело, разрушаешь половину города, чуть не убиваешь мою сестру, ломаешь мне пальцы, а потом ждёшь нежного обращения? Все бинхуа такие или только ты?

— Сегодня решил попрактиковаться в остроумии? Впустую сотрясаешь воздух. Ты по-прежнему слишком жалок, чтобы я тратил на тебя время.

— Мы бы могли поговорить. Нормально.

— Ты готов искупить тысячи лет рабства? Если нет, то убирайся. Хотя можешь и задержаться, — поднялся он с трона и направился ко мне. — Если тебе надоела сестра, — оскалился он, демонстрируя острые зубы.

Сестра? Развернувшись, я покинул это пространство и внутренний мир.

Глаза открыл предельно вовремя. В момент, когда Жар уже тянул ко мне руку.

— Очнулся? — глянул он на меня. — Мае плохо! Поспеши!

Схватив за плечо, брат потащил меня наверх, чем только помешал. Откинув его, я помчался на выход так быстро, как только мог.

* * *

Когда добрался до сестры, та находилась на последнем издыхании.

— Быстрее! — крикнул Дзендао, как будто это и так не было очевидно.

Увидев сестру, не узнал её. Вены почернели, кожа — как рваный пергамент. Не дышит — хрипит и то едва-едва. Мне уступили дорогу, я подлетел, рухнул на колени и направил внимание внутрь тела. Кария издала вздох и завалилась. Леван сноровисто оттащил её в сторону.

От выстроенной защиты ничего не осталось. То, что создала Кария… Её щит не был достаточно хорош. Проклятие сожрало и мою силу духа, и от девушки подпиталось, нанеся чудовищный вред организму и поглотив часть источника сестры. Вместо пламени и ветра пылало и вихрилось нечто чёрное в чашах.

Лекарь из меня никакой. В проклятиях ещё меньше разбираюсь. Но одного взгляда хватило, чтобы понять — мне не хватит сил побороть черноту внутри сестры так, чтобы потом вылечить Маю. Решение я принял в один миг. Сфокусировал силу внутри тела сестры, проложил подобие тоннеля и… Замедлился. У меня теперь есть вода водоворота, так почему бы не использовать эту силу? Я укрепил тоннель и создал водоворот из духовной силы. В тот же момент нанёс удар по проклятию, сжал его в одну точку и рванул наружу, прямо через тело.

Во внешнем мире слуха коснулся крик сестры, но выбора не было. Я собирался выкинуть проклятие вовне, пойдя на экстренные меры. Слишком уж сильна зараза, как бы не убило. Только вот проклятие не собиралось отпускать меня. Вцепилось в духовную силу, как голодный зверь.

Я успел открыть глаза, увидеть, как эта гадость пробила сестру навылет, как фонтаном брызнула кровь. Меня откинуло, я попытался перехватить проклятие, но то впилось мне в ладонь, через которую проводил энергию. Попытался скинуть — не получилось. Проклятие въелось в плоть, проникло под кожу, побежало по жилам.

Рядом появился Дзендао с занесённым тесаком, с целью всё же закончить начатое и отрубить мне руку, но его перехватил Леван. Меня протащило по земле, мотнуло из стороны в сторону — духовная сила хлестала, швыряя. Я скользнул восприятием внутрь, попытался выстроить заслоны. Оказался в храме и увидел, как проклятие врезалось в недавно появившийся щит. Врезалось, присосалось и пробило его. Я сконцентрировал силу духа, атаковал эту гадость. Призвал пламя и принялся сжигать.

Так просто я не сдамся!

Цепи чужие сжигал и с проклятием как-нибудь разберусь!

То, словно насмехаясь, пробралось внутрь и набросилось на меня. Я ответил духом и пламенем, прижал проклятие к щиту. Который начал трещать и раскалываться изнутри.

А если так?

Я призвал воду и создал водоворот. Проклятие возликовало, самым натуральным образом раскрыло чёрную пасть и кинулось на меня. Влетело в водоворот, и подготовленная ловушка скрутила чёрную силу. Тогда я призвал камень и создал чашу, в которую и скинул эту гадость. Захлопнул ловушку и принялся укреплять тюрьму.

Это не слабый огонёк проклятия, что был у сестры. Это, черт возьми, самое настоящее чудовище, которое уже набралось сил. Но и я новый ранг взял. Пободаемся ещё.

Мне требовалось выиграть время. Хотя бы пару минут. Закончив укреплять темницу, вынырнул из храма. Во внешнем мире особо ничего не произошло. Кария очнулась и руководила всеобщими действиями. Сестрой занималась Дарсия. Я достал из кристалла лучшую лечебную алхимию и бросил им. Вдруг осознав, что мне и самому подлечиться стоит.

— Псих! — закричал на меня Дзендао. — Займись собой, придурок!

Я вдруг понял, что он совсем рядом и занимается моим лечением.

— Сестре помоги!

— Без тебя разберёмся! Уничтожь проклятие! — хлестнул он меня по лицу.

Как ни странно — помогло.

Я вернулся обратно. Уставился на пошедшую трещинами тюрьму. Укрепил её и задумался. «Думай-думай-думай», — билась в голове одна мысль.

Воздействие стихией огня не очень-то помогло навредить проклятию. Остальные стихии тоже вряд ли помогут… Попробовать разные воздействия? Разрубить и уничтожать частями?

А то и вовсе кинуть этой гадостью в бинхуа, пусть разбирается?

Эта мысль настолько захватила, что я замер. Что, если убью?

— Подумываешь убить меня? — раздался сзади насмешливый голос. — Попробуй.

Я дёрнулся, обернулся.

— Если не хочешь помогать, то не мешайся под ногами.

— Сказал тот, кто подумывал закинуть это ко мне, — направился бинхуа к каменному шару.

— Уйди! — заволновался я.

— Не даёшь посмотреть вблизи, как кормишь стихиями проклятие? Как хочешь, — отошёл он в сторону. — Посмотрю издалека, как оно тебя сожрёт. Уничтожу его, — бинхуа выставил лапу, придирчиво