Восток на рубеже средневековья и нового времени XVI-XVIII вв. - Коллектив авторов

Господствующий класс Сиама к XVIII в. численно возрос за счет должностных лиц с титулами кун и мун, вышедших из общинной верхушки. По сложившемуся к этому времени порядку простолюдин при определенных условиях мог рассчитывать на ранг по системе сактина до 10 тысяч. Система рангов сактина связывала лиц разного социального статуса в рамках вертикальной структуры, в определенной мере нейтрализуя размежевание общества на горизонтальные страты. В иерархии рангов сактина на верхних ступенях располагались лица, наделявшиеся традиционно-религиозным сознанием высшей благодатью (бун) и моралью (тхамма); им же принадлежали самые престижные вещи (дворцы, слоны, кони, паланкины, зонты и т. п.). Носителями высших рангов сактина были пу ди — «хорошие люди», обладатели «хороших вещей». Архаическое мифологическое мышление рассматривало вещь вкупе с ее изготовителем и одновременно владельцем. Эти архаические представления с течением времени трансформировались в иерархическую систему распределения трудовых ресурсов страны и произведенных ими «вещей».

В период поздней Аютии система рангов сактина имела 27 ступеней, охватывая весь народ. Самые престижные ранги по сактина — с 10 тыс. до 100 тыс. — присваивались упарату (соуправителю), главам кромов, наместникам провинций — выходцам из семьи правителя. Титул знатности в обществе Аютии не был наследственно закреплен. Потомки принцев получали более низкие ранги знатности (до 500) и могли переходить в разряд простолюдинов. Но, будучи включенными в состав знати — куннанг, служилые семьи получали привилегии: они без выкупа освобождались от государственных работ, имели, хотя и ограниченное, право на передачу личного имущества по наследству, в суде куннанг могли представлять другие лица. Но к лицам с более высокой степенью сактина общество предъявляло более высокие требования в соблюдении норм нравственности. В случае нарушения их лицо с более высокой степенью сактина подвергалось и более суровому наказанию.

Низшим рангом сактина для простолюдина было 10 рай: ниже шли рабы, потомки рабов и нищие. Глава домохозяйства имел 20 рай и в силу этого мог распоряжаться рабочей силой всех членов семьи, которые имели низшие ступени по сактина. В то же время сам он подчинялся приказам лиц с более высокими рангами по сактина. Ранги в 50 рай имели командиры небольших отрядов солдат; солдаты, овладевшие искусством стрельбы из пушек; ремесленники, ценившиеся за мастерство, особенно в оружейном деле. В данном случае ранг не отражал реального общественного положения ремесленника, выделяя его как создателя престижных либо редких «вещей».

Рис. 20. Государства Индокитайского полуострова в XVI–XVIII вв.

К XVIII в. система рангов (или достоинств) далеко ушла от своих истоков, которые питали ее с XIII в. и состояли в пожалованиях дохода с земли членам семьи правителя. В XVIII в. связь с доходом с определенного участка земли (на) была утрачена получателем ранга. Но ранг довольно точно соотносился с долей в общей массе централизованной ренты-налога, приходившейся на долю получателя, регулировал взаимные права и обязанности членов общества сверху до низших этажей иерархии. Такой порядок стабилизировал социально-политическую структуру, укреплял систему распределения. Верхи общин входили в состав господствующего класса в силу своих социально-экономических позиций: они эксплуатировали слои с низшими рангами сактина, сами подвергаясь эксплуатации со стороны государства.

Клановая сплоченность, на чем была основана система рангов сактина, к XVIII в. слабеет, ей на смену приходит осознание эксплуататорскими слоями общности социально-экономических интересов, отличных от интересов эксплуатируемой массы. И эта тенденция укрепляется на протяжении XVIII в. Верхние слои общин в экономически наиболее развитых (южных) районах Сиама в силу специфических торговых интересов оказались ближе к китайскому капиталу, чем к своим верхам и низам.

Смена парадигм, взглядов на свое общество отразилась и в сфере идеологии: памятники индуизма в XVIII в. уже не осознавались народом как святыни, часть их была разрушена временем.

Система рангов сактина в XVIII в. отражала лишь часть социальной реальности. Общество этого периода было четко дифференцировано в зависимости от отношения к шестимесячным безвозмездным работам на государство и уплаты налога. От работ на государство освобождалась знахъ-куннанг (ее высший слой составляла семья правителя), противостоявшая простолюдинам-прай, т. е. членам общества с рангами от 10 до 350 рай: это было податное население, обязанное выполнять государственные работы и платить налог в рисе с земли. Ниже прай находились «рабы» — тхат.

В социальной структуре Аютии прай были самой многочисленной социальной категорией, сохранившей свою дееспособность и более высокий общественный статус, чем «рабы». В списки прай заносились имена мужчин, женщин и детей. С XVII в. в состав прай включались прай луанг (земледельцы, подданные правителя) и прай суэй. Прай луанг безвозмездно работали на государство по шесть месяцев в году. У прай суэй эти работы были заменены взносом натурой ценных продуктов, шедших на внешний рынок. Сохранилась и категория прай сом — земледельцев, приписанных к должностным лицам в качестве слуг (гребцов, охраны и т. п.). В первой половине XVIII в. численность этой категории стала возрастать. Должностные лица в обход установленных законом норм приписывали себе большее число прай. Прай сом выходили из разряда податных, что ослабляло силу государства, но делало переход в разряд прай сом притягательным для прай, освобождавшихся таким образом от государственных работ. О размывании слоя прай луанг свидетельствуют многие указы первой половины XVIII в.

Стремясь воспрепятствовать этому процессу, активизировавшемуся в связи с закрытием страны для внешней торговли и ухудшением материального положения прай, господствующий класс усилил регулирующую деятельность политической надстройки. Указ 1710 г. обязывал пай (хозяев) оказывать помощь тем прай, которые попали в затруднительное положение. Указы 1711 и 1722 гг. требовали от должностных лиц разыскивать прай, приписанных к их му-отрядам, в том числе прай, ушедших в буддийские монастыри. Указ 1744 г. пытался воспрепятствовать злоупотреблениям должностных лиц при регистрации прай луанг, требуя присутствия чао крома или его заместителя, палат крома, возглавлявших приказы, ответственные за регистрацию населения.

Переход в разряд прай сом был не единственной возможностью выхода из податного состояния: в первой половине XVIII в. стало возрастать число «рабов», т. е. лиц, «свобода» которых была заложена или продана. По закону каждый прай луанг имел, в зависимости от пола и возраста, цену, выраженную в раковинах каури. При продаже «свободы» за сумму ниже половины стоимости, указанной в законе, акт продажи фиксировался в документе, который регистрировался в особом ведомстве; при этом должны были наличествовать поручители сделки. Заклад «свободы» обычно совершался в силу «тяжелых обстоятельств», на что указывалось в документе о закладе.

Прай, часть свободы которого была заложена, становился тхат с правом выкупа. Хозяин долгового раба не имел права на полное распоряжение им, т. е. не мог его перепродать новому хозяину, продать