Три ромашки для доктора - Рин Скай

— Дядя доктор, мы с тобой пойдем, и никто смеяться не будет! — заявляют тройняшки.

А мне становится стыдно. Вон как дочери готовы за меня заступиться.

— Иди, Краснов, или последствия в виде зловонных луж и куч будешь разгребать сам!

Я вздыхаю, но мне ничего не остается, как пойти и гулять с детьми и ежихой. Я ведь сам привез их в свой дом.

Колючка отчаянно колет мне пальцы, когда мы спускаемся в лифте на улицу.

— О, сосед, собаку завёл? — тут же садится на этаже ниже Паша, сосед с десятого этажа. — Какая порода?

— Колючая. — отчаянно терплю я. — Колючка, сволочь, ну хоть немного свои колючки подбери!

Но Колючка не доверяет мне так, как Янке, а потому ощетинивается иглами еще злее.

— Первый раз такую вижу. — хмыкает Паша. — Это щенок?

— Дядя, да это же ежик!!! — смеются дети. — Неужели ежика от щенка не отличишь?

— Краснов, ты чего, ежа завел? — ухмыляется Паша.

— Еж к жене и детям в придачу шел. — хмыкаю я. — Это, кстати, ежиха. У нее восемь ежат. Надо тебе ежика?

— Э… нет! — тут же отнекивается Паша и первым вылетает из лифта.

— Вот, дядя доктор. — вздыхают девочки. — Никому ежата не нужны. Мы сколько спрашиваем… а они такие ми-и-и-лые!

И так мне за девочек становится обидно, и за ежат, что я решаю восстановить справедливость.

— Нам нужны.

— Нам?

— Да, нам. Мы купим большой дом, как у вашей бабушки, и будем жить все вместе там, с Колючкой, и восьмью ее ежатами.

— И с Принцессой? — с надеждой в голосе уточняют девочки.

— И с ней тоже. — надеюсь я, что частный детектив отыщет Хряка, наконец.

ГЛАВА 28

ДМИТРИЙ КРАСНОВ

Вечер прошел довольно мило. Колючка, несмотря на свой колючий нрав довольно быстро сделала все свои делишки, погрызла траву, и ждала долгое время, пока девочки катались на качелях, и лазали по детским горкам. Я просто стоял с поводком, а Колючка копошилась в кустах, охотясь на муравьев.

Неожиданно мне понравилось гулять с ежихой и детьми. Свежий воздух, дети веселятся, Колючка занята. Красота, одним словом. Я надеюсь, что Янка не заставит меня выгуливать своего хряка. С хрюнделем я так просто не справлюсь.

— Ну все, дядя доктор! Поехали в торговый центр! — заявляют девочки, наигравшись на детской площадке.

— Прямо сейчас? — удивляюсь я. — А зачем?

— Так нужно Колючке корм купить.

— И лежанку.

— И лоточек с наполнителем.

— И ежатам молочко специальное.

Я вопросительно смотрю на Янку.

— Поехали. — говорит она. — Я тоже сто лет никуда не выходила.

— Хорошо, понял. — не спорю я.

Какое-то время жду, пока мои девочки соберутся, беру ключи и иду прогревать мотор. Мои девчонки, собранные, причесанные, красивые, спускаются в подземный гараж. Янка садится вперед, девочки на задние кресла. Я так счастлив, что не передать словами! Все так, как и должно было быть.

В торговом центре дети тут же отыскивает большой зоомагазин. До этого я понятия не имел, что ежам нужно столько всего! Более того, я понятия не имел, что ежам вообще что-либо нужно! Помимо яблок, разумеется.

Дети купили один большой лоток и восемь маленьких.

— Куда столько? — удивляюсь я.

— Как куда? Один Колючке, а маленькие — ежатам.

— У них у каждого свой лоток будет.

— Персональный!

— Может, они одним обойдутся?

Я вижу, как Янка смотрит на меня, ухмыляясь.

— Ладно. — вздыхаю я. — Каждому по лотку, отлично.

— Ура! — радуются девочки. — Теперь игрушки!

— Вкусняшки!

— Платьица!

— Платьица? На ежей?

— Ну да, дядя доктор, смотри, какие тут красивые!

Янка чуть ли не покатывается со смеху, и с интересом смотрит, как же я поведу себя в этой ситуации.

— Ну, платьица, так платьица, — смиряюсь я. — Комбинезончики тоже берите, вероятно, Колючка не только девочек-ежих родила, но и мальчиков-ежат.

— Ура!!! — тройняшки забирают в свои тележки чуть ли не пол магазина.

На кассе Янка опережает меня, пытаясь расплатится своей картой.

— Убери! — требую я, и расплачиваюсь своей.

— Дим, но дети ведь — мои…

— Дети — наши! — злюсь я. — И обеспечивать их буду я!!!

Янка пожимает плечами, но более не спорит.

— А теперь девчонки, идите себе платьишки купите. — улыбаюсь я

— Что, правда, дядя доктор?

— Ну, конечно! Какой у вас любимый детский магазин?

— О, они тебе сейчас покажут. — улыбается Янка. — Магазины они любят.

— И ты себе что-нибудь выбери, Яна. — протягиваю ей свою карту.

— Дим, я в состоянии сама себе купить платье. — тут же выпускает колючки Яна.

— Я знаю, что ты в состоянии. Просто хочу тебя порадовать.

Янка улыбается. Ей приятна моя забота и это хороший знак. Но карту она все же не берет.

— Карту тебе сейчас дочери облегчат. — ухмыляется она. — Так что не переживай.

— У меня много денег. — красуюсь я.

— На тройняшек уходит столько, что я бы на твоем месте так не хвасталась.

— Значит, буду больше зарабатывать. — отвечаю я. — У меня в планах вторую клинику открыть. И загородный дом купить.

Тройняшки скупили и половину детского магазина. Я, обвешанный пакетами, покорно иду за ними на фудкорт.

— Что хотите на ужин, девчонки?

— Бургеры! — дружно отвечают они в унисон.

— И картошку фри!

— С сырным соусом.

— Любимая еда всех детей. — разводит руками Янка. — Скажи спасибо, что не макароны.

— Да уж, а я хотел вас в ресторан пригласить.

— Нет, не хотим в ресторан!

— Хотим бургеры!

— Ну, бургеры, так бургеры. — я устраиваю все свое семейство на мягких диванах перед столом, кое-как расставляю все покупки и иду заказывать бургеры. Не люблю фастфуд и стараюсь такое не есть, но дети его любят, и иногда, можно.

Жду в очереди свой большой заказ, возвращаюсь с подносом, на котором лежит гора бургеров и картошки фри с сырными соусами.

— Ура! Бургеры!

— Дядя доктор, ты такой хороший…

— Вот бы ты был нашим папой… — вдруг мечтательно произносит Анечка.

Все три девочки одинаковые, но я откуда-то знаю, что это именно Аня. Кажется, я научился их различать.

— Папой… — эхом повторяю я.

— Да, папой… — произносят девочки.

Янка расширяет глаза от удивления, а я, так и не дойдя пару шагов до столика застываю, как вкопанный, с полным подносом в руках.

— Я и есть ваш папа, девочки… — произношу я.

— Что?

— Серьезно?

— Ты не врешь?! — с надеждой смотрят на меня три личика моих принцесс.

— Нет, доченьки. Я — ваш папа, и это правда.

— Мама, это правда? — поворачиваются дочери на Янку, а у той слезы из глаз капают.

Янка медленно кивает, и девочки обалдело поворачиваются ко мне.

Немая сцена.

А после, они втроем