Розовый мед – 4: Зимний сезон - Владимир Атомный

не против, Самми, ты не подумай, — начала она заверять, — мне тоже хочется вернуть как было. Только… на самом деле я всё ещё не верю, что ты останешься. Сделаем это после каникул, ладно?

— Супер! — постарался добавить взрывной радости я. — А сейчас нарядим твою комнату к Новому Году так, что ничего грустненького заметно не будет!

И началось… Понятно, что у Маргариты количество гирлянд, звёздочек, всякой мишуры и прочего было сильно ограничено. Не в силу дороговизны, а вообще, по характеру. Я смело обратился к бате, он дал добро и перевёл мне на карту предварительно десять тысяч, а уж мы с Сонеттой поназаказывали через приложение всё, что понравилось. В хлопотах минуло пол дня, украшение дома только стартовало, а вопрос с гостевым ужином уже начал гореть. Сонетта мне подсказала, что лучше предупредить заранее, чтобы родители Неколины успели подготовится. Мы бросили распаковывать украшения и смело отправились в гости сами.

Мороз окреп ещё больше — смартфон показывает минус двенадцать, с понижением до шестнадцати ночью. Снежка вчера насыпало сантиметров десять и, опять же, обещают через пару часов ещё. Сонетта оделась теплее вчерашнего, вышагивает теперь весело по нетронутому покрову и, нет-нет, срывается на бег и кружение. Удивительно, как меняется её настроение, стоит убрать причины для грусти. На меня накатывают приступы ненависти к себе, ведь можно было не мучать её целых четыре месяца.

— Самми, чего такой хмурый? Сейчас ка-а-к… — она подхватила пушистого снега и бросила в меня.

Я побежал на неё, расставив руки. Сестричка дёрнулась и понеслась что есть сил, снова напоминая мне оленёнка. Залилась смехом, разливая звон далеко окрест. Я добавил прыти и вряд ли бы нагнал без поддавков.

— Ай, Самми, только не намыливай меня! Не хочу-у-у!

— Да не буду, не буду. А по жопке дам!

— Эй! Увидят же, — весело заозиралась она.

— Хех! Такого стремительно мастера как я сложно спалить. Ты должна доверять мне в этих вопросах.

Сонетта прыснула смехом.

— Хих! В каких ещё «этих»?

— Приставательно-шлёпательных. Впрочем, вряд ли у тебя появится возможность побыть на месте старшего брата при наличии настолько миленькой сестрички.

— Самми, Самми, — выдала она мне лёгкий щелбан, — нехорошо портить невинных девочек.

— Зато как приятно…

Красная со стыда и мороза, Сонетта прибыла в гости к Неколине. Собственно, подружки заперлись в комнате, а я стал разговаривать со взрослыми. Дядь Сергей почти сразу извинился и помчал в теплицы: дело процветает, заказы идут и к их дому летают не только дроны, но и ездят машины — тоже, порой, на автопилоте. Это было заметно по уже прокатанному на пару раз снегу.

Остаться наедине был нежелательный для меня вариант, так как тёть Маша тут же сменила степень внимания на максимальную. И котёнок, и солнышко, и её мальчик… а вот тебе десертик, а вот кофе, как любишь. Естественно, грудью почти в лицо, когда накрывает рядом стол, а уж если чего упадёт на пол, то вот, пожалуйста, любуйся на прелести под юбкой. На безусловно выдающиеся красоты, дядь Сергей настоящий счастливчик и даже магнат в плане женского богатства. Ещё и темпераментом тёть Маша словно газовый факел на нефтяном месторождении. Вопрос в другом — мне это всё за что?

— Ой! Так ты чего не позвонил, Самуильчик? — всплеснула руками тёть Маша.

— Ну-у-у, мы собирались в гости зайти. Я, просто, должен же был узнать у вас, вдруг, есть причина почему вы не общаетесь?

— А ведь ты прав, — заметно впечатлилась тёть Маша, — но это только моё упущение. Сегодня я очень постараюсь всё исправить. Просто столько хлопот по дому и сам знаешь чему. Я едва успеваю. Дом совершенно завладел мной.

— Ладно вам, Мадам. Самое главное, сегодня вы сможете наладить отношения.

Тётя Маша не долго пребывала в растерянности. Спустя минуту на большой кухне начался мощный движ, я мгновенно оказался в него вовлечён и охажен. Тёть Маша то пальцем измазанном в тесте легонько ткнёт мне в нос, то в голову поцелует, довольная результатом нарезанной моркови, а сама прижмёт к груди, чтобы точно почувствовал мягкость, а за одно и большие тугие соски под платьем и фартуком. Меня спасли девчонки. Коль уж взрослые соберутся в этом доме, у нас будет уникальная возможность по-бузить у Маргариты. Ну и по-наряжать, конечно.

Глава 15

Сегодня мой мир перестал быть прежним

Ещё час мы усиленно помогали. Если бы не вентиляция, то нас легко можно было бы снимать для эро-сета в мокрой одежде. И влажность, и жара способны были всё это дать.

Девчонки рвались на улицу, но я остановил. Сам бы точно пошёл, ведь продуть может кого угодно, только не меня. Закон, известный каждому. Это всё нудятина наших родителей, вечно думающих, что от легкого сквознячка корзину сразу сдует в могилу. И всё же, рисковать жопками моих кошечек я не мог. Ко всему прочему, это неплохо так рисовало из меня образ нормального парня. Всё, что могу позволить себе я — это казаться.

Времени остыть как раз хватило на уютные посиделки в логове паучка Шелоб-чан, иначе — Неколины Ламеллярной. В комнате настолько велико количество ништяков отбитого отаку, что сложно определить новинки. Сменилась RGB-подсветка возле компьютерного стола, став более продуманной и гармоничной с остальным интерьером готической лоли. Кресло тоже новое, я помню что предыдущее уже требовало ремонта, значит Чёрная Кошка просто решила его заменить.

— Походу, тут и наряжать ничего не надо, — заключил я. — Подсветка, гирлянды и так есть.

— Я жду особую ёлку, — поделилась Неколина. — Обещали доставить ещё неделю назад, а всё нет. Какие-то проблемы с таможней.

— Из-за бугра едет?

— В наших магазинах далеко не всегда есть то, что мне нужно.

Я показал большой палец.

— А покажи, какой она будет? — попросила Сонетта.

Собственно, оставшееся время «остывания» мы смотрели на фоточки ёлки в онлайн-магазине. Действительно необычная ёлка: словно бы сделанная на Хэллоуин, чёрного цвета, вся в паутине и с какими-то гадами среди ветвей. Выглядит очень стильно, в добавок, есть мрачная подсветка.

Успел позвонить даже батя, мол, куда пропали и что с организацией встречи. Чтобы собраться, он попросил полчаса о чём я и доложился тёть Маше. Она очень просила нас остаться, чтобы я мог попробовать все блюда, но поняла наше жгучее желание побыть дома одним без взрослых. Дала часть того, что успело приготовиться с собой.

Нам стало весело на улице, хотя мороз тут же взял щипаться и вытягивать тепло из курток.