Примирение - Альбе Альбертова

— Так вы хотели на тикунку поохотиться? А почему мне не сказали? Я бы вам помогла, — расстроено произнесла ребенок.

Меня всю трясло, я с возмущением смотрела на монстрика. Мне очень хотелось или наорать или ударить ее. Орчонок ответила мне обиженным и возмущенным взглядом. Тут до меня дошло. Это они придумали способ от меня избавиться причем очень коварный, под маской ребенка. Поглядев на нее, я строго спросила:

— Почему ты меня не предупредила?

Корна ответила с явной обидой в голосе:

— Это вы не казали, что идете охотиться. Все знают, что здесь купаться нельзя.

— Подожди Корна, — я попыталась взять себе в руки и спокойно разобраться во всем, что случилось. — Зачем мы пришли сюда?

— Вы хотели посмотреть на реку, но не сказали, что будете охотиться, — в ее глазах стояли слезы.

— Я не собиралась охотиться, а просто окунуться.

— Но мы же здесь не моемся, внизу по реке есть запруда, там купаются все.

— Почему ты не сказала про тикунку? — произнесла я, стуча зубами.

— Вы не спрашивали, — удивленно отозвалась она.

Точно. Это попытка отменяя избавиться. От этой мысли мне стало малость полегче. Когда знаешь планы противника все же проще. Я нашла в себе силы подойти к зверю и от души пару раз пнула его ногой. На душе стало легче, правда нога разболелась, но это мелочи...

Тяжело вздохнув и почти успокоив выпрыгивающее из груди сердце я сказала:

— Пошли к запруде. Мыться.

— А тикунку?

— Что тикунку?

— Надо отнести его Совету, — честно отозвался ребенок.

— Да?

— Да. Все так делают.

Зачем, спрашивается. Они что из них чучела делают? Странные все-таки орки!

— Хорошо, — тяжело вздохнула я. — Пошли, поможешь!

Тикунку оказалась жутко тяжелой. Протащив ее метров сто, я полностью выдохлась. А еще Корна которая больше мешала чем помогала. Тут меня в очередной раз осенило...

— Корна ты не могла бы позвать кого-нибудь на помощь?

— Конечно, — кивнула головой она и бегом скрылась.

Я села отдохнула. Корны не было. Тяжело вздохнув, я снова потащила тикунку. С каждым шагом он становился все тяжелее и тяжелее...

— Все заняты, — раздался рядом голос Корны.

Он смотрела на меня расстроенными и несчастными глазами.

— Все — все? — не поверила я.

— Да...

Тут у меня шевельнулось нехорошее предчувствие:

— И что ты говорила?

— Не могли бы вы помочь тете эльфе?

Тяжело вздохнув, я уселась на землю, Корна устроилась рядом, виновато глядя на меня. Хотелось ругаться матом вслух. Она специально. Конечно, ни кто не мог помочь эльфе, хотя почему никто?

— А орков из отрядов Нывура или Норха ты спрашивала? Ты же их знаешь? Те что пришли вместе со мной?

— Конечно, знаю, — мигом кивнула она, вскочив на ноги, затем чуть настороженно взглянула на меня. — Я не спрашивала, мама не велела подходить к воинам со своими просьбами, они заняты.

Я подняла глаза и начала считать до десяти на языке бенстири. У них сложный гортанно — легочный язык, толком выучить не смогла, знала только ругательства, зато это почему — то успокаивало...

Успокоившись, я снова взглянула на ребенка и уточнила свою просьбу:

— Корна, сделай одолжение сбегай к кому-нибудь из этих отрядов и передай мою просьбу, хорошо?

— Конечно.

Ребенок снова исчезла. Посидев, не много подумав о несправедливости в жизни, потащила тикунку дальше. Да, не простая эта работа — переноска тикунку...

Особенно таких тяжелых, и ужасающе красивых, острая морда, с множеством острых зубов, гладкая отливающаяся перламутром кожа. Я прошла полпути до дерева Совета, под удивленными взглядами орков, когда вернулась сияющая орчонок:

— Сейчас, идут.

— Замечательно, — обрадовалась я, снова усаживаясь на землю и переводя дыхание. — Он такой тяжелый!

— Конечно, — согласился ребенок. — У нас обычно их переносят несколько воинов которых дает Совет.

— Что? А почему ты не сходила туда?

— Так вы же не говорили? — честно удивилась она.

Я без сил упала на землю. Она точно пытается свести меня в могилу. Тут появился Норх. Он удивленно посмотрел сначала на меня, потом на тикунку и спросил:

— Ты что сама его несешь? А зачем? Совет дает орков для переноски?! Он же очень тяжелый.

— Может, я так развлекаюсь, — сказала я и затем пояснила. — Этот милый ребенок забыл мне сказать

— С тебя станется, — рассмеялся Норх.

— Не забыла, — возмутилась Корна. — Тетя эльфа об этом не спрашивала...

Я тяжело вздохнула и промолчала, не объяснять же ему истинное положение вещей!

Орк без проблем понес тикунку за хвост. Его морда ползла по земле, щелкая зубами. Мы шли рядом. Около дерева Совета стояла небольшая группа народа. Все что-то яростно обсуждали, заметив нас резко замолчали.

— Норх почему ты сам несешь тикунку? — удивленно спросила орка из совета, наша старая знакомая.

— Попросили об этом.

На меня задумчиво взглянули все. Я чуть смутилась. Тут ко мне подошла Ирика:

— А зачем ты его вообще убила? Неужели есть захотелось, могла бы найти что-нибудь поменьше.

— Это он пытался меня съесть, — возмутилась я. — Пришлось защищаться.

— Так они же в реке живут, а ты что там забыла?

— гуляла я там...

— Понятно, — странным голосом ответила ирика. — Тогда ответь еще на один вопрос — А зачем ты его сюда несла?

— Не знаю, Корна сказала, что так надо, — чуть удивленно отозвалась я, — Мне не хотелось нарушать местные обычаи.

Об этом я как — то не подумала. Подруга лишь тяжело вздохнула:

— Лире знаешь где-то ты умная даже чересчур, но где-то дура — дурой...

Я обиделась. Вовсе нет, просто я очень испугалась и все...

— тикунку несут Совету если хотят стать Охотниками, — пояснила орка. — Ты можешь считать себя принятой, — любезно сказала она, однако глаза ее ехидно улыбались.

Хорошо хоть кому-то весело.

Мне даже нехорошо стало от этой перспективы:

— Спасибо, но я не хочу, — попыталась отказаться я.

— Поздно. Принеся добычу нам ты становишься охотником. Корна отведет тебя к старшему, и он расскажет про твои обязанности...

— Но ведь можно перестать быть Охотником? — с надеждой уточнила я.

— Да. Умерев, — так же любезно ответила она, теперь уже не пряча улыбки.

У меня появилось стойкое желание удавить мелкую гадину, которая смотрела на меня восхищенными глазами. Я не разделяла ее эмоций. Судя по взглядам окружающих дурой меня считали все, но если не дурой, то стойкой ненормальной. На Ирику я даже смотреть не стала и так знаю что она скажет...

Гордо подняв голову и распрямив плечи я ушла. За мной следом побежала Корна, восхищенно