Конец истории КПСС - Виталий Юрьевич Сарабеев

Что же касается «статусных» партийцев, считавшихся «консерваторами», то они вместе с «демократами» ломали социализм, по сути приспосабливая коммунизм под нужды буржуазного движения. Особенно показательные и сейчас малоизвестные события происходили вокруг принятия Верховным Советом РСФСР Декларации о суверенитете республики. На I Съезде народных депутатов РСФСР, собравшемся в мае 1990 г. после выборов в России и других республиках, фракция «Коммунисты России» устроила настоящее соревнование с «Демократической Россией» в деле борьбы за суверенитет. Конкретно ушедшие по итогам Съезда в отставку председатель Совета министров РСФСР Александр Власов и член Политбюро ЦК КПСС, председатель Президиума Верховного Совета РСФСР Виталий Воротников сделали попытку перещеголять Ельцина и его соратников. Исследователи Р. Пихоя и А. Соколов в своей работе ярко описывают этот эпизод: «Власов попытался занять позицию сторонника суверенитета России, превзойти своих оппонентов радикализмом. Он говорил, что значительная часть российского национального богатства использовалась и используется для решения общегосударственных задач. В общегосударственном объеме промышленности СССР продукция РСФСР составляла 76 %. Ежегодно из России вывозились топливно-энергетические ресурсы примерно на 25 млрд долл. При этом Российская Федерация занимала последнее место среди других союзных республик по удельному весу в ее доходе расходов на социальные нужды, а это значит, — говорил Власов, — меньше школ, больниц, клубов. Власов резко критиковал деятельность союзного правительства. По его словам, только из-за несовершенства закона о государственном предприятии Россия потеряла более 60 млрд руб. Он говорил об угрожающем росте инфляции, неудовлетворенном спросе населения, незапланированной эмиссии. Выводы, которые он сделал из своего доклада, должны были удивлять своей решительностью. „Жизнь подвела нас к твердому, выстраданному убеждению: радикальное решение стоящих перед республикой проблем может быть найдено только в ее полноценном экономическом и политическом суверенитете“. Власов предложил разделить полномочия между СССР и субъектами Федерации, чтобы Россия „обладала исключительным правом владеть и распоряжаться всеми своими природными богатствами, всем накопленным экономическим, научно-техническим, интеллектуальным потенциалом“. Обращаясь к депутатам, он заявил: „Наша позиция: все, что находится на территории России, целиком и полностью должно принадлежать ее народам. Необходимо уже в ближайшее время принять закон РСФСР, выработать механизм поэтапной передачи предприятий союзного подчинения в ведение республики“. Власов призывал в корне менять порядок, при котором Россия отдает союзным республикам топливно-энергетические ресурсы по заниженным ценам: „Унизительно, когда Россия вынуждена выпрашивать у союзного руководства фонды на продукцию и сырье, которое производила сама республика“»[144].

Через несколько дней в ходе работы съезда «консерватор» Воротников внес предложение о принятии Декларации о суверенитете. «Его доклад был тщательно продуман. Воротников выступил как сторонник становления суверенитета России во всех сферах ее жизни — политической, экономической, культурной, обосновывал принципы новых отношений с союзными республиками. Они, по его мнению, должны были строиться на основе эквивалентного обмена, взаимной выгоды, уважения суверенитета», — пишут Р. Пихоя и А. Соколов. «Я, — обращаясь к депутатам, говорил Воротников, — предлагаю съезду принять Декларацию о суверенитете Российской Федерации, которая провозгласила бы не только свои принципы, но и стала бы отправным государственным документом, определяющим основные направления деятельности Верховного Совета и правительства России». Воротников эффектно завершил свое выступление, передав депутатам съезда свой проект Декларации о суверенитете России[145].

12 июня Декларация была принята абсолютным большинством голосов депутатов, став важнейшим шагом на пути уничтожения СССР. Так, даже те руководители партии, которые противостояли откровенно буржуазным силам, на деле полностью капитулировали перед ними, пытаясь перехватить их лозунги. Впоследствии многие из них, создав буржуазную партию КПРФ, будут изображать из себя «несгибаемых советских патриотов».

Идеи российского сепаратизма пропагандировали и патриотические публицисты, некоторые из которых активны до сих пор. Например, певец «красной и белой империи» писатель Александр Проханов также выступил за фактический развал страны: «на первом заседании Съезда народных депутатов (СССР, прошедшего в 1989 г. — Примеч. А. Ч., В. С.) писатель Валентин Распутин в шутку предложил России отделиться от Советского Союза — депутаты, оценившие его ехидную реплику, ответили громким смехом. Всего несколько месяцев спустя лозунги русского сепаратизма начали брать верх. Совершив поворот на 180 градусов, бард советского империализма Александр Проханов, который совсем недавно воспевал мощь Советской армии и победы в Афганистане, провозгласил, что „будущее России — это Россия!“ и призвал русских „сбросить с себя кусающих, неблагодарных соседей, вырваться из их урчащего клубка и остаться одним“»[146].

В то же время высокопоставленные ортодоксы порой считали низовые коммунистические объединения врагами наравне с ельцинистами. Историк Владимир Прибой, участник коллектива интернета-журнала Lenin Crew, в своем цикле статей о «процессе по делу КПСС», проходившем в 1992 г., приводит такой пассаж из статьи члена руководства КП РСФСР Ивана Осадчего, в будущем видного деятеля КПРФ: «О каком укреплении единства, прочности, боевитости Компартии РСФСР при этом может идти речь, если внутри самого ЦК и во главе ЦКК[147] Компартии РСФСР оказались лица, открыто и прямо ведущие дело к ее развалу, устранению с политической арены, к созданию новой, „демократической“ партии коммунистов России, безропотного придатка президентской власти в РСФСР. Если к этим многоликим носителям болезнетворных бактерий добавить еще и „прокоммунистические“ внутрипартийные платформы и движения [выделение мое — В. П.] да еще собственные промахи, ошибки и „грехи“, то станет сполна очевидной та смертельная опасность, в которой сегодня оказались и Компартия РСФСР, и в целом КПСС» [148].

Прибой справедливо комментирует это высказывание: «Вот она, смертельная опасность для компартии! В августе 1991 года. А вы думали, что это дела лишь наших дней? Нет, все же есть у КПРФ идеалы, которые она пронесла через всю свою политическую жизнь»[149].

В те же годы начинался и роман псевдокоммунистов с религией, активность в этом деле проявил сам лидер ортодоксов Иван Полозков. Владимир Прибой приводит его высказывание и комментирует: «Должны уйти в прошлое недоверие и непонимание между коммунистами и верующими. Но важно отметить и другое: некоторые вновь народившиеся в республике политические силы активно внедряются в церковные структуры, ищут там для себя опору и поддержку. Политизация религиозной сферы может привести к тяжелым социальным конфликтам на национально-религиозной почве. Мы призываем политические партии воздержаться от использования нравственного авторитета религии в своих интересах»[150].

Вы в это только вдумайтесь. Глава компартии просто не понимает происхождения религии, ее сущности и роли в обществе с марксистской точки зрения! И его выбрали. Уже тогда, причем ортодоксы[151].

Так закладывались основы будущей КПРФ и «красно-коричневого движения» в целом, потерпевшего затем полное поражение в политической борьбе 1990-х гг. и ставшего марионеткой буржуазного режима к настоящему времени.

Коммунисты — противники горбачевской политики, таким образом, потерпели крах вместе со всей партией. То, что десятилетиями преподносилось советским людям