Конец истории КПСС - Виталий Юрьевич Сарабеев

теперь зависело от интересов конкретного трудового коллектива, а после приватизации — от новых собственников. В условиях конкуренции и приватизации это обрекало партийные комитеты (там, где бы они сохранились) на участие в бесконечных спорах хозяйствующих субъектов, в конфликтах собственников из-за разделов имущества и по поводу начисления дивидендов, в защите от возможных криминальных захватов предприятий, о чем в руководстве партии, судя по всему, имели весьма смутное представление, а также в качестве одной из сторон в трудовых конфликтах, наряду с профсоюзами и советами трудовых коллективов. То, что так будет, в ЦК КПСС, похоже, действительно, не представляли, иначе не записали бы в текст Платформы ЦК к XXVIII съезду предложение коммунистам быть «душой всех дел коллектива»[177].

Партийные организации могли превратиться в придаток менеджмента, стать элементом в механизме разработки корпоративных программ развития с целью повышения конкурентоспособности предприятия и предотвращения банкротства, повышения квалификации работников, изучения социально-психологического климата на предприятиях, развития корпоративной культуры и т. п. По сути это означало бы полную деградацию партии как политической организации. Но именно так определял новую роль партии в трудовых коллективах организационный отдел ЦК КПСС в мае 1991 г., анализируя общее мнение секретарей первичных организаций, высказанных на зональных совещаниях[178].

Месяцем ранее Секретариат ЦК КПСС, рассматривая кадровую политику партии в условиях перехода к рынку, предлагал партийным организациям выступать за конкурсный порядок назначения хозяйственных руководителей. Партийные организации должны иметь право вместе с другими общественными организациями требовать их смещения за непрофессионализм и ущемление социальных и политических прав трудящихся. Но это право было бы весьма проблематично реализовать на частных предприятиях, на которых менеджмент назначается собственниками, а потому могло войти в противоречие с их интересами. Партийной организации, ее руководителям, связанных с администрацией отношениями найма, пришлось бы делать выбор между интересами работников и работодателей. Выбор в пользу одних мог вызвать противодействие у других.

Несмотря на это, Секретариат ЦК КПСС выражал готовность содействовать преодолению отчужденности между партийными комитетами и руководителями, которые еще оставались в партии. При этом высказывалось пожелание видеть побольше руководителей «нового поколения» в составе выборных партийных органов[179].

26–27 марта 1991 г. состоялась Всесоюзная научно-практическая конференция «Деятельность КПСС в условиях политического плюрализма». Проблема взаимоотношений политических партий и движений с рабочим классом была в центре внимания специальной секции. В отчете секции признавалась необходимость разработки долговременной стратегии КПСС в рабочем движении, подчеркивалось неоправданное затягивание процесса поиска форм и методов партийной работы непосредственно в трудовых коллективах, соответствующих новой политической реальности[180].

Что предлагали партии ученые-обществоведы? Формула «КПСС выражает интересы рабочего класса» объявлялась ими «стереотипом старого мышления», воспринимаемым «как противопоставление друг другу различных компонентов социальной основы партии — рабочего класса — интеллигенции или крестьянству»[181]. Они предостерегали партию от скатывания к идеологии классовой борьбы, к поиску классовых врагов, а аппеляцию к антагонистическим, непреодолимым классовым интересам в обществе называли ошибочной. В основу концепции рабочей политики должно лечь создание «коалиций демократических сил в рабочем движении, достижение консенсуса по наиболее конфликтным проблемам»[182].

Партия должна осваивать практику согласительных процедур при заключении коллективных договоров и соглашений, изучать экономическую конъюнктуру, влиять на тарифную политику, выступать с законодательными инициативами и оказывать политическую поддержку соответствующим законопроектам. Партийным организациям предлагается главное внимание обращать на мотивацию трудовой деятельности, на преодоление конфликтных ситуаций в трудовых коллективах, на положение на рынке труда.

В таких условиях партия как единое целое прекратила бы свое существование, поскольку стала бы представлять рабочий класс в лучшем случае по отношению только к данной группе предпринимателей, и то при условии согласия последних. Каждая первичная организация становилась свободной от центральных органов в определении своей позиции по вопросам хозяйственной политики администраций предприятий. Становясь элементом административной системы на уровне хозяйствующего субъекта, партийные организации, будучи зависимыми от администрации через отношения найма своих членов, были бы вынуждены конкурировать между собой, поддерживая те или иные управленческие решения, включая и те, которые могли ухудшить экономическое положение других предприятий на рынке. Произошло бы замыкание первичных организаций на нуждах конкретного трудового коллектива. Партия стала бы представлять не весь рабочий класс в целом в его отношении ко всем классам общества, а превратилась бы в совокупность таких же обособленных, как предприятия на рынке, отделений, конкурирующих между собой за лучшие условия существования своих партийцев, работающих на данном конкретном предприятии. Партия стала бы инструментом раскола рабочего класса, способствовала бы углублению социального неравенства внутри него. Вряд ли бы ей самой удалось в таких условиях сохранить собственное организационное единство.

Партия скатывалась на позиции тред-юнионизма, т. е. ограничения рабочего движения интересами только экономической борьбы за выгодные условия продажи рабочей силы. Это было равнозначно отказу от руководства борьбой рабочего класса как организованной политической силы, от дела его политического воспитания, развития его политического сознания. Понятно, что ни о какой партии как «политическом авангарде» говорить бы уже не пришлось.

Но руководство партии до конца ее дней занимало двойственную позицию: с одной стороны, в партийных документах проводило идею представительства и защиты интересов «рабочего класса и всех трудящихся», с другой стороны, продолжало держаться за «консолидирующую роль» «общенародной» партии. Хотя уже многим становилось понятно, что в Советском Союзе совершенно легально существуют разные группы, каждая из которых использует перестройку в своих интересах. Если партия твердо не определится, какие интересы она собирается отстаивать, за нее это будут делать другие структуры, в том числе оппозиционные партии. А это путь к краху правящей партии. В своих мемуарах М. С. Горбачев признал, что роль оппозиции в радикализации рабочего движения была недооценена[183].

26 февраля 1991 г. Секретариат ЦК КПСС записал в своем постановлении: «Важно внимательно изучать процессы, происходящие в рабочем и крестьянском движении, практическими делами реагировать на критику, касающуюся слабого представительства рабочих и крестьян в Советах, выборных органах партийных и других общественных организаций, брать на себя заботы об отстаивании их политических и экономических прав, если они ущемляются. Требуется продумать методы партийного влияния на людей, занятых в кооперативах, на фермеров»[184].

Как сообщал орготдел ЦК КПСС, на зональных совещаниях секретарей первичных партийных организаций в мае 1991 г. отмечалось, что «проблема взаимоотношений партийных организаций и трудовых коллективов все больше становится производной от взаимоотношений КПСС и рабочего движения, которое в ряде мест попало под влияние деструктивных сил». В который раз «подчеркивалась необходимость большей ориентации партии на политические и экономические проблемы рабочего класса»[185]. Но даже в плане-схеме новой Программы партии, так и не принятой в силу запрета КПСС, содержался раздел «Многообразие интересов общества —