СССР-2010 Снится нам трава у дома. - Алексей Викторович Широков

— Что-то ты чересчур приветливый сегодня, — подозрительно прищурился участковый, впрочем, снявший ботинки как и было сказано. — Натворил чего?

— Да почему? — я набрал чайник и зажёг плиту поставив греться воду. — Просто за ум взялся. Решил исправиться и стать законопослушным гражданином Советского союза.

На самом деле моё приглашение было спонтанным, уж слишком неожиданным было появление спутника участкового, который пока не проронил ни слова. Тихомиров выглядел так же, как и при нашем первом знакомстве. Спокойный, уверенный в себе с внимательным взглядом. Собственно его появление полностью объясняло причину визита, только вряд ли меня в чём-то подозревают, иначе не стали бы церемониться. Но сам факт появления представителя конторы означал, что в убитом мной маньяке опознали Одержимого. И это было хорошо, даже отлично! Значит я был прав и у меня есть шанс договориться о помощи против Барона. Но не сегодня. В данный момент признавать свою вину я не собирался.

— Проходите, присаживайтесь, — я кивнул на табуреты, сам оставшись у плиты. — Печенье будете?

— Нет, Чеботарёв, ты решительно какой-то не такой! — возмутился товарищ Шалимов, но тем не менее уселся и снял фуражку. — Что-то с тобой не так! Раньше слова сказать нормально не мог, только лаялся как собака, а теперь вон, вежливый, чаем поишь.

— Ну так не буду же я перед товарищем из конторы глубокого бурения выделываться, — ухмыльнулся я, глядя на мгновенно напрягшегося Тихомирова. — Да и говорю же, исправился я. Встал тут на днях и понял, что вся эта блатная романтика путь в никуда. Максимум что мне на нём светит — это кантоваться от отсидки до отсидки. А оно мне надо? Я может, совсем о другом мечтаю. Вот и решил, баста! Теперь никакого криминала! Даже вон оценки исправлять начал.

— Похвально, но с чего ты решил, что я из КГБ? — на этот раз Илья Демидович сам подал голос. — Может быть я коллега Камиля Ренатовича?

— Не, для этого вы слишком вежливый. — отмахнулся я, насыпая в заварник свежую заварку. — И уж извините, но у вас словно клеймо на лбу для тех, кто умеет видеть.

— А ты, стало быть умеешь? — улыбнулся Тихомиров, жестом успокоив участкового. — И что ещё про меня скажешь?

— Ещё? — я залил заварку кипятком и поставил на стол. Там уже стояли кружки, корзинка с печеньем, и вазочки с вареньем и сгущёнкой. Так что осталось лишь разлить кипяток, дождаться пока чай заварится и можно было приступать. — Звание скорее всего капитан. Для страшного лейтенанта вы слишком старый, для майора — молодой. Энергет, причём даже выше Разрядника. По моторике видно. Ну и скорее всего служите в «инквизиторах».

— Это ты решил, потому что я энергет? — Илья Демидович выглядел спокойным, но я видел как внимательно он за мной наблюдал. — У нас служит много энергетов и далеко не все они из одиннадцатого управления.

— Не, тут дело не в этом! — отмахнулся я, присаживаясь на табурет. — Логика такая. Кто вообще мог прийти с товарищем участковым и почему? На мой взгляд причина может быть только одна — недавнее убийство в парке. И не делайте такие лица, это секрет Полишинеля. Слухи что там неспокойно ходили давно. Но кто мог заняться этим делом? Первое, третье, четвёртое и пятое управление отметаем сразу. Седьмое и девятое тоже. Не их профиль. Восьмое тем более. Остаётся трое. Контрразведка, экономическая контрразведка и «инквизиторы». На вскидку, если не знать про слухи, наибольшая вероятность выпадает на шестое управление. Но говорят убитый был самым обычным инженером, так что если применить бритву Оккама остаётся только одиннадцатое управление.

— Браво, браво, — мне даже демонстративно похлопали. — А откуда ты знаешь, что погибший был инженером?

— Оттуда, откуда же и все остальные, — я снова пожал плечами. — Говорю же, секрет Полишинеля. Весь район давно знает, что зарезали рядового сотрудника, но ходили слухи что это гоп-стоп банальный. Кто-то по беспределу решил мужика за кошелёк на перо посадить.

— Вот теперь узнаю прежнего Чеботарёва! — рассмеялся Камиль Ренатович и тут же оборвал хохот. — и ты, стало быть, ничего об этом не знаешь.

— Кроме общих слухов — ничего, — я не отвёл взгляда. — говорю же, завязал. Калёного вышвырнул из дома недавно, Зёме с корешами навалял, когда они за него спросить пришли. Да вы и сами всё знаете! Уж никогда не поверю, что вам «барабаны» не стукнули. Всё, в завязках я, железно! И по трупу этом ничего не знаю. Правда, теперь догадываюсь что всё не так просто. Иначе товарища их КГБ бы здесь не было.

— Верно, не так всё просто. — Кивнул Тихомиров. — Тогда давай знакомиться. Меня зовут Илья Демидович. Я действительно капитан КГБ и работаю в одиннадцатом управлении. Тут ты оказался прав. А теперь расскажи подробней, что там за слухи ходили? Раз ты исправился, то ведь не откажешься оказать помощь органам правопорядка? А мы, в свою очередь, забудем о твоих прежних подвигах. Ну что, поможем друг другу или как?

Глава 8

Глава 8

— Так вот ты какой, северный олень! — встретил меня Выгорский перед неприметным зданием, где проходили тренировки. И правильно сделал. Нет, я понимаю, что он просто решил сначала посмотреть на меня перед тем как документы оформлять, но мне же проще. Меньше возможностей спалиться, ведь по идее я ничего здесь знать не должен. — Что-то ты не похож на оракула!

— А каким должен быть оракул? — мне на самом деле интересно стало, ведь я никогда ни одного не видел. — Что там надо? Три глаза, крыло из-за плеча или может антенну на башке для связи с космосом?

— Может и антенна бы сгодилась, но уж точно не гопник из подворотни, — хохотнул Виктор Михайлович и мгновенно стал серьёзным. — Послушай, пацан, у меня нет времени играть в твои игры. Поэтому давай ты быстренько рассказываешь где взял эту технику, а я не оформляю тебя по статье. Пойдёшь свидетелем.

— Ну раз вы так вопрос ставите, — я чего-то такого ожидал, но всё же надеялся, что разговор сложится иначе. — тогда ладно. Оформляйте.

— Семён, ты серьёзно? — округлила глаза Сикорская, так же присутствующая при этом спектакле. — Ты что не понимаешь, что