Идентификация Блэка - mrs Addams

Джейсон окинул комнату внимательным взглядом, задержавшись на полках с книгами и тяжёлых шторах, и неторопливо занял кресло напротив стола. Высокая спинка, мягкая обивка — удобно, но словно специально создано, чтобы собеседник чувствовал себя «на месте». Малфой устроился напротив, держа осанку чуть напряжённее, чем того требовал обычный разговор.

— Итак, Люциус, могу я вас так называть? — произнёс Джейсон, уловив кивок. Он слегка приподнял руку, и несколько папок плавно поднялись в воздух, мягко приземлившись на край стола хозяина кабинета. — Как новый глава рода Блэк, я принял дела и, разумеется, заинтересовался тем мором, что обрушился на британскую ветвь семьи за последнее десятилетие.

Он внимательно посмотрел на собеседника. По выражению лица Малфоя было ясно: тот не до конца понимал, к чему клонит его гость.

— После небольшого расследования, — продолжил Джейсон, — я пришёл к выводу, что смерти моих родственников носят насильственный характер.

Нижняя челюсть Люциуса непроизвольно дрогнула, и он, опомнившись, уточнил:

— Вы хотите сказать, что их убили? Но зачем?

— Затем, милорд, — голос Джейсона прозвучал холодно и ровно, — по той же причине, по которой упекли и вас в Азкабан. Только у вас был определённый политический вес и связи в обоих мирах — и в магическом, и в обычном, где вы состоите в палате лордов. А Блэки аристократами в Британии не являлись. Во всяком случае, не считались таковыми. Если верить родовым хроникам, наши предки бежали сюда после Варфоломеевской ночи — французские дворяне-гугеноты, которым удалось выжить. В Англии же они стали лишь богатыми и удачливыми бизнесменами.

Джейсон чуть подался вперёд, и его голос прозвучал жёстче:

— Более того, я могу с уверенностью утверждать: ваша первая магическая война и её последствия были не чем иным, как тщательно спланированной операцией по присвоению активов нескольких старинных магических родов.

Взгляд Малфоя стал неожиданно острым, словно блеснули лезвия спрятанных за маской глаз.

— Кем? — голос Люциуса прозвучал резче, чем он, вероятно, планировал. — И, надеюсь, это не голословное утверждение?

— Разумеется, не голословное, — спокойно ответил Джейсон. — В папке, что перед вами, всё описано максимально подробно. А кто стоит за этим… думаю, вы уже догадались.

— Mocatta & Goldsmid, — губы Малфоя побелели, когда он сжал их до тонкой линии. — Ротшильдам это ни к чему: весь рынок и так в их руках, они заседают в палате лордов, получили баронство. А вот эти потерявшие хватку семиты решили половить рыбку в мутной воде.

— Вы, несомненно, правы, Люциус, — кивнул Джейсон. — Но не стоит забывать: государственные перевороты — дело хлопотное и очень дорогое. И только нашими израильскими «партнёрами» всё не ограничилось.

Он чуть откинулся в кресле, словно ведя спокойную лекцию.

— Возьмите, к примеру, Монтегю. Они держали весь трафик серебра: рудники, переработку, поставки и на магловские биржи, и в мастерские артефакторам. Но старик Монтегю отказался от сделки о поглощении с известным вам банком. Тут заинтересованные структуры внезапно «выяснили», что слишком много ценных активов находится в руках магов. Блэки, например, контролировали добычу и трафик золота из ЮАР, а также имели пусть малую, но весьма выгодную долю в торговле на бирже. Да и вы, лорд Малфой, владели частью этого рынка.

Глаза Джейсона сверкнули холодным блеском.

— А потом, на пороге кризиса, в тысяча девятьсот восемьдесят первом году, кто-то решил, что самое время «пощипать» магическую Британию. К делу присоединились свои «щипачи», и в итоге — сотни жертв, прерванные роды, но зато банкиры получили жирные куски.

Джейсон продолжал холодным, почти лекционным тоном:

— Вы, британцы, почему-то считаете высший менеджмент недостойным внимания. Ошибка, которая вам дорого обошлась. Именно эти джентльмены делают состояния на службе, а затем, уходя «на покой», открывают собственный бизнес. Это и есть коррупция в её чистом виде, и в большом мире она процветает.

Он наклонился вперёд, глядя прямо в глаза собеседнику:

— В этот раз высший менеджмент решил прибрать к рукам Samuel Montagu & Co, слить его с HSBC — и, вуаля, все активы оказываются под одной крышей. Плюс ещё ваш бизнес, Люциус, и дела Блэков. Грубо. Неизящно. Но эффективно.

Малфой чуть прищурился, пальцы нервно постучали по столешнице:

— И что вы собираетесь предпринять?

Джейсон едва заметно усмехнулся.

— А я должен что-то предпринимать? Вопрос в том, Люциус, что собираетесь делать вы?

Джейсон скрестил руки на груди и молча смотрел на Малфоя. В голове роились тяжёлые мысли. Этих идиотов ведь кинули самым примитивным образом: часть зачистили, остальных загнали под плинтус, а они всё ещё жуют сопли, вместо того чтобы действовать.

Особенно грустная история была с Поттерами. Пострадали из-за глупости наследника Джеймса — не такого уж и богатого рода, без серьёзного бизнеса в обычном мире, зато с неплохим ремесленным наследием артефакторов. Мальчишке просто нужно вправить мозги, и тогда у них всё ещё может пойти по-другому.

Но Джейсон твёрдо знал: разгребать дерьмо за всех он не нанимался. Он и так щедро поделился сведениями бесплатно. Хотят результата — пусть платят. А пока эти аристократические пожиратели омлетов могут хоть утонуть в собственных проблемах.

Люциус прочистил горло и заговорил, тщательно подбирая слова:

— Мистер Блэк, вы позволите мне изучить эти документы и обсудить их с лордом Монтегю? Его род также понёс серьёзные потери в последней войне.

«Не хочет брать ответственность на себя», — холодно отметил Джейсон. Впрочем, это его устраивало: с Монтегю он и сам собирался поговорить, а теперь инициатива исходила от Малфоя. Интуиция подсказывала Блэку, что не пройдёт и суток, как с ним захотят встретиться все пострадавшие от переворота лорды.

— Отлично, — кивнул Джейсон. — Уверен, вы известите меня о результатах ваших совещаний. А теперь прошу меня извинить, лорд Малфой, у меня ещё есть дела.

Люциус молча открыл камин в своём кабинете. Глава рода Блэк шагнул в изумрудное пламя и через мгновение оказался в доме на Гриммо.

* * *

Гость давно покинул особняк, но Люциус всё ещё сидел в высоком кресле у камина, не притронувшись к бокалу. На правом столике лежали те самые папки с документами, принесённые Блэком, а на левом — нераспечатанная бутылка дорогого французского коньяка и два тонких бокала, предназначенных для вечерней беседы, которая пошла совсем не так, как он ожидал.

Информация, оставленная Джейсоном, стоила тысячи галлеонов. И то,