Восток на рубеже средневековья и нового времени XVI-XVIII вв. - Коллектив авторов

Камбоджи, вновь вторглись в Пномпень и заставили кхмерского короля бежать в Хатиен. Лишь после новых территориальных уступок и внесения дани за три года Анг Снгуону удалось в 1756 г. вернуться в Камбоджу. В это же время Нгуен Кы Чинь убедил Во-выонга уйти из Пномпеня и «осваивать» только что приобретенные земли, не покушаясь на новые кхмерские территории. Вдохновленный своими военными и дипломатическими успехами в Камбодже, Во-выонг приказал написать письмо губернатору Фуцзяни и Чжэцзяни, именуя себя Ань нань го-ваном, точно так же, как титуловали себя императоры династии Ле. Лишь сопротивление группы чиновников при дворе уберегло Во-выонга от крупного международного скандала: документ так и не был составлен.

Смерть в 1757 г. Анг Снгуона и междоусобная борьба его наследников дала возможность Во-выонгу вмешаться во внутренние дела Камбоджи на стороне одного из претендентов на престол, Анг Тонга, бежавшего в Хатиен. Вьетнамские войска, преодолев ожесточенное сопротивление его соперника, возвели Анг Тонга на камбоджийский престол, за что тот передал Дангчаунгу область Тамфонглаунг к северу от Басака. Одновременно большая кхмерская территория отошла и к приютившему Анг Тонга губернатору Хатиена Мак Тхиен Ты.

Строительство новых крепостей на захваченных у кхмеров территориях, создание вьетнамского чиновничьего аппарата и переселение крестьян требовали больших расходов, которые тяжелым бременем ложились на плечи налогоплательщиков, особенно в «старых владениях» Нгуенов, поскольку в «новых владениях» налоги были более легкими. Нужда в деньгах заставила Во-выонга в 1758 г. распространить повышенное налогообложение на Фуиен, где стало накапливаться народное недовольство, через 13 лет вылившееся в активную поддержку восстания братьев-тайшонов.

За год до смерти, в 1764 г., Во-выонг отказал в помощи Ле Зюи Мату. Активность правителя, в том числе и военная, резко уменьшилась. Все большее влияние при дворе приобретали жадный и беспринципный интриган евнух Чыонг Фук Лоан и его клика. К моменту смерти Во-выонга в 1765 г. в руках евнуха оказалась вся реальная власть. Наследником должен был быть провозглашен старший из оставшихся в живых сыновей Во-выонга, 33-летний Нгуен Хынг То, отец будущего императора Нгуен Тхе То. Однако заговорщики подменили завещание и провозгласили правителем 12-летнего Динь-выонга (1765–1777), сына Во-выонга от наложницы, ставшего марионеткой в руках Чыонг Фук Лоана. Нгуен Хынг То был брошен в тюрьму, его приближенные убиты, а через четыре месяца и сам принц неожиданно заболел и умер.

Став регентом и присвоив себе высшие гражданские и военные должности, Чыонг Фук Лоан расставил на ключевые государственные посты верных себе людей и захватил доходы с богатых золотых приисков. Из Зядини был вызван Нгуен Кы Чинь, реабилитацию получили оппозиционные по отношению к умершему Во-выонгу чиновники. В середине 1767 г. Нгуен Кы Чинь умер, а еще через год была изменена в сторону приближения к классическому образцу программа экзаменационных конкурсов, по которой проводился отбор чиновников.

В экономической сфере, в которой преобладающую роль получили южные районы страны (только в Куангнаме в 1769 г. сбор налогов в два раза превышал аналогичные поступления из Тхуанхоа), ситуация ухудшалась год от года. Несмотря на то что в Зядини никогда не происходило наводнений, было распахано много плодородных земель, дававших очень хорошие урожаи, цена на рис в стране ежегодно возрастала. Таковы были последствия денежной реформы Во-выонга. Ослабевшая центральная власть уже не могла заставить население принимать деньги из белого цинка по их номинальной стоимости. Это грозило катастрофой: во-первых, никто не хотел обменивать медные деньги на не имевшие собственной стоимости цинковые, во-вторых, население (преимущественно плодородного юга) не желало продавать за обесцененные цинковые деньги рис и, накапливая его запасы, занималось в лучшем случае натуральным обменом. Начался голод, и некоторые чиновники предложили правителю регулировать цену на рис путем ежегодной продажи государственных запасов по низким ценам. Это предложение было оставлено властями без внимания, вследствие чего положение продолжало ухудшаться.

В 1770 г. в горных районах Куангнама, Куангнгая, Кюиньона и Фуиена вспыхнуло восстание горских народов. Центром этого восстания была гора Кадам в Куангнгае. Масштабы восстания заставили дангчаунгские власти создать в Куангнгае шесть боевых лагерей и патрулировать все перечисленные выше провинции. Но это было только началом военных забот нового правительства. В 1771 г. сиамские войска, оправившиеся после разгрома Аютии, захватили Хатиен и вынудили Мак Тхиен Ты бежать в Зядинь. В результате резко упали доходы от международной торговли. В 1772 г. в условиях уже начавшегося восстания братьев-тайшонов в Кюиньоне в Камбоджу были посланы войска, нанесшие поражение сиамцам и захватившие Пномпень. После победного окончания войны наступило хрупкое примирение с сиамским королем Пья Таксином, в связи с чем в Зядини приходилось держать сильную армию. В мятежном Кюиньоне власти вместо решительных военных действий против восставших проводили проверку списков тягловых и набор солдат, чем усугубили недовольство даже не примыкавшего к тайшонам населения.

В 1773 г, дестабилизация в столице Фусуане достигла своей высшей точки: начались заговоры знати против Чыонг Фук Лоана, убийства и казни высших чиновников. Этот кризис совпал с переходом войска восставших тайшонов из горных районов на равнину, что явилось началом широкомасштабной войны экономически доминировавших слоев города и деревни Дангчаунга за обретение политической власти.

Глава 30

Малайя и Северный Калимантан в XVIII в.

В конце XVII в. в Малайе появились буги — отважные мореплаватели, пираты и торговцы Архипелага. Создавшие ряд княжеств на юго-западном Сулавеси, буги под давлением голландцев начали переселяться (со второй половины XVII в.) в другие районы Нусантары. В конце XVII в. они появились в Малайе, где на западном побережье полуострова основали свои поселения.

В начале XVIII в. буги приняли активное участие в борьбе за джохорский престол. В 1722 г. бугские вожди сделали султаном Джохора Сулеймана (1722–1760), сына Абдул-Джалила IV. Фактическая власть в султанате перешла в руки бутов.

Утвердившись на архипелаге Риау, где в то время находился центр Джохорского султаната, буги активно вмешивались в политическую борьбу в других княжествах. Один из бугских вождей, раджа Луму, в 1742 г. стал первым султаном Селангора. Перак также признал власть бугского ямтуана муда («младшего правителя»).

Рост влияния бутов в малайских княжествах вызвал беспокойство голландцев. Еще больше голландские власти Малакки были недовольны торговой деятельностью бугских феодалов, которые под прикрытием боевых флотилий, не брезговавших и пиратством, нарушали голландскую торговую монополию.

В борьбе с бутами голландцы использовали недовольство малайских феодалов, оттесненных бутами. Главой малайской партии стал Мансур, султан северомалайского княжества Тренгану, уговоривший султана Джохора Сулеймана обратиться за помощью к голландцам.

В 1756 г. вспыхнула война. Бугский полководец раджа Хаджи разбил флот султана Тренгану и перенес военные действия в окрестности Малакки. Но в 1758 г., после почти двух лет борьбы, бугские феодалы были вынуждены подписать