Гогенцоллерны. Начало. От первых Цоллернов до Тридцатилетней войны - Отто Хинце

шли курфюрсту, одна треть — городу. Конечно, введению этого новшества предшествовала длительная борьба. Города Альтмарка не хотели признавать новый налог и оказывали сопротивление княжеским чиновникам. Потребовалось силой привести их к повиновению. Это было последней фазой борьбы Гогенцоллернов с бранденбургскими городами. Налог на пиво стал постоянным, освобождены от него были только прелаты и рыцари, которым, однако, запрещалось торговать пенным напитком.

В общем и целом можно сказать, что политика Иоганна соответствовала интересам сословий. Доля бранденбургских дворян среди его советников выросла, франконские чиновники отошли на второй план. В 1483 году Зессельманна на посту канцлера сменил Зигмунд Церер, приехавший из Франконии, однако эта традиция должна была вскоре прекратиться.

В это же время новые гуманистические идеи, проникшие в Германию из Италии, добрались до Бранденбурга, который в плане духовной и материальной культуры еще сильно отставал от Франконии. Курфюрст Иоганн покровительствовал этому течению, хотя сам был воспитан еще в совершенно другом ключе, как рыцарь и охотник. История о том, как на собрании князей он на протяжении четырех часов произносил речь на латыни и восхищенные слушатели назвали его новым Цицероном, безусловно, является вымыслом. Современники дали Иоганну совершенно другое прозвище — «Сильный» — за весьма крепкое телосложение.

Иоганн стал первым Гогенцоллерном, который умер и был похоронен в Бранденбурге. Можно спорить о том, является ли его правление завершением старой или началом новой главы в истории династии. Он был в чистом виде территориальным князем — таким же, как все его преемники в XVI столетии. С другой стороны, он был так тесно связан с правлением своего отца Альбрехта, что эти две эпохи трудно разделить. За 14 лет пребывания у власти он не ввел никаких принципиальных новшеств. Его концентрация на внутренних проблемах проистекала не из принципа, а из внешних обстоятельств, включая плохое состояние его здоровья. Он скончался в возрасте 43 лет после долгой болезни, по всей видимости, связанной с сердцем. В дальнейшем этот недуг будет преследовать других представителей его дома.

Часть 3.

Эпоха Реформации: 1499-1618

1. Иоахим I и кардинал Альбрехт

XVI век называют веком Реформации. И это далеко не случайно — религиозный раскол затронул все стороны жизни немецкого народа. Реформация стала также главной силой, определявшей историю Бранденбурга и династии Гогенцоллернов в этот период.

Начиная рассказ об этой эпохе, нужно в первую очередь указать на влияние Ренессанса, которое, как уже было сказано выше, ощущалось в северной Германии уже в конце XV века. Преемник Иоганна курфюрст Иоахим I был просвещенным гуманистом, основавшим в 1506 году университет во Франкфурте-на-Одере. Первым канцлером этого университета стал епископ Дитрих фон Бюлов, также воспитанный в гуманистических традициях. Впрочем, подобных им было немного, и один из современников метко заметил, что в Бранденбурге ученых людей так же мало, как и белых ворон. Университет во Франкфурте-на-Одере впоследствии превратился скорее в школу юристов и пасторов, чем в центр гуманистической учености. Важнейшую роль в духовном развитии Бранденбурга стал играть протестантизм. Создание самостоятельной церковной организации в марке уже было подготовлено полученными от Папы в 1447 году привилегиями; Реформация позволила завершить этот процесс и создать еще один институт, скреплявший единство принадлежавшего Гогенцоллернам княжества.

Не менее ощутимым был финансовый эффект от секуляризации церковных владений. Увеличение доходов курфюрста было как нельзя более кстати в эпоху, когда расходы монархов стремительно росли. Это было проблемой всех князей; попытки свести концы с концами становились все менее успешными. Рост потребностей двора, расходы на рейхстаги и борьбу с турками и прочие непредвиденные затраты соединились с инфляцией и ростом цен, вызванными притоком американского серебра. Экономический и социальный порядок стремительно менялся. Ушла в прошлое средневековая рыцарская вольница, и князья взяли на себя задачу обеспечения законности и порядка в своих землях, стремясь закрепить за собой монополию на насилие. Не случайно именно в это время, в начале XVI века, к востоку от Эльбы мы наблюдаем последний всплеск активности рыцарей-разбойников.

На смену рыцарским ополчениям пришла наемная пехота; рыцарь превратился помещика. Появилось крупное помещичье хозяйство, которое производило продукты не только для себя и ближайшей округи, но могло поставлять зерно, скот и шерсть на отдаленные рынки. Дворяне конкурировали с городами, безуспешно стремившимися подчинить себе всю торговлю в своих окрестностях. Помещики выкупали урожай у своих крестьян или вовсе завладевали их землями, чтобы увеличить производство зерна на продажу. Основой помещичьего хозяйства был барщинный труд зависимых крестьян, который занял место прежнего оброка. Так на остэльбские территории пришло крепостное право. Большинство крестьян не были владельцами своих дворов — собственником последних был помещик; обязательства крестьян не всегда были точно зафиксированы, и дворяне были склонны увеличивать их объем так, что в конечном счете у крестьянина не оставалось на неделе свободных рабочих дней. Помещик был также верховным судьей в своих владениях, и дети крестьян приносили ему присягу; он также являлся патроном местной церкви и оказывал решающее влияние на назначение священников.

Такое развитие наблюдалось на всем северо-востоке Германии. Территориальные князья, в том числе бранденбургский курфюрст, не приветствовали его и время от времени пытались остановить закрепощение или ограничить обязательства крестьян перед помещиками. Однако они ничего не могли поделать с объективными социально-экономическими тенденциями того времени. В итоге крестьянство проиграло, а дворянство выиграло. Именно в эту эпоху сформировался знакомый нам тип остэльбского юнкера, серьезно отличавшийся от западно- и южногерманского дворянства и игравший в дальнейшем огромную роль в истории дома Гогенцоллернов. Именно это сословие стало главной опорой монархов, формируя прусский офицерский и дипломатический корпус.

Политическим следствием Ренессанса стало начало формирования современного суверенного государства в противоположность старым средневековым иерархическим феодальным структурам. Хаотичное переплетение и пересечение интересов и сфер власти разных правителей уступило место стройной системе, в которой владения были отделены друг от друга четкими границами, а внутри государства монарх имел дело с единой массой подданных. Естественно, эта система формировалась медленно и в течение XVI века еще не достигла зрелости на территории Империи. Однако ее зачатки можно видеть уже в деятельности Иоахима I. Реформация затормозила этот процесс. В то время как в итальянских государствах, Франции, Испании и владениях Габсбургов монархи действовали в соответствии с учением Макиавелли, немецкие протестантские князья старательно избегали участия в конфликтах эпохи и не стремились развивать те институты, которые могли усилить их военно-политическую мощь.

XVI век был временем масштабной борьбы между Габсбургами и Францией. Столетием раньше Габсбурги были не намного могущественнее Гогенцоллернов, однако за короткое время