Жена поневоле для греческого магната - Марго Лаванда

— Иди ко мне, — притягиваю к себе любовницу, опрокидываю на постель. Хочу забыться в ее объятиях. Делия выгибается подо мной. Тянется с поцелуем, а у меня перед глазами другая. Чертово наваждение. Откуда оно? Что за бред? Студентка с серо-голубыми глазами занимает воображение и не желает убираться оттуда.

Позже Делия уходит в душ, а я заказываю ужин в ресторане. Никуда выбираться нет настроения. Звонит телефон. Голос сестры звучит нервно.

— Андреас, я не могу дозвониться до Нины. Все время телефон недоступен. Я волнуюсь.

— Не волнуйся. Просто у нее другой номер. Когда мы были вместе я купил ей новую сим-карту. Наверное, она ее выбросила.

Я сделал это намеренно. Знал, что если введу ее в свое общество, будет любопытство. Кто-то захочет обменяться контактами. Нину это решение полностью устроило, она тоже не хотела погружаться в мой быт больше требуемого.

— Это все очень странно, — замечает сестра, не желая оставить тему. — Почему она не хочет говорить со мной?

— Мы расстались, оставь девушку в покое.

— Но я не понимаю! Сходили на вечеринку, что там случилось? Вы поссорились? Мама сегодня приезжает, она же специально раньше вернулась, из-за Нины.

— Скажи матери я подыщу другую невесту.

— Ты меня с ума сводишь, когда такие вещи говоришь! Дай мне телефон Нины! Другой, настоящий.

— Я его не знаю. Да и вряд ли она захочет с тобой разговаривать.

— Это еще почему? Я ничем ее не обидела. Не думаю, что Нина из тех, кто переносит ссору на других. Меня не касается, что произошло между вами.

— Светлая мысль. Наконец ты к ней пришла.

— Я серьезно! Перестань издеваться.

— Сестренка, смирись. Мне больше нечего тебе сказать. Нины больше нет. У нее другие планы на жизнь.

— Тогда ты просто идиот, который потерял сокровище! — рявкает сестра и отбивается.

Усмехаюсь, падаю на скомканные простыни, заложив руки за голову. Почему у меня такое ощущение, словно Зофия права? Что я и правда потерял что-то очень ценное.

Стоп. Кольцо. Оно стоит целое состояние и хоть я не жадный любовник, но в случае с Ниной ни о какой близости речи не шло. Определенно, кольцо она не заслужила.

Хотя, вряд ли она его с собой забрала. Снова набираю сестре. Прошу проверить кольцо.

— Боже, ты еще и жмот! — восклицает Зофия раздраженно. — Да, вот оно, в комнате, Нина оставила его на видном месте.

— Следи за языком, — сестре все же удается меня разозлить. — Не стоит вешать на людей ярлыки. Если не хочешь, чтобы с тобой поступили так же.

Теперь отключаюсь первым. Дело не в том, что я испугался за дорогую побрякушку. Скорее, мне было важно проверить меркантильность девушки.

Нина снова поступила честно, бескорыстно.

Не могу понять, рад я этому или наоборот. Предпочел, чтобы она забрала кольцо. Оказалась падкой на деньги, драгоценности. Лгуньей.

Какого черта меня так это волнует?

— Дорогой, ужин привезли? — Делия подходит ко мне в одном полотенце. Срываю его резким движением.

— Еще нет. Так что у нас достаточно времени чтобы…

— Андреас! — сначала возмущенно, а потом стоном, сдается любовница.

В результате наш ужин приезжает в самый неподходящий момент. Упорный курьер ждет около пятнадцати минут, пока ему откроют дверь, за что получает приличные чаевые.

— Останься сегодня, — просит Делия, увидев, что одеваюсь.

— Не могу, у меня самолет.

— Ты не говорил, что улетаешь!

— Потому что был занят совсем другим, — на мои слова Делия мило смущается. Хотя понимаю, что это игра. Моя любовница бесстыдна и порочна каждой клеткой своего роскошного тела. Поэтому ее и выбрал. Мне нравится, когда нет табу, когда позволено все, разумеется, в рамках здравого смысла.

Как любовница Делия идеальна.

Новый контракт с Павлидисом вынуждает покинуть город на несколько дней. Это кстати, как раз родственники позабудут о моей дурацкой игре с Ниной Крапивиной. Погружаюсь в дела, встречи, время летит незаметно. Делии не очень нравится разлука, каждый вечер ноет по телефону, что безумно скучает.

— Приезжай ко мне, — говорю спустя неделю. — Переговоры затягиваются, я могу тут застрять.

— Правда?

— Разумеется, я тоже буду рад тебя увидеть.

После напряженных переговоров по вечерам выбираемся в рестораны, отлично проводим время в ночных клубах. Любовница счастлива, всячески меня ублажает. Договор с подрядчиком тоже наконец подписываем, пора возвращаться.

Стоит прилететь, звонит мать, настаивает на ланче. Мы и правда давно не виделись, неловко придумывать отговорки, хотя понимаю, что будут вопросы о моей выходке с невестой.

Придется доходчиво прояснить, что тема моей женитьбы ушла в прошлое.

— Отлично выглядишь, дорогой, — оглядывает меня довольно.

— Как прошла твоя поездка? — целую мать в щеку.

— Отлично. Я развеялась. Но конечно переживала о твоем отце, о его здоровье.

— Он потихонечку приходит в норму, а тебе была необходима передышка.

— Спасибо, что поддерживаешь меня, — улыбается мать. — Если честно, Гектор сильно переживает всю эту ситуацию. Винит себя. Что тут скажешь, так и есть, он первый виноват в том, что произошло. Я с самого начала ему говорила, что нельзя давить на тебя. Ничего хорошего не могло выйти, не тот у тебя характер.

— Главное, чтобы он окреп физически, — вздыхаю, приступая к принесенному официанткой салату.

— Он окреп. Ты благородно поступил, не споря с ним сразу после операции. Дал восстановиться.

— Больше всего на свете я хочу, чтобы отец поправился.

— Знаю, милый. Сейчас ему гораздо лучше. Кстати, на днях к нему приезжал Олег Николаевич.

— Рад, что они продолжают поддерживать отношения. Несмотря ни на что.

— Они долго разговаривали в кабинете. Мне кажется, Крапивин тоже осознал свою ошибку. Он не должен был просить о такой вещи, как брак. Разве можно сводить мужчину и женщину против воли? Лезть в чужую личную жизнь. В результате сложилась такая запутанная ситуация. Поссорились близкие люди. Девушка, которую ты привез к нам в дом, оказывается, сирота. Крапивины взяли ее к себе, вырастили. И вот теперь она осталась одна. Потому что ты выбрал ее, а не родную дочь. Это ужасно, Андреас. Твой отец очень винит себя. Крапивин раздавлен. В их доме тяжелая обстановка.

— Ничего себе. Я не знал… — хмурюсь.

Становится чертовски паршиво на душе, хотя мать и не думает винить меня. Ни в чем не упрекает.

— То есть, с девушкой, которую ты назвал своей невестой, ты больше не общался?

— Не думаю, что ей это интересно.

— Но когда вы были вместе… Она не рассказывала о себе?

— Нет. Видимо, мы говорили не о том. Мне жаль, — вздыхаю.

— Ты не виноват, — повторяет мать. На тебя давили. Гектор и Олег заварили эту кашу.

— Я не держу зла.

— Еще бы, —