Аристократ - Анна Кондакова

Я отвернулся в окно и вгляделся в уличную темень, мельтешение людей на привокзальной площади и вспышки, озаряющие ночь, и опять повернулся к Хлое.

— Не выходи из машины. Отстреливайся прямо отсюда, если придётся… Используй атакующие руны. Все, какие существуют. Духи трать в самом крайнем случае, их надо экономить. Я оставлю с тобой Терри. Потом за вами вернусь.

— Рэй… — прошептала Хлоя и прикусила губу.

Не глядя на неё больше, я распахнул дверь и вылез из автокэба уже на здоровых ногах. Хлоя опять сделала для меня почти невозможное…

* * *

У автокэба меня остановила Терри.

Она всё это время внимательно наблюдала за мной и Хлоей через боковое окно машины, а теперь косилась на мою левую ногу, явно не совсем веря собственным глазам.

Дженни стояла рядом с Терри, а в её руке к своему удивлению я заметил револьвер. Она держала его за ствол и протягивала оружие рукоятью ко мне.

— Это вам, мистер Рэй. Я подобрала его вон там. — Девчонка ткнула пальцем в сторону площади, где лежали попавшие под пули адепты. — Им оружие уже не нужно, а вам нужно… чтобы найти Хью и Норманна, — добавила она.

Я забрал у неё револьвер (проверил барабан — полный) и сунул его сзади за ремень брюк. Обернулся на Терри.

— Отвечаешь за них обеих. Если что, уезжайте на автокэбе. Водить умеешь?

— Умею, — кивнула Терри.

— Отлично. — Я бросил на автокэб последний взгляд, запоминая вид и номер машины, и поспешил в сторону стены.

На ходу прихватил ещё и винтовку, валяющуюся на тротуаре, рядом с чернеющей лужей крови, проверил барабан и направился за стены Ронстада.

Теперь, лишившись кодо, мне придётся существенно поменять тактику боя. Похоже, настало время вспомнить, что когда-то я был обычным уличным парнем.

По оплавленным останкам камней и металла я вошёл в брешь стены, держа наготове винтовку. С идиотским воплем, как другие, в бой я не рвался — шёл и цепко оглядывал периметр, открывающийся моему взору, держался у левой стороны стены, неторопливо перешагивал убитых и раненых адептов.

А их было много.

Я ступал по погосту.

Проход был завален десятками трупов и залит кровью. Мужчины, женщины, подростки, старики… Отовсюду неслись стоны и хрипы, призывы о помощи, шёпот и всхлипывания. Пахло пеплом, порохом, обожжённой плотью и влагой, а с внешней стороны стены жаркий ветер нёс крики и запахи взрытой почвы и гари.

Я же поймал себя на мысли, что избегаю смотреть на мёртвых, боясь увидеть знакомые лица…

Наконец я вышел за границу Ронстада.

Там было светло, как днём.

Округу освещали объятые пламенем машины, вспышки выстрелов и энергия кодо. Всё смешалось в горниле битвы, воздух плавился, дымился, трещал и искрился. Сверкали руны, пылали потоки стихий, мерцали щитовые эрги, вихрями по толпе носились демонические силы призыва.

И теперь я точно мог сказать, что адепты побеждали.

Да, этот маленький бой они выдержали.

Короткий обстрел заставил меня отпрянуть назад. Несколько пуль чиркнули по камням стены, выбив искры рядом с моим лицом. Стреляли с левого фланга, со стороны группы военных автокэбов, единственных, что ещё уцелели. Пять машин стояли полукругом, и солдаты, открыв люки в крышах, палили оттуда практически сплошняком. Между автокэбами торчал ствол самоходной гаубицы. Орудие громыхало и изрыгало в толпу адептов огромные плевки картечи.

Именно это пока и спасало оставшуюся группу лэнсомских военных. Адепты не могли подойти к ним на близкое расстояние, а солдаты вражеской армии своей свинцовой атакой разом выводили из строя десятки человек.

Я ещё раз бегло оглядел поле боя и заметил красное платье Ли Сильвер.

Директор школы, охваченная вихрями боевого Шёпота, дралась сразу с тремя пехотинцами. Я рванул к ней и, добежав на расстояние метров тридцати, остановился. Расставил ноги шире, вскинул винтовку и прицелился…

Первая пуля угодила солдату точно в голову, а вот второй парень постоянно уходил с линии прицела. Не хотелось тратить пули впустую, поэтому я перевёл ствол винтовки на третьего и снял его выстрелом в грудь.

У оставшегося в живых солдата не было шансов.

Сильвер резанула его когтями по горлу и, когда тот упал, обернулась. Увидев меня, она перевела дыхание и прищурилась, понимая, что я не просто так вмешался в её бой.

Мимо меня снова просвистели пули, и теперь стреляли уже целенаправленно. Со стороны всё тех же пяти военных машин Лэнсома. Пришлось упасть на землю и вместе с винтовкой закатиться в изрытую снарядами яму.

Через пару секунд рядом вспыхнуло голубоватое мерцанье — Сильвер использовала щит, а летящие пули отшвырнула кинетическим эргом.

Я поднял голову, прокричав:

— Док! Прикройте! Уберём тех тварей! — И указал взглядом на группу автокэбов.

Но тут одна из военных машин неожиданно зашлась пламенем.

Оттуда раздались крики, и по мне сразу перестали стрелять. Вскочив, я понёсся туда же, за мной устремилась Сильвер.

Метров за двадцать до места я увидел, что один из адептов — совершенно один — отчаянно сражается со всей группой военных, атаковав их с тыла. Охваченный духом Горящего Ягуара, он посылал во врага настолько огромные потоки огня, что казалось, сам вот-вот вспыхнет.

Дарт Орриван…

Его стремительную огненную атаку сложно было не узнать.

Я остановился, быстро вскинул винтовку и начал снимать солдат, высунувшихся из люков, одного за другим. Сильвер понеслась Дарту на помощь, на ходу создавая новые потоки вихрей. К ней присоединились ещё двое адептов со стихиями…

Минут через пять от последней группы военных Лэнсома остались только горящие остовы машин, безжизненная гаубица и десяток трупов.

Бросив бесполезную винтовку, я вытянул из-за ремня револьвер. Сильвер в это время уже помогала раненым, а Дарт стоял истуканом возле полыхающих машин. Он, похоже, никак не мог отойти после атаки: его тело пестрело огненными всполохами, бугрилось мышцами, кулаки тлели россыпью углей.

Парень замер и, как заворожённый, смотрел на объятые пламенем автокэбы. Он тяжело, с рыком, дышал, а его мощная грудь высоко поднималась, будто он пробежал марафон.

— Дарт, — сказал я ему, подойдя почти вплотную. Дождался, пока он переведёт на меня взгляд, и спросил: — Узнаёшь?

Судя по отсутствию какой-либо реакции, он меня не узнал, а потом снова уставился на огонь. Дарт находился под властью духа своей стихии и выглядел отрешённым.

Я взвёл курок на револьвере и приставил ствол ко лбу Дарта.

— А так — узнаёшь?

Тот снова посмотрел на меня, правда, уже немного иначе. Прищурился, следом нахмурился, будто что-то вспомнил… и снова уставился на огонь.

— Вот же мать твою, — процедил я.

Отжал курок,