Дальнейшие похождения Остапа Бендера 1-4 - Анатолий Вилинович

Уходя, Валентин Данилович увидел во дворе собачью будку.

— А что, собачку не держите?

— Нет, подох пес, — ответила провожающая его Серафима Карповна. — А другого на заводили хозяева.

Зоя Алексеевна стояла на крыльце и смотрела вслед Кнопову, который говорил:

— Люблю собак… — остановился возле будки следователь. Но не потому, что его заинтересовало собачье жилье, а потому что крышу будки покрывала мешковина со штампом. Он выгорел, но когда Кнопов приблизился, то чуть было не издал возглас. По бледным размытым буквам можно было составить надпись: «Русско-азиатский банк» Мариупольское отделение».

— Что, уважаемый, вас так заинтересовало? — смотрела на него с удивлением старушка домработница-экономка.

— Да вот… из бывшего банка?

— Да, были у нас и половички такие, — ответила Карповна.

— Так, так… Ну что же, до свидания, — махнул он рукой хозяйке, которая тоже непонимающе смотрела на следователя, проявившего такой интерес к собачьей будке.

Здесь следует внести ясность читателям. Мешки для хранения денег этого банка делались не из обычной льняной ткани, парусины, пеньковой мешковины, а из волокон джута. Из особых сортов которого плелись даже морские канаты. И мешки такие очень долго сохранялись, не подвергались гниению в воде. Вот почему те деньги, которые нашел великий подводник Остап Бендер на затонувшем катере «Святитель» так сохранились в пресной воде Азовского моря.

Глава 19. Амуры великого искателя

Было еще светло, когда Остап пришел в гости к своей невесте. Зоя Алексеевна выглядела празднично. Её женское чутье подсказало, что придет король её сердца. Одета она была в светлое голубое платье, которое удачно обрисовывало рельефы её фигуры, каштановые волосы шелковистыми прядями ниспадали на плечи. Глаза были веселы, выражая надежду на счастье, молодой вдовы. И эта надежда вспыхнула в её сердце более ярко, когда Серафима Карповна радостным голосом доложила ей о приходе желанного гостя. Старушка сама лелеяла надежду, чтобы её молодая хозяйка нашла своего суженного.

— Рад видеть вас, Зоя — весело произнес Бендер, появляясь в комнате.

— И я рада вас приветствовать и видеть, Остап Ибрагимович, — сияя от желанной встречи ответила молодая вдова. — Откровенно говоря, не ожидала, что вы так скоро пожалуете ко мне в гости. Чаю хотите?

— Не откажусь. Можно чего-нибудь и к чаю? — с улыбкой смотрел на женщину Остап. И смело пройдя по комнате, уселся к столу.

Пока старушка накрывала стол, выставив бутылку коньяка, лимон и сахар в вазочке.

— Может быть, будете ужинать? — спросила Зоя.

— Нет-нет, только чай и немного вот этого, — щелкнул по бутылке с коньяком гость. — И лимончик к нему… — говорил он и осматривал шедевриальный интерьер гостиной.

Пили-чай, балагурил кавалер, рассказал пару анекдотов, над которыми хозяйка искренне и красиво смеялась. И даже засмеялась Карповна, услышав их когда проходила мимо открытых дверей гостиной.

Серафима Карповна была сухонькой моторной старушкой, быстро семенила по просторному дому, выполняя все уборочные и хозяйственные дела.

В разговоре Зоя спросила:

— Скажите, Остап Ибрагимович, не родственник ли вы моему покойному, а может быть, и ближе? Ведь он тоже был Ибрагимом?

— О, нет! — засмеялся Бендер, пребывая в отличном и безмятежном настроении. — Абсолютно никакого. Вашего мужа я и не знал вовсе. Что же касается имени Ибрагим, то таких имен на Кавказе, на Востоке, в Турции и в других местах так много, как у нас, скажем, Иванов.

Зоя, рассмеялась вместе со своим кавалером и они продолжали говорить о другом.

— Да, дорогая хозяюшка, покойный супруг ваш оставил вам дом что надо. Вот смотрю я на этот антикварный интерьер гостиной, где мы пребываем, и думаю, хорошим хозяином он был.

— Да, хозяин он был на редкость, — вздохнула женщина. — Я и пошла за него от сильной нужды в своей безрадостной молодости. Ведь я работала на чулочной фабрике… работницей. Жила впроголодь. Всё что исходило от комсомола, от всего окружающего, меня это никак не устраивало.

— О, дорогая Зоенька, мы с вами однодумцы, выходит? Что, у вас были сильные разногласия с властями?

— А как вы думали, Остап Ибрагимович, если откровенно. Отца моего арестовали, а потом мы с мамой узнали, что он погиб в лагере. Врагом народа его считали, — горестно вздохнула Зоя.

— Мама покончила с собою. Меня тоже нигде на работу не брали. Дочь врага народа… Дочь участника заговора против Совестской власти. Ведь такие в наше время презираются и даже преследуются. Тем более, что я из дворянского сословия.

О, Зоя, вы довольно откровенны, — внимательно смотрел на неё Остап.

— А мне, если еще более откровеннее, Остап Ибрагимович, так и терять больше нечего. Молодость такая тяжелая прошла в страданиях, а потом лишенная всего, что у меня было и могло быть, я и решилась выйти замуж за друга моего отца.

— Ну и ну, Зоя, дочь заговорщика, значит? — усмехнулся Бендер.

— Вас это шокирует? — насторожилась женщина, глядя с опаской на него, что сказала, наверное, лишнее.

— Ну, нет, дорогая Зоя Алексеевна, наоборот. Я тоже в свое время участвовал в организации подобной… «Союз меча и орала» называлась, — рассмеялся Остап.

— Вы смеетесь! — всплеснула руками женщина. — И вас обвиняли? — с испугом в глазах смотрела она на Остапа.

— Конечно, обвинили бы, если бы я не сделал этому дутому союзу адье, дорогая Зоя, — посмеивался Бендер.

— А-а, понимаю… — многозначительно закивала своей красивой головкой молодая вдовушка.

И кавалер не услышал, что понимала его дама, так как он именно сейчас, в этот момент остро почувствовал в ней родственную ему душу, ему — несогласнику строить по команде социализм.

— Благодарю за ваше откровение, весьма интересное, весьма, дорогая хозяюшка. Да, милая, разрешите осмотреть ваши апартаменты, — встал из-за стола «капитан».

— Почему же нет, пожалуйста. Это гостиная, где мы находимся. Там столовая, за ней кухня. Слева от неё ванная комната с водогрейным котелком, — рассказывая, показывала хозяйка провожая гостя по комнатам. — А отсюда дверь в спальню, товарищ капитан. Может быть, тоже хотите взглянуть? — с улыбкой взглянула на Остапа она. И в её глазах гость заметил затаенное желание, чтобы он таки вошел в спальню. Но что это бы означало, она сама не знала.

— Нет, нет, это будет неприличным с моей стороны заглядывать в спальню одинокой женщины, — благородно отказался Бендер.

Затем спросил:

— Дом с подвалом, наверное?

— Вы осматриваете дом, как будто хотите его купить? — засмеялась Зоя.

— Купить? А почему бы и нет, если хозяйка будет его продавать, — ответил ей смехом и Остап.

— Да нет, таких планов я пока не имею…

— Учитывая ваш ответ, и я вопросов больше не имею.

— Но вы интересовались подвалом. Там знаете что?