Заклинания и памперсы. Хроники выживания в садике N13 - Аллу Сант

после того, как уволила сразу обоих лакеев, и упала, свернув себе шею. Живя с Оллой под одной крышей, я вполне ожидал чего-то подобного, потому что характер у покойной герцогини был мягко говоря непростым. Но тратить время на расследование этой истории? Нет уж, увольте!

— А-а-а-а-а! — раздался вопль настолько громкий, что даже стекла в окнах зазвенели, а я устало потер пальцами переносицу. Ну вот, кажется, подвезли и вишенку на торте. А именно моего прекрасного сына. Единственного наследника, надежду семьи дель Гельд.

Это вернулись бабушка и дедушка, которые еще позавчера утверждали, что их единственный внучок — просто ангел во плоти, и все двадцать гувернанток, уволившиеся за последний месяц, — просто непроходимые тупицы, желающие опозорить славный род дель Гель.

Ну что ж, я могу сказать, что весьма приятно удивлен их выдержкой. Признателен. Ведь я был уверен, что сына они мне вернут еще вчера вечером, а они продержались намного дольше, чем я думал. И все бы ничего, но моя относительно тихая и спокойная жизнь закончилась, потому что теперь на моих руках окажется еще и сын, который очень плохо перенес потерю матери.

Я на самом деле совсем не предполагал, что Олла и Матиас были настолько близки. Я честно считал ее более чем посредственной матерью, которая особо никогда не интересовалась сыном. Именно поэтому первый приступ истерики и неконтролируемой магии, который случился у маленького графа на похоронах матери, стал для меня таким шоком.

Нет, мне было прекрасно известно, что психика маленьких магов весьма неустойчива и сильные потрясения могут навсегда оставить на ней след, который непременно отразится и на самой магии. Точнее на ее нестабильности. Но я и предположить не мог, что это может произойти с моим Матиасом, всегда таким спокойным и выдержанным. До смерти Оллы он всегда был примером прекрасного поведения ребенка в обществе. Сейчас же в сына словно какой-то демон вселился.

Вот кстати, это совсем не плохая теория, ее определенно нужно проверить!

Дверь в мой кабинет распахнулась без стука, и в него влетела моя мать, но как она выглядела! Ее платье было кое-где разорвано и уляпано странными фиолетовыми пятнами, на щеке наливался свежий синяк, а волосы были всклокочены так, что напоминали скорее паклю, чем настоящий волос.

Очень надеюсь, что у нее все же на голове парик!

— Эндрю! — завопила мать, и я даже подтянулся. Это был третий раз в жизни, когда мать называла меня по имени, и ничего хорошего это мне не предвещало.

— Да, ваше Высочество? — поинтересовался я, стараясь сохранять как можно более спокойное выражение лица. В конце концов, передо мной не только моя мать, но и сестра королевы-матери. Мать никогда не забывала напоминать об этом, именно поэтому с самого детства я должен был обращаться к ней согласно ее полному титулу и никак иначе.

— Ты должен сделать что-то! — потребовала она. — Это не мой внук! Это какой-то демон, призванный, чтобы покарать нас всех!

Из гостиной тем временем послышались крики и оглушительный грохот. Я же попытался вспомнить, оставалось ли там еще что-то особенно ценное. Кажется, нет. Матушка тем временем осенила себя знаком Всемогущего и начала сбивчивый рассказ. Слушать его у меня не было ни времени, ни желания; я прекрасно представлял себе, какое шоу Матиас мог устроить, стоило его только передать в руки бабушке. Она все еще верила и надеялась на то, что с ней внук остепенится и начнет вести себя так, как положено.

Мне же было заранее понятно, что затея обречена на провал, но кто я такой, чтобы противоречить самой сестре королевы-матери?

— Эндрю, ты должен убедиться, что его душой и телом не завладел какой-то демон. Я слышала, что в горных областях еще водятся шаманы, способные на такое! Учитывая положение твоего сына и его право на престол, это запросто может быть государственной изменой! Ты обязан уделить этому все свое внимание! — настаивала она.

Я прикусил губы, чтобы ни одно неосторожное слово даже ненароком с них не сорвалось. Спорить сейчас или приводить хоть какие-то доводы разума не стоило. Это точно не приведет ни к чему хорошему.

Монолог затягивался, но я почтительно молчал, стараясь не прислушиваться к звукам разрушения, доносившимся из гостиной. Возможно Матиасу удастся хотя бы разогнать всех дальних родственников, жаждущих выразить свои соболезнования. Будет хоть какой-то толк. Главное, чтобы моих агентов не трогал. Хотя они ребята уже опытные, таких так просто не напугать. Впрочем, справедливости ради стоило отметить, что Матиас уже достиг такого уровня, что даже у самых опытных агентов дергался глаз, так что надо было принимать меры и чем быстрее, тем лучше.

Именно в этот момент внутренней тишины, когда казалось, что всё ещё возможно, дом затрясся, как будто в припадке, а меня так и вовсе швырнуло и протащило по полу, хотя я успел выставить сразу несколько защитных щитов. Профессиональные навыки дознавателя в который раз спасли меня как минимум от нескольких переломов. Вот только это было только начало. Потому что это было не нападение какого-то неизвестного врага. Это было то, чего я больше всего боялся. Это была неконтролируемая магическая вспышка, и в этом доме был только один маленький маг, способный на такое.

— Лекаря мне! Немедленно лекаря! — раздался визгливый вопль, полный боли и страха. Я оглянулся и осох, увидев, что вопль исходит из огромной горы книг. Видимо, матушка не успела выставить никаких щитов, и её как следует протащило и приложило об книжный шкаф, а затем и его содержимое. Но если орёт, значит, жива, а это самое главное.

Возможно, произошедшее всё же заставит её задуматься над собственным отношением к обучению благородных дам, которое она считала не только бесполезным, но и опасным. Хотя это вряд ли. Не уверен, что даже смерть с косой сможет изменить её.

Меня же гораздо больше волновало не её состояние, а мой единственный сын.

Вот его такая магическая вспышка могла запросто убить.

Поэтому, совершенно не обращая никакого внимания на дикие вопли матери, я поспешил прочь из кабинета, чтобы найти того, кто стал причиной всего происходящего.

Гостиная больше походила на поле ожесточённого боя. Кресло раскурочено, вазы разбиты, как впрочем, и окна. И тишина.

И только посреди всего этого стоит маленький светловолосый мальчик с ошарашенным, если не сказать испуганным выражением лица. И пускай я никогда не любил навязанную мне супругу, да что там, я её еле терпел, но к Матиасу я относился иначе, даже несмотря на то, что он совершенно не походил на меня