Славянская мифология. Для тех, кто хочет все успеть - Коллектив авторов -- Словари и энциклопедии

узорами и отверстиями, вероятно использовавшиеся в ритуалах. Такие предметы не имеют утилитарного значения. Их обнаруживают у рек, родников, у подножия холмов – в местах, которые считались переходами между мирами

Показателен пример Арконы – крепости и культового центра полабских славян на острове Рюген в Балтийском море. В 1168 году датчане во главе с королем Вальдемаром I и епископом Абсалоном захватили Аркону и разрушили храм Святовита – одного из главных богов западных славян. Этот эпизод часто рассматривается как символическое завершение эпохи славянского язычества. Но и после этого остатки древней веры продолжали жить – в обрядах, праздниках, образах сказочных персонажей и народных обычаях.

Славянская мифология не исчезла полностью. Она стала частью народного сознания, укрылась в фольклоре. Сказки, заговоры, поверья, обрядовые песни сохранили в себе архетипы, образы, структуры мышления, родившиеся задолго до прихода христианства. Современные исследователи – этнографы, фольклористы, археологи – словно расшифровывают этот код, пытаясь нащупать его первооснову.

Первое более-менее надежное упоминание о славянских племенах относится к VI веку – о них писали византийцы, например Прокопий Кесарийский. Но, судя по археологическим данным и более ранним косвенным свидетельствам (в том числе у римских авторов), славяне как этнос начали формироваться гораздо раньше – в рамках индоевропейской культурной общности. Территория их расселения – от Дуная до Днепра, от Балтики до Карпат – стала пространством пересечения Востока и Запада, полем постоянного культурного диалога.

ПЕРВЫЕ ИНОСТРАННЫЕ СВИДЕТЕЛЬСТВА

Прокопий Кесарийский писал, что славяне «верят в единого бога, создателя молнии». Это редкое свидетельство о дохристианской религии VI века. Оно показывает, что культ громовержца (впоследствии отождествленного с Перуном) уже тогда был важнейшим элементом славянской духовности

Это пограничное положение определило многие особенности славянского мировоззрения. Славянская культура вобрала в себя элементы и восточных, и западных традиций, но при этом осталась самобытной. Она не растворилась ни в греко-римском наследии, ни в азиатских влияниях. Эта гибкость – с одной стороны, сила: способность адаптироваться и сохранять себя. С другой – слабость: склонность к внутренним метаниям, к поиску опоры и смысла в условиях постоянных перемен.

После Крещения Руси славяне вошли в орбиту византийского культурного и духовного влияния. Православие сыграло ключевую роль в формировании русской государственности, литературы, архитектуры. Однако языческое прошлое не исчезло бесследно. Оно продолжало жить – пусть в измененной форме. В народной памяти сохранились образы леших, русалок, домовых, змеев, богов-громовержцев, которые подчас причудливо сосуществовали с христианскими святыми и ангелами.

Эта двойственность – язычество и христианство – стала одной из характерных черт русской (и шире – восточнославянской) культурной идентичности. В ней всегда присутствует внутреннее напряжение: рациональный свет христианского миропорядка соседствует с иррациональной темнотой архаических верований. И в этом напряжении рождаются уникальные образы – от былин и народных сказок до классической литературы и философии.

ОБРЯДЫ ПОД ОТКРЫТЫМ НЕБОМ

В отличие от римлян и греков, славяне не строили храмы из камня. Их святилища были естественными: священные рощи, источники, холмы, камни, одинокие дубы. Это отражает принцип: божественное присутствует не в здании, а в самой природе, которая и есть храм

Согласно гипотезе, сказка в славянской культуре во многом заменила миф. Ученые предполагают: если миф – это система, объясняющая происхождение мира, богов, космоса и законов, по которым он существует, то сказка – это способ выживания в уже существующем, зачастую враждебном и хаотичном мире. В русской сказке не столько объясняется, как устроено мироздание, сколько даются советы: как быть, когда ты оказался внутри этой сложной и непредсказуемой системы.

ТЕНЬ ЯЗЫЧЕСТВА В ПРАВОСЛАВИИ

Во многих регионах России и Украины крестьяне вплоть до XX века приносили первые снопы урожая не в церковь, а на поле – Матери Сырой Земле. Этот ритуал уходит корнями в древнейший культ плодородия

Во многом современные неоязыческие (родноверческие) верования основаны на реконструкциях, ведь старинных дохристианских источников крайне мало. Возможно, именно потому, что у славян не было целостной мифологической картины, а существовала разрозненная система верований, тесно переплетенная с природой, духами мест и рода, сложилась столь своеобразная культурная модель.

В ней будто слышен глухой, почти забытый гул хтонических сил. Он не исчез – просто ушел вглубь. Но время от времени дает о себе знать – в снах, в страхах, в символах, которые невозможно объяснить, но легко узнать.

Глава I. Что было в самом начале

«Славяне, как и другие индоевропейцы, мыслили мир трехчастным: небесный мир богов, средний – земной, и нижний – подземный мир мертвых. Эти уровни постоянно взаимодействуют, порождая циклы времени и судьбы»

Мария Гимбутас

Как устроен мир и откуда он вообще взялся? Этот вопрос интересовал человечество всегда. У разных народов существовали собственные представления о происхождении мира – разные, но местами удивительно схожие. Греки считали, что все произошло из Хаоса. Скандинавы верили, что мир возник из противостояния огня и холода. Греческий Хаос породил первых богов, олицетворяющих землю, время и любовь. А у скандинавов мир возник из столкновения огня Муспельхейма и холода Нифльхейма. Из растаявшего льда появился великан Имир, прародитель йотунов, и корова Аудумла, которая вскормила его молоком. Лизанием соленых ледяных блоков Аудумла постепенно вызволила изо льда первого бога – Бури, праотца богов-асов.

Славянские мифы

Изучая славянскую мифологию, невозможно не заметить: картина мира, в которой жили наши предки, представляла собой не столько четко выстроенную систему, сколько гибкую, живую и многослойную структуру. Ее трудно описать привычными для современного мышления категориями – здесь нет строгой хронологии, логической последовательности событий или фиксированного пантеона с ясно распределенными функциями. Скорее, это мир, основанный на череде повторяющихся образов, мотивов и архетипов, передающихся из поколения в поколение – нередко бессознательно: через язык, жест, песню, сказку, обряд.

Когда нет текста, говорит действие. Славянская мифология жила в ритуале: не объясняя, а показывая, как устроен мир. Каждый праздник, каждый обряд – зашифрованный миф, который не читают, а проживают

Одной из загадочных особенностей славянского мифологического наследия является почти полное отсутствие письменной фиксации. У славян не существовало ни религиозной доктрины в текстовой форме, ни философской школы, ни поэм, подобных «Илиаде» или «Эдде». Мифологическое знание передавалось через живое переживание мира – через природу, праздники, обряды, семейные традиции. Это была мифология действия, а не текста.

ЗНАЧЕНИЕ ВЫШИВКИ

Мировоззрение славян отражалось в том числе в одежде. Подол женской рубахи, сарафана или юбки украшали орнаментом, обозначающим землю, пашню, засеянное поле. Верхняя часть символизировала