Моя авантюра. Очерк о поездке на Сахалин - Вера А. Чередниченко

Два с половиной часа лёта. И вот наша бригада из девяти врачей и руководителя уже в Петропавловске-Камчатском. Всходит солнце, плюс три градуса, небо почти чистое. Уже с трапа самолёта видны вулканы. Корякский вулкан пригрел проплывающую мимо тучку, и она зацепилась за его вершину, создавая наикрасивейшую картинку.

Чуть дальше – вулкан Авачинский. Никто из нас не ожидал такой встречи с Камчаткой!

Мы загружаемся в поданный микроавтобус и едем к месту краткосрочного отдыха – в гостиничный комплекс «Лагуна», что в четырнадцати километрах от города. Открываются пейзажи гор и сопок, вулкан Вилючинский. Вдоль дороги – танцующие берёзы: их изогнули постоянно дующие здесь ветры. Гостиничный комплекс, куда нас привезли, расположился на берегу живописного озера. Здесь же – бассейны с горячими источниками. Завтрак в кафе и долгожданный отдых. Смена часовых поясов, многочисленные перелёты утомили всех.

Вылет в Северо-Курильск предполагается на завтра, на вертолёте. А пока – спать, спать, спать…

Но в 13:00 срочный сбор: вертолёт заказан на сейчас, погода может поменяться. Быстрые сборы, и вот мы уже на вертодроме.

Отдельный комплекс с посадочными площадками и десятком стоящих вертолётов. В зале ожидания вертодрома на одной из стен – географическое изображение Сахалина и Курильских островов. Глаз уже везде начинает выхватывать эту картинку, а мозг – запоминать! В дальнем углу зала, как в музее, скелет морской коровы, или стеллеровой коровы, она же капустница, с подробным описанием этого уникального истреблённого человеком млекопитающего из отряда сирен. Описание – на русском и японском языках. Морские коровы обитали в прибрежной зоне Командорских островов, но некоторые скелеты находили и у берегов Камчатки и Северных Курил. Похоже, эта морская корова была из местных!

Время посадки. Досмотр, как в аэропортах. Загружаемся в небольшой вертолёт компании «Витязь-Аэро», на чёрном борту которого нарисована красивая морда волка. Помимо нашей бригады, летят ещё человек четырнадцать гражданских. На вертолёте я летала один или два раза в жизни в давние, давние времена. Но, как и тогда, пассажиры – на боковых скамейках. Багаж – в середине салона. Хвостовая часть вертолёта даже не герметична: видны щели в корпусе. После прогрева двигателя вертикально поднимаемся в небо. Вертолёт трясёт так, что челюсти сомкнуть не удаётся: зубы начинают стучать. Так и летим – с открытыми ртами. Летим в сторону самой южной точки Камчатки – мыса Лопатка. В иллюминаторе виднеется изрезанная невысокими горами суша. Осень уже буйствует здесь. Живописные разноцветные картины открываются взору. Зеленоватые квадраты суши с обрывистыми коричневыми берегами, между ними – голубые, синие, изумрудные участки водной глади, над ними – нежно-голубое небо с большими белыми облаками. Дальше – огромные площади песочного цвета с отдельными вставками коричневого и ярко-зелёного. Впечатление, как от пустыни с оазисами! Впереди – бесконечная водяная гладь, к ней тянутся голубые ручейки. Так это же Тихий океан и впадающие в него речушки!

Вертолёт идёт на снижение. Посадка. Оказалось, не конец путешествия, а просто дозаправка в посёлке Озерновском плюс «санитарный» выход. Ветер срывает шапки. За пять минут – и снег, и дождь, и солнце. Здесь, в самой южной точке Камчатки, такая переменчивость погоды – обычное явление.

Опять загрузились, полетели. Удивительно, но гул мотора даже убаюкивает! Порою вертолёт летит в плотном белом молоке: такая плотность облаков. И это лётная погода?! Страшновато!

Сегодня праздник Покрова Святой Богородицы. Нас несколько раз накрывало то белым маревом облаков, то кисеёй снега. Удивительна картина по обе стороны борта: с одной стороны – осень, с другой – зима. Северные склоны сопок в снегу, южные – охряные. Пересекаем Первый Камчатский пролив. Впереди – острова Шумшу и Парамушир. Вертолёт идёт на снижение. Погода солнечная, и тень от нашего вертолёта чётко видна на золотисто-коричневой земле. Ощущение удивительного миража!

Мы на самом большом северном острове Курильской гряды – острове Парамушир. Здесь и расположен город Северо-Курильск. Город с населением 2500 человек, и то 500 не проживают здесь, а просто прописаны. Встречает нас главный врач местной больницы Елена Сергеевна, очень доброжелательная женщина, живущая на острове уже сорок лет. Загружаемся в автобус и едем в Северо-Курильск. Сам по себе городок Северо-Курильск очень маленький: одна центральная улица – Сахалинская – и ещё несколько, примыкающих к ней. Погода здесь суровая, почти ежеминутно меняется: то солнце, то низкие серые тучи, то холодный ветер с сильными порывами, то дождь, то мелкая снежная крупа, сразу тающая.

5 ноября 1952 года город был смыт сильнейшим цунами. С тех пор восстанавливается и только сейчас стал прихорашиваться: асфальтируются дороги, укладывается тротуарная плитка, обустраиваются детские площадки, строятся новые дома, обновляются фасады старых домов.

Я – на Курилах!

Часть вторая. Остров Парамушир

Нас, трёх женщин, поселили в отдельной гостевой квартире. Квартира просто шикарна: на двух уровнях, на первом этаже – кухня со всей техникой, посудой, большая гостиная с закрытой тёплой лоджией, где стоит пианино и есть запасная дверь на улицу, туалет, хозяйственная комната со стиральной машиной, сушилкой и гладильной доской; на втором этаже – небольшой холл с рабочей зоной, две спальни, гардеробная, большая ванная комната с джакузи и сауной. Дом, похоже, старый, постройки 50–70-х годов двадцатого века, снаружи отделан новым современным фасадом. Впечатление новизны! Для нас на столе – фрукты, конфеты, печенье… Такого комфортного приёма, практически у чёрта на куличках, конечно, никто не ожидал!

Попарившись и приняв душ, дополнив свой расслабон бокалом вина, плохо осознавая происходящее, мы пошли спать. Завтра наш первый рабочий день на краю земли!

Часть третья. Первый рабочий день

Утро было хмурым, с дождём и ветром.

За нами приехал уазик и доставил нас в двухэтажное здание центральной районной больницы Северо-Курильска. На первом этаже здания – поликлиника, на втором – стационар. Короткая утренняя планёрка – и по рабочим местам. Офтальмологический кабинет оборудован на уровне 80-х годов двадцатого века. Есть щелевая лампа, набор пробных оптических линз, таблица Головина – Сивцева, тонометр Маклакова, скиаскопические линейки. Слава богу, так! Можно работать! Южно-сахалинское руководство не знало об обеспечении на местах, мне было сказано взять с собой моё переносное офтальмологическое оборудование, что я и сделала. Пришлось с этой тяжестью потаскаться! Обеспеченность у моих коллег была нормальная, никто не жаловался на недостаток оборудования. Эндоскопист был даже удивлён совершенно новому эндоскопу.

Ко второй половине дня у меня уже отяжелела голова, закрывались глаза, безумно хотелось спать! Но поток