Принцип неизбежности - Алина Аркади

сейчас при упоминании Ярова. Когда человек говорит о том, кого любит, всё напряжение проходит, а из глаз струится мягкий свет. Этот свет преображает, и человек становится невероятно красивым, нежным. И немного этого света передаётся другим, заполняя окружающих подобным чувством лёгкости и радости. Я, в отличие от папы, верю Грише, но ещё больше верю Тасе, глаза которой каждый день доказывают, что она счастлива и спокойна.

Когда мне исполнилось восемнадцать, сестра поделилась их с мужем историей во всех красках, вызвав шок, а затем и непонимание. Со временем, снова и снова прогоняя в мыслях рассказ Таси, я поняла, что любовь толкает на самые безрассудные поступки, заставляющие забыть об инстинкте самосохранения и поставить на пьедестал благополучие другого человека. И если мы готовы пожертвовать всем ради кого-то, разве это не есть проявление глубокого чувства? Подобным образом когда-то поступила мама, а затем и Тася, показавшие своим мужчинам, что они готовы на многое и даже на всё.

Прикинув на себя эти моменты, поняла, что хотела бы видеть рядом предсказуемого Барнаби, неспособного на спонтанность и импульсивность, сдерживающего моих рвущихся временами демонов наружу и заглушающего их порывы. Но одновременно внутри кипит необходимость познать страсть и огонь, заставляющий поддаться соблазнам, отбросить в сторону «правильно» и сорваться в бездну, где сгинуло немало раскуроченных сердец. И если эта поездка своего рода отрыв перед замужеством, я для себя определила: приключения придают вкус пресной жизни, которая меня ждёт рядом с Барни, а значит, могу себе позволить сделать нечто неблагоразумное и из ряда вон выходящее. Целенаправленно искать проблем на свою пятую точку не собираюсь, но если подвернётся шанс присыпать спокойный отдых жгучей приправой, то почему нет?

Не замечаю, как самолёт идёт на посадку, и в иллюминатор разглядываю виды внизу. Не тороплюсь, ожидая, пока самые нетерпеливые пронесутся по проходу, а затем беру рюкзак и топаю по трапу.

Ищу Дину, вглядываясь в лица, а потом замечаю рыжую макушку, которая маячит среди множества людей.

– Динка! – поднимаю руку, чтобы повертеть из стороны в сторону и привлечь внимания.

– Аня! – набрасывается на меня, стискивая в объятиях и кружа. – Ты… ты… – трогает мои волосы, перебирая пряди.

– Да, больше не блондинка! Пару недель назад решила изменить образ. Зашла в салон, выбрала цвет и вот, – кручусь перед девушкой, – даже брови сделала тёмными. Мне не идёт?

– Идёт, конечно. Подлецу всё к лицу, – хохочет и тащит меня к выходу. – Шучу! Но синие глаза стали выразительнее, а цвет глубже. А почему такие перемены?

– Не знаю, – пожимаю плечами, силясь вспомнить, в какой момент пришла в голову идея выделяться среди женщин в моей семье. – Муж сестры обмолвился, что у меня классический типаж, от которого не ждут особых интеллектуальных способностей, и вот… Эксперимент. Но мне и самой нравится.

– У меня никогда не получалось отрастить длинные волосы. Максимум до плеч, и то я без сожаления от них избавлялась, оставляя привычные пять сантиметров.

Дина проводит по голове, теребя короткие рыжие волосы. Аккуратная стрижка идеально подходит худенькой, невысокой девушке с узким лицом, а большие зелёные глаза подчёркивают огненный цвет, делая её интересной и запоминающейся.

– Итак, – начинает она, как только падаем на заднее сиденье такси, – я приготовила насыщенную программу. Вот только эту неделю придётся тебе осмотреть достопримечательности в одиночестве, потому что «любимый» босс выделил мне всего две недели. Но с понедельника я твоя, а значит, кроме всем известных мест мы посетим те, что не прописаны в официальных маршрутах. Прости, я не смогла его уговорить… —В глазах Дины сожаление, которое передаётся мне лишь на секунду.

– Без проблем. Я с радостью поброжу одна. Я из тех людей, кто спокойно может пойти в кафе, парк и концерт в одиночестве и не испытывать при этом дискомфорт.

– Завидую, – вздыхает Дина, посматривая на дисплей телефона таксиста, где отображается длительность поездки. – Соседка по квартире уехала на время каникул, а я даже в торговый центр не могу сходить одна. Мне нужна компания.

– Теперь у тебя есть я, – обнимаю девушку, получая истинное наслаждение от касаний к практически незнакомому человеку. – Кстати, что за работа?

– Подработка. На лето. Попала в хорошее кафе администратором. График нормальный, зарплата устраивает, коллектив в большинстве своём приятный. Только босс часто не в настроении, но и к этому я привыкла. Просит, чтобы я осталась, но пока не знаю, как совмещать учёбу и работу. В общем, до сентября есть время. Ты, кстати, онлайн-курс закончила?

– Да, постаралась до отъезда.

По пути обсуждаем тот самый курс, на котором познакомились. Формат онлайн позволил студентам из нескольких стран принять участие в обучении, чтобы после были отобраны лучшие, которые получат возможность отправиться в другую страну по обмену. И если мне этот бонус не нужен, то Дина мечтает отправиться в Европу, чтобы отточить знания международного права и получить возможность переехать.

– А вот и моё скромное жилище. – Дина замирает посреди комнаты и будто стесняется тесной квартирки с двумя маленькими помещениями, кухней метр на метр и санузлом, в котором едва можно развернуться. – Понимаю, ты привыкла к другому… – закусывает губу, рассматривая пальчики на ногах.

– Дин, всё в порядке. Да, я живу в условиях куда лучше, но благодарна тебе за гостеприимство. Но скажи сразу, – закатываю чемодан, который занимает треть комнаты, – если я тебя стесняю. Могу поехать в отель.

– Нет-нет, Ань. Оставайся. Мне так спокойнее. Я вроде как ответственна за тебя…

– Ты? – хохочу, не веря в услышанное, словно я маленький ребёнок, которого нужно водить за ручку и не выпускать из вида. – Мне девятнадцать. Почти двадцать. Стукнет через месяц, а значит, я сама за себя отвечаю. А ты, – тяну её на кухню, – лучше сделай кофе.

Глава 2

Дина носится по кухне, всячески стараясь меня ублажить, предлагает пирожные и пирог собственного приготовления. И он действительно хорош. Мне есть с чем сравнивать, потому как за свою жизнь я перепробовала многочисленные творения мамы. Кажется, меня ничем не удивить. К сожалению, я в готовке не сильна, о чём мне не раз говорил папа, уточняя, что серое вещество, которое находится в моей хорошенькой головке, куда важнее.

Барни: I hope you've arrived. Has somebody met you? Anna, would you come back earlier so