Брак с Драконом: Почему это так Сложно? - Алекса Рид

За его спиной в коридоре толпились слуги. Грета, вытирающая руки о передник. Моргана — с лицом, готовым разродиться апоплексическим ударом. Даже Лисса выглядывала из-за угла с ужасом и сочувствием на лице.

— Идеально, — процедил Клаус, глядя на испорченный платок, который он тут же бросил на пол. — Просто идеально. Первые пять минут в поместье — и уже встреча с местным «гостеприимством».

Он повернулся ко мне. Смерил взглядом с ног до головы — пыльную, всклокоченную.

— Убери этот мусор, — кивнул он на ковёр. — И чтобы через час поместье сияло. Всех слуг через пол часа — ко мне в большой зал. Будет объявление. Он развернулся и пошёл по коридору, не оглядываясь. Его шаги гулко отдавались в тишине.

Я осталась стоять с углом ковра в руке, чувствуя, как щёки горят, как сердце колотится где-то в горле, и как внутри зарождается смутное, нехорошее предчувствие.

— Ну и начало, — прошептала я.

Моргана подлетела ко мне, как коршун.

— Божественные силы, да успокойте мою душу! — прошипела она. — Убери это немедленно и бегом мыть полы!

— Но он сказал, все слуги в большой зал…

— Успеешь!

Я подхватила ковёр и побрела к выходу. Лисса догнала меня на полпути, взяв за другой край.

— Мила… — её голос дрожал. — Ты только что обтерла пальным ковром Господина Клауса. Ты в курсе?

— В курсе, — вздохнула я. — Теперь меня точно уволят. И никакого мне домика в лесу. Прекрасно.

Глава 2 «У Владыки нет времени на любовь!»

Глава 2 «У Владыки нет времени на любовь!»

Клаус

Я — наследник Ледяных Пиков, и, кажется, единственный дракон в истории нашего рода, который предпочёл бы сражение с тремя голодными горгульями разговору с собственной матерью о «личной жизни».

— Клаус, солнце моё, — мами голос звучит так мягко, что я сразу понимаю: сейчас начнётся. — Ты уже взрослый мужчина. Крылья вон какие отрастил. Почти как у отца.

— Мама, я и так всё время при делах, — я, не оборачиваясь, перебираю карты на столе. Карта южных рубежей, где опять неспокойно. Карта торговых путей с гномами. Запасы, поставки, ротация патрулей. Мои родители не зря выстраивали систему. Не могу я просто так всё профукать… — Мне некогда жениться.

— Некогда ему, — фыркает отец.

Он стоит у окна, заложив руки за спину. Только когда он смотрит на маму, лёд в них тает. Вот и сейчас: скользнул взглядом по её фигуре — мама, как всегда, в простом, но элегантном платье, с парой седых прядей в тёмных волосах — и уголки его губ дрогнули в едва заметной улыбке.

Спорить с ними обоими — себе дороже.

— Клаус, — отец поворачивается ко мне, и голос его обретает знакомую металлическую ноту. — Я не собираюсь передавать трон дракона, который не может произвести наследника. Даже я, при всём моём… нежелании брака поначалу, в итоге оказался прав.

— Ты оказался прав случайно, — улыбается мама. Она подходит к отцу и поправляет ворот его камзола. — Ещё бы чуть-чуть, и я бы сбежала от тебя обратно в Москву через первый попавшийся портал. Их тут, как метро.

— Но не сбежала же, — отец накрывает её ладонь своей.

Я отворачиваюсь. Всё детство прошло под этими их «нежностями», и до сих пор становится неловко. Хотя, если честно, где-то глубоко… приятно. Знать, что такое бывает.

— Короче, — я складываю карты в стопку и наконец смотрю на родителей. — Я не женюсь. Управлюсь сам. Без супруги.

— Управлялся бы, если б не твоя тяга к геройству на южных границах, — отец хмурится. — Ты забываешь, что Владыка — не просто воин. Это символ. Единство кланов. Политика. А политика, Клаус, — он многозначительно замолкает.

— Любит пары, — заканчивает за него мама. Она садится в кресло у камина и смотрит на меня тем самым материнским взглядом, от которого не спрятаться ни за какой картой. — Знаешь, я когда-то читала старые хроники… В этом мире, до вашего отца, практиковались отборы невест для Владык.

Я приподнимаю бровь.

— Отборы? Как в сказках? Приедут девушки со всех кланов, будут танцевать и плести венки?

— Не венки, — спокойно говорит отец. — Испытания. Квесты. Совместные задания. На проверку ума, силы и, — он бросает короткий взгляд на маму, — совместимости. В былые времена так выбирали Истинных.

Мама кивает:

— Это была справедливая система. Каждый клан мог выставить достойную кандидатуру. Никакого кумовства. Только личные качества.

Они переглядываются. Мне кажется, они уже обо всём договорились за моей спиной.

— Я не хочу, — говорю я чётко, разделяя каждое слово. — Мне никто не нужен. Я справлюсь один.

— Упрямый, как твоя мать, — вздыхает отец.

— И самоуверенный, как мой отец, — усмехаюсь я.

Мама тихо смеётся. Тепло, почти по-девчоночьи. И я вспоминаю, как в детстве она точно так же смеялась, когда мы с ней лепили снеговиков в саду замка, а отец стоял на балконе и делал вид, что читает свитки, но на самом деле смотрел только на нас.

— Послушай, Клаус, — мама встаёт и подходит ко мне. Кладёт руки на плечи — она ниже меня на голову, и мне приходится чуть наклониться. — Ты — наследник. И однажды станешь Владыкой. Твоя сила, твой ум — это много, но не всё. Власть — это одиночество, если не с кем разделить бремя. Мы с отцом…

— Я знаю, мама, — перебиваю я, но беззлобно. — Вы идеальная пара. Я видел. Но вы истинная пара. Вы были созданы чем-то всевышним друг для друга. И вам очень повезло, что вы встретились.

— Тогда сделай это как будущий Владыка, — голос отца становится твёрдым. — Ради блага империи. Ради баланса между кланами. Мы найдём справедливых судей. Лучших. Я прослежу. Каждый клан пришлёт достойную кандидатуру. Ты просто… познакомишься. Без обязательств. Без давления.

— Без давления? — я усмехаюсь. — Отец, ты сейчас говоришь мне: «Сынок, давай устроим грандиозное шоу, где ты будешь главным призом. Но без давления».

— Как хочешь, — он пожимает плечами, не меняя выражения лица. — Но если через год я не увижу рядом с тобой женщину,