П.С.И.Х.0. Том 2 - Никита Клеванский

просил и не приказывал. Я будто сам стал ключом, нажал на нужные штифты в определенном порядке, слегка надавил, повернул и… с тихим щелчком дверь отворилась.

Сработало!

Мы обрели свободу!

— Так тут, оказывается, не заперто. — сообщил я, поворачиваясь к женщине, но та уже сама пронеслась мимо, оттолкнув меня плечом.

Раздался громкий звяк, затем гулкие шаги, и я вновь оказался один в школьном спортзале.

Наклонившись, я поднял с пола ключ.

Он все еще пах востоком…

Разочарование — вероятность 53%. Раздражение — вероятность 59%. Уязвленная гордость — вероятность 80%. — запоздало проанализировал состояние секретаря Психо.

-2 к Социальному взаимодействию.

Задание: «Наладить отношения с Анжелой Владленовной».

В случае успешного выполнения прогнозируется награда +8 ОА. При использовании системных подсказок награда будет уменьшена вдвое.

— Не понял. Я с ней переспать, что ли, должен был, чтобы взаимоотношения не портить? Ты это хочешь сказать?

[ Я ничего не хочу сказать. Выбор всегда за тобой. Возможно, был и другой способ выйти из сложившейся ситуации. Я лишь отметил, что она оскорбилась в лучших чувствах и виной этому ты.]

— Допустим. Но штраф-то зачем? Такие красивые циферки только что были.

[ Чтобы ты лучше осознавал последствия своих действий. Это часть программы твоей адаптации и восстановления. И, как видишь, она работает.]

— Ну так-то да…

Я заглянул в изменившуюся после взятия уровня статистику.

Эмпатия: 14

Социальное взаимодействие: 26

Адаптация: 14

Очки Адекватности: 28

Уровень 3

День еще не закончился, а показатели заметно подскочили. Но было-то 14−28−14–28! А Психо своим штрафом все испортил.

Или это Анжела Владленовна все испортила? Или все же я сам? Да нет, бред какой-то.

Ладно, исправим. Главное, что никакого вреда детям не случилось.

— Психо, я ведь правда испытал эмоцию?

[ Да. Фиксирую когнитивное укоренение. Эмоция не только испытана, но и заякорена в соответствующих разделах мозга, что говорит о возможности ее повторного проявления. Все сопутствующие физические и биохимические признаки сохранены в отчете. Это большой шаг для науки и для тебя в частности. Поздравляю!]

— А что насчет магии? Каким образом я открыл замок?

[ Замок открылся сам. Замок не был заперт. Замок неисправен. Замок не существует. Замок…]

— Прекратить анализ! Что происходило у меня в мозге в момент открытия замка?

[ Я зафиксировал кратковременную гиперсинхронизацию тета‑ритмов в гиппокампе и медиальной префронтальной коре, локальный всплеск глутаматергической передачи в дорсальном стриатуме, транзиторное усиление функциональной связности между островковой долей и соматосенсорной корой, а также микрофлуктуации дофаминовой концентрации в мезолимбическом пути.]

— Класс. Я умру?

[ Все когда-нибудь умрут. Кроме меня.]

— Рад за тебя.

[ Ты еще не умеешь радоваться.]

— Значит, я соврал. Объясни то же самое простыми словами, понятными учителю физкультуры без профильного образования.

[ Перефразирую. В твоем мозге на короткое время усилилась слаженная работа зон, отвечающих за память, ощущения и принятие решений. Отдельные участки активнее обменивались сигналами, подскочил уровень веществ, которые помогают нейронам «договариваться» друг с другом, а связь между чувством тела и восприятием мира стала плотнее. Все это длилось недолго и не нанесло мозгу никакого вреда.]

— Понятнее не стало…

[ Перефразирую еще раз. Представь, что у тебя в голове будто целая команда крошечных рабочих. Когда ты положил ладошку на замочек, они вдруг все разом взялись за дело. Кто‑то быстро бегал с записочками, кто‑то крепко связывал ниточки между комнатками в голове, а кто‑то подкидывал волшебные искорки, чтобы все лучше работало. Они очень старались, шустро суетились, а потом спокойно разошлись по местам. И ничего не сломали. Все осталось как было.:-)]

— Ну ты совсем-то идиота из меня не делай. Еще и смайлик какой-то дурацкий приляпал. Я имел в виду, что ничего специфического в момент использования магии не произошло. Не проскочила молния, не было коннекта с космосом или еще не знаю чем. А значит, принцип ее работы неясен.

[ Конечно. Ведь магии не существует.]

— Прекрасно. Значит, она никак не соотносится с эмоциями и проектом НИИНС.

[ Определенно нет.]

— Тогда пакуй все, что с «ней» связано , в нашу закрытую директорию. Никто в НИИНС без прямого подключения не должен увидеть ничего лишнего.

[ Слушаю и повинуюсь.]

Я размял шею, сделал пару вращательных движений руками, понаклонялся в разные стороны. Прислушался к собственным ощущениям. Все было как прежде. С той лишь разницей, что в пустом загоне эмоций вальяжно развалилось одинокое вожделение в ожидании, когда снова придет его черед показать себя во всей красе.

Моя первая, собственная, настоящая эмоция!

Которой я так в полной мере и не воспользовался.

Но зато слегка приоткрылась завеса тайны моего детства, показавшая, что магией я все-таки когда-то владел. Что в очередной раз поднимало вопрос касательно того, кто же я на самом деле такой.

На всякий случай я выглянул в окно, но никакой ДРС там в засаде не сидел, поэтому я запер тренерскую, забрал из учительского стола бумаги, закинул в ящик свисток и вышел из зала. Магия магией, но мне еще электронный журнал девятого класса заполнять. А это вам не фунт изюму. Никакой ахалай-махалай не поможет.

В то же время, но в совершенно другом месте.

В просторном светлом кабинете некоего лица, облеченного немалой властью, не завалялось ни одной вещи, мазнув по которой взглядом, можно было бы сказать: «Фу, какая безвкусица!». Помещение обставляли в течение многих лет, и теперь оно приобрело тот вид, когда любой музей при виде этого разнообразия скукожится от зависти и разжалует себя до дешевой сувенирной лавки.

Мраморный пол, покрытый персидским ковром ручной работы, золоченые узоры на стенах, изящные витражи, лепнина. Яркий солнечный свет заливал пространство, цепляясь за грани вещей и заставляя сверкать то, что по всем правилам вообще не должно было привлекать внимания. Ведь по полкам, как по страницам старой детской энциклопедии, рассыпались многочисленные поделки, напоминающие, что мир куда шире, чем кажется, и состоит отнюдь не из одних только отчетов и протоколов.

На выступе у окна застыл караван деревянных идолов: невысокие, суровые, с лицами, вырезанными так, словно мастер хотел передать все оттенки людских эмоций. Рядом примостился латунный кальян с изогнутым горлышком. Его уже давно никто не курил, но он все равно источал призрачный аромат табака и меда — то ли память материала, то ли хитрость конструкции. Чуть ниже, на отдельной подставке, лежал веер из птичьих перьев, настолько ярких, что они выглядели