Жена дракона дознавателя. В моем браке убивают - Юрий Фурсов

— Не знаю.

— Где мы живем?

— Полагаю, здесь.

Ответ ему не понравился, но он сдержался.

— Какой сейчас месяц?

Я хотела спросить, какого года, но вовремя решила, что не стоит увеличивать число подозрительных ответов быстрее необходимого.

— Не помню.

— Имя твоего отца?

— Не помню.

Он несколько секунд молчал.

Я впервые смогла рассмотреть его одежду внимательнее. Сюртук был явно форменным, хотя никаких знакомых знаков различия я не видела. На левом запястье узкий металлический браслет, на воротнике вышит небольшой знак: круг, пересеченный вертикальной линией.

Оружия на виду не было.

Это не означало, что его нет.

— А свое имя ты помнишь? — спросил он.

Опасная развилка.

Сказать настоящее?

Назвать то, которое он уже произнес?

Я могла не знать ничего о происходящем, но одну вещь понимала отчетливо: человек передо мной наблюдал не за ответами, а за несоответствиями между ними.

Если я скажу "Лада Арсеньева", объяснять придется слишком многое.

— Ивара, — ответила я.

Он не расслабился.

— Фамилия?

Я молчала дольше, чем следовало.

— Не помню.

Теперь он точно понял, что ситуация хуже, чем ему хотелось.

Ренар, хотя тогда я еще не знала его имени, повернулся к двери.

— Карен!

Дверь открылась почти сразу.

В комнату вошел мужчина лет пятидесяти в сером жилете. Его лицо выразило облегчение, когда он увидел меня сидящей.

— Госпожа пришла в себя?

— Как видишь. Позови Сару. И никого больше.

— Да, господин Тальв.

Тальв.

Фамилия.

Я запомнила.

Мужчина в сером исчез за дверью.

Мой предполагаемый муж снова посмотрел на меня.

— Это имя тебе знакомо?

— Тальв?

— Да.

— Нет.

Он подошел к окну, но теперь не смотрел наружу.

— Меня зовут Ренар Тальв.

Я повторила имя про себя.

— А меня?

— Ивара Келл-Тальв.

Келл-Тальв.

Значит, при браке фамилию не заменяли полностью или здесь действовало какое-то другое правило.

Ренар словно ждал, что я продолжу.

Я не стала.

— Два года назад мы поженились, — сказал он. — Три недели назад ты потребовала развод. Я согласился. Сегодня утром мы должны были поставить окончательные подписи.

Он кивнул на папку.

— Очень удачный момент для потери памяти.

Я перевела взгляд на документы.

Вот оно.

Недоверие существовало еще до моего появления.

Ивара собиралась развестись.

Ренар считает нынешнее состояние возможной уловкой.

Возможно, мне повезло меньше, чем могло показаться.

— Что произошло вчера?

— Это я хотел спросить у тебя.

— Я серьезно.

— Я тоже.

Снаружи послышались быстрые шаги, дверь снова открылась, и в комнату вошла женщина лет сорока пяти. Темные волосы собраны в строгий узел, одежда простая, но очень аккуратная.

Она остановилась на расстоянии нескольких шагов.

— Госпожа?

Я посмотрела на нее.

Ничего.

Ни узнавания.

Ни даже странного ощущения, что лицо знакомо.

— Ты ее знаешь? — спросил Ренар.

Его вопрос был обращен ко мне.

Я решила не изображать то, чего нет.

— Нет.

Женщина прикрыла рот ладонью.

Ренар проследил за ее реакцией, затем спросил:

— Это Сара. Она служит тебе с того дня, когда ты приехала сюда после свадьбы.

— Понятно.

Сара выглядела так, будто мое спокойствие оскорбляло саму природу происходящего.

— Госпожа, вы не помните меня?

— Нет.

— Совсем?

— Совсем.

Она повернулась к Ренару.

— Господин, ночью...

— Я помню, что было ночью.

— Но если она...

— Сара.

Одного имени оказалось достаточно.

Женщина замолчала.

Я отметила это автоматически.

Он привык, что его слушаются.

Но не потому, что кричит.

Это всегда опаснее.

— Что было ночью? — спросила я.

Сара посмотрела на Ренара, будто без разрешения отвечать не имела права.

Он кивнул.

— Около полуночи в северной части дома произошел сбой, — сказала она. — Вы были в своей комнате, госпожа. По крайней мере, мы так думали. Потом раздался удар, свет погас, а дверь вашей спальни оказалась открыта. Вы лежали возле галереи.

— Как я туда попала?

Сара беспомощно развела руками.

— Никто не видел.

— Насколько далеко галерея?

— Отсюда?

— Да.

Она снова взглянула на Ренара.

— Другой конец этажа. Через две лестницы.

Я посмотрела на свои руки.

Царапин не было.

— Удар о чем?

— Не знаю, госпожа. Дом...

Она осеклась.

— Дом что?

Ренар ответил вместо нее:

— Дом замолчал.

Наверное, в нормальной ситуации я попросила бы объяснить, что это означает.

Но "дом замолчал" прозвучало здесь не как метафора, и это было достаточно важным различием.

— Он обычно разговаривает?

Сара побледнела.

Ренар долго смотрел на меня.

— Нет.

— Тогда что значит "замолчал"?

— Значит, перестал отвечать.

— Кому?

— Мне.

Я провела языком по внутренней стороне щеки, пытаясь не показать, насколько мало понимаю.

— Дом отвечает тебе.

— Иногда.