Закат 3 - Василий Лазарев

обосрался во всём. Жить стало просто негде, чистых мест не осталось и на нашу голову прибыли представители других миров, желая также заселить Землю. А что их теперь насчитывается в разы больше людей никто и подумать не мог. Себя же они не убивали и такого глобального уничтожения в их реальностях не происходило. Мамонт вообще не представлял, что творится в мирах, где летают на драконах. И куда там глядит руководящая партия, но то, что они разбудили настоящее зло, молодой человек понял однозначно. Только появившись ледяной демон быстро построил тварей в новом мире и поставил на правильные рельсы. И вот сейчас люди хорошо прочувствовали на своей шкуре их общий потенциал.

Убежище, по сути, было сметено походя, не напрягаясь. Дома, посевы, даже пляж не пожалели, дракон превратил песок на берегу реки в стекло, пару раз дыхнув на него. Выжила только горстка людей, укрывшихся в вездеходе под артефактами. И те, кто сразу побежал в подземелье. Отстреливаясь, броневик двигался задним ходом к провалу в пещеры, но что такое КПВТ против дракона? Силовое поле Батарейки до поры держало удар, но когда вездеходом конкретно заинтересовался демон, то поле сорвало, как и основный купол. Только Конус остался незыблем и давал отпор, только он и дал возможность горстке защитников оставшихся в живых улизнуть в провал. Конус остался отстреливаться, сбивая вурдалаков и горгулий. Сам наездник дракона плюнул на вездеход, вероятно ему хватило полного уничтожения убежища и гибель почти всех людей, проживающих под Куполом. Тех, кто ещё шевелился забрали с собой обычные демоны. От начала атаки до полного разгрома прошло чуть больше часа и убежище имени Леонида Быкова перестало существовать.

— Серёга, давай передохнём, — умоляюще попросил Кощей. Фельдшер Валера с трудом дышал, тащил на себе припрятанный ранее рюкзак с НЗ.

— Да, Мамонт, тормози, — попросил агроном Иванов с трудом держась за влажную стену пещеры.

— Привал! — скомандовал Мамонт и измождённо рухнул на землю. — Кто спасся?

В темноте пещеры, освещаемой севшими фонарями, мелькали тени, но кто смог уйти точно, Мамонт не знал. То, что Наташа рядом он осознавал чётко и почти всю дорогу тащил её за собой.

— Я, — прохрипел кто-то.

— Головка от патефона, — сплюнул, обозлившись Мамонт. — Кто ты, называйтесь полными именами или хотя бы кличками. Не видно же ничего.

— Я, Кощей. Серёга, совсем уже не узнаёшь никого? — обидчиво произнёс из темноты фельдшер.

— И я! — звонко отозвалась Кроха.

— Мелкая, сказали же. Кроха, короче это, — в тон мне произнесла Наташа. — Меня то ты, надеюсь ещё помнишь, милый? Я твоя жена, кто же тебя будет пилить?

— Тебя помню, — признался Мамонт. — Кто-то ещё? Иванова вроде слышал.

— Тут я. Иванов, агроном, который, — долговязый мужик зачем-то поднял руку в темноте. — Сейчас попробую свет дать.

С его руки сорвался крохотный шарик белой шаровой молнии. В пещере заметно посветлело.

— Не бойтесь, ручная молния. Кстати, Серёг, нам эти гондоны наверху умения погасили. Заметил?

— Как? Я в вездеходе сидел. Пытался кого-то оттолкнуть, но ничего не вышло. Я подумал, что артефакты мешают. Уверен, что это они так могут? — это уже серьёзно, подумал Мамонт.

— Теперь не мешают, — засмеялась Кроха. — Артефакты все там остались. Я только успела малую Батарейку забрать и Горчичник. Если у кого-то травмы, то Горчичник подлечит. Где же ты…, куда я сунула Батарейку? А, вот она!

Батарейка добавила света, и пещера показалась людям во всей красе. Высотой она кое-где доходила до полутора метров и Мамонт, равно как и остальные насажали себе шишек. Кроме выше отозвавшихся товарищей на земле сидели Ряха и Труха. А также Резвый в очень плохом состоянии. Его поддерживала Женька. В груди у парня застрял осколок льда, именно таким кидался наездник. С виду лёд, но крепче металла. Резвый получил его в грудь. Валера сразу бросился к нему. Кроха поднесла Горчичник ближе.

— Очень плохая рана, — покачал головой Матвей Ильич. Он нам встретился в одном из рейдов в Волоколамск.

— Вы врач? — заинтересовано спросил Валера.

— В какой-то мере. Будучи в одном лагере на Усть-Илимском тракте, помогал при медсанчасти.

— Сидел? — быстро спросил Мамонт.

— Волею судеб. Дали двенадцать лет строгача, — отрешенно улыбнулся Матвей Ильич. — За дело.

— Первый раз вижу, чтобы кто-то признался, что сидит за дело, — удивилась Кроха. — Что не зек, то чист аки ангел.

— Я и не отрицаю. Достал меня сосед своими вечными пьянками, — хихикнул Матвей Ильич.

— Расчленили, любезнейший? — понимающе спросил Валера. У него перед избушкой каждый день такие персонажи сидели.

— Отнюдь, что я зверь. От лифтовой шахты взял 380 вольт и подвёл к его дверной ручке. Он, понимаете ли, всегда в невменяемом состоянии перемещался и пока вставит в ключ в замок держится за ручку. Иногда этот процесс занимал у него несколько минут. Он ронял ключи, матерился, орал и пел песни. Обычно приходил не один, а с собутыльниками. Попав в квартиру, они сразу включали магнитофон на полную катушку, и вакханалия продолжалась. В любое время суток. Милиция приезжала,