Купчино. Четыре века истории. 50 лет современности - Денис Валерьевич Шаляпин

Писцовая книга «Воцкие пятины писма Дмитрея Васильевича Китаева да Никиты Губы Семенова сына Моклокова лета семь тысяч осмаго» была издана Иваном Беляевым под названием «Переписная окладная книга Водской пятины 7008 года» (7008 год по летоисчислению от сотворения мира соответствует 1500 году от Рождества Христова). В окладной книге Водской пятины, в частности, упоминаются Галтеев остров и река Сетуй.

Фрагмент окладной книги Водской пятины

Г. А. Немиров в книге «Петербург до его основания» высказывает мысль, что Галтеев остров есть понятие скорее условное, нежели строго географическое, то есть именем этим обозначалась некая территория, образованная текущими рядом реками. Итак, предполагаемые границы Галтеева острова определяются, судя по окладной книге, реками Невой, Сетуем и Ижорой.

Фрагмент карты Водской пятины. Карта архимандрита Сергия. 1905 г.

На острове обозначено множество деревень: Таибала, Васкино, Левкуевское, Лигомовичи Тимуево, Освевское, Петчела, Селезнево, Лембитово Седенье, Сукино, Толстые Головы. Практически все названия имеют славянское звучание. К настоящему времени ни одно из этих названий не сохранилось и местоположения этих деревень установить невозможно. Также обозначена «деревня Судола на Селуи». Большинство историков сходятся во мнении, что эта деревня станет известной впоследствии как Волкова.

Но Купчина или какого-либо иного, созвучного наименования в окладной книге не встречается. Однако имеется запись о деревне без упоминания названия, в числе жителей коей упоминается Федко Кузмин. Эта же фамилия принадлежит и некоторым другим жителям деревень на Галтееве острове. В шведской переписи жителей деревни Купчинова 1619 года также встречается фамилия Кузьмин. Конечно, это очень распространенная фамилия, и делать далекоидущие выводы на этом основании не следует, но на заметку взять сто́ит.

Новгородцы не особо скрупулезно и регулярно занимались переписью населения на своих территориях. А если подобные работы и проводились, то далеко не всегда сведения хранились должным образом, вследствие этого очень немногие из таких документов дошли до нашего времени.

По итогам Русско-шведской войны 1610–1617 годов (по Столбовскому мирному договору) Россия была вынуждена уступить Швеции территорию от Ивангорода до Ладожского озера. Соответственно, и территория современного Купчина оказалась под шведским владычеством.

В отличие от новгородцев, шведы без промедления и со всей тщательностью приступили к переписи все и вся на вновь обретенных территориях. В первую очередь переписывалось население с целью последующего налогообложения. На территорию Галтеева острова шведские переписчики добрались в 1619 году. Вот тут-то и появляется первое из дошедших до нашего времени документальных свидетельств об интересующем нас объекте.

Согласно шведской переписи, фрагменты которой приводит в своей книге «Петербург до Петербурга»[1] финский историк Сауло Кепсу, в 1619 году в деревне Kuptzinoua By проживали четыре облагаемых налогом хозяина, трое из которых: Иван Кузмин, Прошка Лефонтьев, Симан Абрахамов (Семен Абрамов) – были православными. Кроме того, здесь находилось поместье польского боярина Кристофера Канарского.

Фрагмент схемы А.М. Шарымова

Совершенно очевидно, что деревня не в этом году образовалась, а существовала и до появления в ней шведских переписчиков. Есть предположение, что ранее она была более населенной, но со сменой государственной принадлежности часть славянского населения деревню покинула, не без основания опасаясь притеснений как административного, так и религиозного характера со стороны новой власти.

Итак, не имея абсолютно достоверных сведений о времени основания деревни, но приняв за данность то, что в 1619 году она уже существовала, попробуем разобраться с названием.

С. Кепсу, цитируя шведские переписные книги, упоминает следующие названия: Kuptzinoua By (1919 г., 1634 г.), Kupsinoua (1622 г.), Kupsonoua (1643 г.), Kubsilwa By (1656 г.), Kupsina by (1664 г.), Kupsilla (1676 г.), Cubsilda (1678 г.), Kupsila By (1680 г.), Kupsillda (1695 г.) и др. Историк А. М. Шарымов в своем труде «Предыстория Санкт-Петербурга» упоминает такие названия деревни: Kupsinova, Kupsinovo, Kupsila bu.

Итак, самое древнее название деревни начертано в шведских хрониках как «Kuptzinoua By». Учитывая поименную перепись первых жителей деревни, логично сделать вывод, что название должно быть русским (славянским). Частицу «bu» («by») отбрасываем сразу, ибо это не что иное, как «деревня» по-шведски.

Как же могли шведы записать со слов славянина название деревни, учитывая сложность обозначения звуков, для которых в русском алфавите имеются буквы «ш», «щ», «ч», «ц»? И как теперь нам перевести со шведского языка славянское название? Варианты прочтения названия «Kuptzinoua» предлагаются следующие: Купчинова, Купцинова, Купщинова. Возможно также и окончание названия на – о. Название топонима, несомненно, славянского происхождения и восходит к словам «купец», «покупка».

Согласно шведским хроникам, к 1643 году хозяйств в деревне стало семь. При этом пятеро были переселенцами: один из Нуолйоки в Тюре, двое из Пиккола в Дудергофе, один из Сулкала в Дудергофе и один из церковного прихода Лийссиля. Как отмечает в своей книге С. Кепсу, до Русско-шведской войны 1656–1658 годов деревня оставалась православной. После войны в деревне было три двора, в двух из которых жили ижоры.

Только по окончании господства Швеции в 1695 году в списке жителей появляются финские и шведские имена, в частности: Йеран Йеранссон, Самуэль Хюннин, Йеран Хумойн.

В этой связи следует отметить, что в более ранние времена на этой территории находились поселения с названиями: Васкино, Левкуевское, Лигомовичи Тимуево, Освевское, Петчела, Селезнево, Лембитово Седенье, Сукино, Толстые Головы. Логично предположить, что население, в оных деревнях проживавшее, может быть отнесено именно к славянской группе. Таким образом, на роль первых купчинцев вполне могут претендовать именно славяне.

Тут сто́ит отметить, что ни для шведов, ни для финнов, ни для ижоры славянское название «Купчинова» никакой смысловой нагрузки не несет. Это простое сочетание звуков, причем труднопроизносимое сочетание. Вполне логично предположить, что со сменой этнической принадлежности населения название трансформировалось, обретя для оного населения какой-либо смысл, с первоначальным же именованием сохранив лишь отдаленное созвучие.

С конца XVII века деревня обозначается на шведских картах как Kupsilla. Самой известной картой с указанием именно этого варианта названия деревни, несомненно, является карта А. И. Бергенгейма.

В 1827 году штабс-капитаном Российского Генерального штаба А. И. Бергенгеймом, работавшим под руководством генерал-майора Ф. Ф. Шуберта, выдающегося геодезиста, впоследствии – директора Военно-топографического депо Главного штаба, была создана «Карта бывшихъ губернiй Иванъ-Города, Яма, Капорья, Нэтеборга изъ матерiаловъ, найденныхъ в шведскихъ архивахъ, показывающая разделенiе и состоянiе онаго края въ 1676 году».

Название «Kupsilla», как самое известное, требует особого рассмотрения. Вариантов перевода его существует несколько. По версии А.М. Шарымова, корень «kups» переводится как «зрелый» и обозначает места хороших покосов. По версии С. А. Мызникова – известного филолога и лингвиста – слово «kypsi» на древнефинском означало – заяц, следовательно, название деревни можно перевести как «Зайцево». По версии С. Кепсу, подлинным названием является «Kupsilta», от слова «silta» – мост, он, возможно, был сооружен через реку в районе деревни. Совершенно очевидно, что с первоначальным названием эти варианты уже никоим образом этимологически не связаны.

Фрагмент карты А. И. Бергенгейма 1827 г. (ситуация