Его Сиятельство Вовчик. Часть 6 - Тимур Машуков

так называемая «армия независимости» разбежалась по лесам, партизанят по мелочи. Местные маги-лесовики помогают нашим патрулям — финны их обижали, налоги собирали силой, а потом еще и сжигали священные рощи. Теперь мстят. В общем, северный фронт можно считать закрытым. Освободившиеся войска уже грузятся в эшелоны и пойдут на запад.

Император потер переносицу, кивнул. На столешнице лежала большая карта Европы, вся в флажках. Красные — наши и союзные. Синие — германские. Желтые — американские, которые президент Картер любезно предоставил кайзеру. Желтых было меньше, чем синих, но с каждым днем их становилось все больше.

— Ладно, — сказал Владимир Николаевич. — Север — хорошо. Что на юге? Австрийцы еще дышат?

Васильчиков усмехнулся, доставая из папки толстый конверт, перетянутый резинкой.

— Австрийцы — так себе. Венгры бунтуют третий месяц, болгары вообще объявили нейтралитет и пустили наши войска на свою территорию без боя. Французы через Швейцарию обошли Тироль и уже вышли к Пильцбургу. Англичане высадили десант в Триесте — морская пехота с магами-волнами. Австрийский флот, конечно, пытался что-то сделать, но наши подводные крысы им днища погрызли еще на выходе из порта — отличный проект наших химерологов показал себя во всей красе. Сейчас австрийцы откатываются к Вене. Вена, скорее всего, падет через две-три недели.

— Фридрих своих союзников не бросит? — спросил император, закуривая новую папиросу. — Не пришлет подкрепления через Баварию?

— Уже пытался. Баварцы пропустили три германских дивизии с магами-земли. Но наши разведчики это видели за три дня. В районе Пассау их встретила союзная группа — три русских бронедивизиона, два французских легиона и британская батарея магов-молний. Теперь этих трех дивизий не существует. В живых осталось меньше пятисот человек, и те — в плену.

— Американцы?

— Американцы пока на этом участке не замечены. Президент Картер, видимо, придерживает свои лучшие силы для решающего удара. Или ждет, когда мы выдохнемся.

— Не дождется.

— Это точно.

Васильчиков помолчал, собираясь с мыслями. Он перевернул несколько страниц и продолжил уже тише, почти вполголоса:

— Теперь главное. Центральный фронт. Германия.

Император откинулся на спинку стула. Папироса дымилась в пальцах, не зажатая в пепельнице. Он слушал.

— Наши армии при поддержке Англии и Франции наступают по всем направлениям. От Балтийского моря до Карпат. За последние две недели мы освободили Восточную Пруссию, Силезию и часть Саксонии. Вчера пал Кенигсберг — после трех дней осады и полного магического истощения гарнизона. Город, конечно, сильно пострадал, но крепость мы взяли.

— Потери?

— С нашей стороны — около восьми тысяч убитыми, двенадцать ранеными. С немецкой — почти сорок тысяч. Плюс пленные. И это только на одном участке.

Владимир Николаевич молчал. Восемь тысяч — это не просто цифры. Это выпускники училищ, которые еще в прошлом году писали письма мамам. Это маги, чьи мечты разбились вместе с телами. Это солдаты, которых он сам принимал на плацу месяц назад, наивных и выбритых до синевы.

— Дальше, — коротко бросил он.

— Дальше, Ваше Величество, ситуация следующая. У нас абсолютное превосходство на земле, воде и воздухе. На земле — наша артиллерия и танковые клинья. У немцев танки хуже бронированы, а их маги-щитовики выдыхаются через полчаса боя. Наши — держат до двух-трех часов. В воде — Балтийский флот блокировал все немецкие порты от Штеттина до Киля. Англичане контролируют Северное море. На воздухе — наши авиаторы с магами-ветра и французские воздушные стрелки расчищают небо от германских дирижаблей. За месяц сбито семьдесят три цеппелина. Немцы больше не рискуют поднимать их в светлое время.

— А ночью?

— Ночью наши совы работают. Маги-сумеречники, которые видят в темноте как днем. Они и бомбят, и разведку ведут, и корректируют огонь. Немцы уже боятся выходить из укрытий после захода солнца.

Император медленно выпустил дым в потолок.

— И где сейчас линия фронта?

Васильчиков развернул на столе другую карту — детальную, с карандашными пометками и кляксами от кофе. Ткнул пальцем в район между Одером и Шпрее.

— Вот здесь. Передовые части Первой и Второй армий вышли на рубеж Франкфурт-на-Одере — Котбус. Впереди — Берлин. Сто пятьдесят километров. Меньше, чем от Петербурга до Гатчины.

— А кайзер? Фридрих Третий — он еще там?

— Там. По нашим данным — в подземном бункере под Берлинским дворцом. С ним — его магическая гвардия, около двух тысяч отборных магов-универсалов. И личный телохранитель — архимагистр, не знаю, как его точно называют. Враги прозвали «Железный Генрих». Говорят, он может останавливать артиллерийские снаряды взглядом.

— Взглядом? — император усмехнулся. — Ну-ну. Посмотрим, как он остановит удар «Царь-пушки» в упор.

— Возможно, но не стоит недооценивать. Кайзер отчаянно сопротивляется. Он бросает в бой все новые и новые силы. Уже призвали семнадцатилетних мальчишек и магов-пенсионеров. Вчера взяли в плен старика, который учился вместе с вашим дедом. С трясущимися руками, а пытался поднять щит.

— Жалко их? — спросил император без жестокости, скорее с усталым любопытством.

— Жалко, Ваше Величество. Но война есть война.

— Да. Ладно. Что с американцами? Без них Фридрих уже неделю как сдался бы.

Васильчиков перевернул еще несколько страниц, достал расшифровку перехваченной магической радиограммы.

— Президент Мэтью Картер не собирается отступать. Он уже перебросил в Европу около ста пятидесяти тысяч солдат. В основном — свежие части, необстрелянные, но с современными магическими винтовками и артефактами-ускорителями. Их маги работают по другой школе — не стихийной, а технологической. Как бы «магия через приборы». Вольтметры, осциллографы, настройка частот. И это при том, что они на весь мир кричат, как этих самих магов ненавидят и презирают.

— И что, это работает?

— С переменным успехом. На ближней дистанции их операторы беспомощны — пока прибор настроят, наш огневик уже испепелит взвод. Но на дальней — они опасны. У них есть дальнобойные установки, которые могут пробивать наши щиты с сорока километров. Мы потеряли два бронепоезда и три батареи из-за таких внезапных ударов.

Император положил папиросу в пепельницу, где она зашипела, соприкоснувшись с мокрым фильтром.

— И что они сейчас делают? Где главные силы американцев?

— Основная группировка сосредоточена в районе Лейпцига. Там идут тяжелые бои. Пятого мая наши танковые клинья попытались обойти город с севера, но наткнулись на американскую засаду. Потеряли шестьдесят машин. Маги-артефакторы сказали, что броня была пробита чем-то вроде кислотообразующих заклинаний — металл просто стекал внутрь экипажа.

Владимир Николаевич поморщился.

— Картер — умная сволочь. Он не