Рыбак для пылкой русалочки - Бетти Алая

Сжал ее сладкую ягодицу, утопая в порочных мыслях.

И не заметил, что над ним угрожающе нависла огромная тень Петровского…

Борис был в ярости. Ни на минуту этих женщин нельзя оставить! Одна начинает обниматься с Аркадием, разрывая в клочья самоконтроль мужчины. Вторая истерзала своим молчанием и обидой всю душу, хотя обычно Петровский не обращал внимания на женские эмоции.

Но Влада была важна. Очень! Он ловил каждое её слово. И когда нимфа отчитывала его, дико возбудился.

А вот сейчас всё опять вышло из-под контроля. Лизонька захотела подушку. Обычную такую перьевую подушку из какой-то там птицы, Борис не понял… да и плевать было!

И мажор купил её. Для его дочери! Подушку! Это что за намек?! И когда Аркаша скрылся за синей дверью с надписью на тайском, которой Борис не понял, рыбак подошел к дочери с намерением поговорить.

— Ты бы не давала парню шанс, — вздохнул он.

Но дочка молчала, сжимая пальчиками подарок Арка. Лиза испытывала неведомые ей ранее чувства. И терялась, путалась в них. Словно в лабиринте бродила.

— Я сама решу, пап. Пожалуйста… — умоляюще взглянула отцу в глаза.

— Мы здесь на две недели, Лизок. А потом он уедет в свою Тмутаракань и думать о тебе забудет!

— Почему ты так решил?! Ты ведь Владу не бросишь?! — начала возмущаться дочка, как вдруг её взгляд упал на другую часть салона, — пааааап!

Она ткнула пальчиком в сторону кроватей, выставленных для тестирования офигенности матрасов. И там Костя уже стягивал с Влады ее босоножки. Внутри Петровского закипела лава. Он сейчас был опаснее Йеллоустоуна!

Он направился к своей русалочке. Она выглядела напуганной, красивое личико все бледное. Его малышка! И тут эта сволочь в зеленой футболке своей лапой схватила сладкую попку женщины Петровского.

И началось извержение.

Он в несколько широких шагов оказался рядом с Костиком. И пока тот наслаждался упругостью и мягкостью попки Влады, не заметил угрозы.

А угрозы была! Для жизни! Схватив парня за шкирку, Борис, не стесняясь персонала и охреневшей группы туристов, сорвал гида и швырнул на пол.

Петровский был силен. И очень зол!

— Я, кажется, тебя предупреждал, Костян, — сжав руки в кулаки, прорычал Борис.

Ему было плевать. Это подобие человека напугало Владу. А русалочка тем временем радовалась. Таракашки подняли белый флаг и уже вовсю разбирали укрепления.

Девушка вернула себе контроль над телом. Спасибо ее рыбаку! Быстро обувшись, она подбежала и спряталась за широкой спиной. Какой он большой! Как медведь! Её ручной мишка!

Обняв Петровского, ткнулась носом между его лопаток. Пальчики сомкнула замком на его животе. Аромат мужского одеколона тут же окутал девушку.

— Влада, — он коснулся ее рук, — напугалась?

— Давай уйдём отсюда? — прошептала она.

Ей не хотелось смотреть на Костика. Потому что за неё заступились. Сейчас, но не ТОГДА. Когда маленькая девочка нуждалась в защите. И отец лишь высмеял дочь… А мать просто отвела взгляд.

Борис не стал бить гида. Не в салоне. Он поступит умнее и проще. Петровский понял, что его девочка не любит насилие. Пусть даже и за неё. Так что, взяв Владу за руку, потащил к микроавтобусу.

Она снова была задумчива. Думал и Борис. Почему она так отреагировала?

— Малыш, — по дороге назад он не отпускал руку своей русалочки, — давай так. Забудь о том, что этот слизень с тобой сделал, хорошо?

Увидев выступившие в глазах Влады слезки, он смахнул их. И крепко обнял русалочку. Какая же она нежная и ранимая! Такая чувствительная, как она прожила всю жизнь без него?

Петровский дал себе обещание оберегать её. Всегда!

Костик же чувствовал себя разбитым. Нет, не виноватым. Опять этот громила всё испортил. Его нимфа не оттолкнула, а значит, ей понравилось! Просто она стеснительная.

Пока на подрочить ему достаточно. Но про Петровского гид должен был узнать всё. И придумать, как разлучить его с этой пышной красоткой! Он был готов практически на всё.

Когда туристов развезли по отелям, Борис не пустил Владу в номер, хотя она рвалась. Тело русалочки было напряжено. Так что, втащив девушку к себе, он мягко и нежно поцеловал её в губы.

Одеревеневшее тело девушки начало быстро оттаивать. И вот, она сама уже играет с ним своим горячим язычком.

— Ммм… сладкая моя девочка… — простонал Борис, — иди сюда… Влада…

Она прижалась к своему горячему мужчине. Такому безопасному и опасному одновременно.

— Ах… аа… аа… Боря! — подол платья взлетел вверх, открывая пышные бедра девушки.

Петровский ласкал её. Не бросался, как животное, а нежно и порочно расслаблял. Целовал. Сначала прекрасное личико, затем шейку, плечи. Сжимал попку. Нырнул языком в ложбинку между ключицами.

Медленно опустил верх платья, выпуская наружу жаждущие ласки полные груди. Соски уже крепко стояли. И Петровский тут же принялся их терзать…

Глава 13

— Ну так почему ты напугалась? — спросил Борис, когда они нежились в постели после невероятно жаркого, просто огненного соития.

Влада очерчивала пальчиком его мускулистую грудь. Думала. Она ведь немного обиделась. А в итоге опять позволила всё. Ведь начиналось это, как романтический секс. Превратившись в…

Когда губы Петровского коснулись сосочков девушки, она закричала. Это было так остро и невыносимо, что не было сил терпеть. Он играл с ее вершинками, лизал и всасывал. Облизывал розовые ареолы.

— Моя сладкая… — шептал, обхватывая руками полноту ее груди, — самые красивые сисечки… малыш… дай мне пососать их… вот так…

— Ах! Боря… не могу!

Её влагалище сильно сокращалось. Владе было очень жарко. И даже больно. Ведь язык Бориса виртуозно доводил её.

Грудь всегда была особым фетишем Петровского. А чувствительность Влады идеально вписывалась в его желание. Сосать, лизать. Долго. Он мог уделять этому много времени. Ведь Петровский кое-что да понимал в удовольствии.

И его расчеты оказались верными. Русалочка сжала ножки. Хотела кончить. И он этого хотел. Но она должна сама.

— Боря…! — стонала девушка, — прошу…

— Сама, девочка моя… покажи, как тебе хорошо!

Влада откинула голову, прикрыла глаза. Отдалась во власть порока. Сладко! Сжимала пышные бедра, двигала попкой, вертела и старалась стимулировать клитор, как умела.

Взрыв! Он застал быстро и внезапно. В момент, когда оба соска были во рту мужчины.

— Да! Боже мой! Как же хорошоооооо! — кричала девушка, захлебываясь в оргазме.

— Умница… блядь, я сам чуть не спустил в штаны… ты так кончаешь… иди ко мне!

Подхватив девушку, бросил на постель. Стянул рубашку, приспустил брюки. Юбка русалочки задрана почти до подбородка. Трусики съезжают в сторону.