Мой сумасшедший новогодний Роман - Инна Инфинити

В кухне, в которой мы только что были, Максим открывает каждый шкафчик и демонстрирует содержимое.

— Вот здесь тарелки. Вот здесь подсолнечное масло. Вот здесь мусорное ведро.

Я не выдерживаю и закатываю глаза. К чему столько подробностей? Я не найду мусорное ведро, что ли?

— Макс, пойдем на второй этаж, — тяну его за руку.

— Подожди, я тебе еще не все на первом показал.

— Я разберусь, куда нужно повернуть кран, чтобы потекла горячая вода. Идем наверх.

Я буквально силой тяну за собой Макса. Мы поднимаемся по лестнице и останавливаемся. Перед нами расстилается светлый коридор с дверьми по обе стороны. Их четыре. Две справа и две слева.

— Здесь наша комната и ванная, — показывает налево. — А здесь комната Игоря с Дашей и Викина, — указывает направо. — Пойдем покажу ванную.

Я уверенно хватаю Макса за руку и тяну к нашей двери.

— Потом посмотрю ванную.

Распахиваю дверь нашей спальни. Первое, что бросается в глаза, — идеально заправленная кровать. Это настолько повергает меня в шок, что я забываю обратить внимание на все остальное. Просто Максим никогда не заправляет кровать. Ни у себя дома, ни в поездках. Эта ужасно бесячая черта моего парня не раз становилась поводом для наших ссор.

— Вау! Ты заправил кровать!

Макс смеется и обнимает меня со спины.

— Как чувствовал, что ты приедешь.

Я отрываю глаза от большой двуспальной кровати и рассматриваю остальное. В целом, все, как на фотографиях в интернете. Мы немало домов перебрали, пока остановились на этом. Комната размером метров двадцать, есть гардеробная, туалетный столик, комод. На стене напротив кровати висит плазма. Но главное не это. А большая терраса. От нее нашу комнату отделяет стеклянная стена. Ее можно закрыть плотными шторами блэкаут‚ но сейчас они спрятаны по бокам, а на окнах висит лишь прозрачный тюль.

Именно из-за террасы я выбрала для нас с Максимом эту спальню. Я даже пренебрегла собственной ванной, которая есть в спальне Игоря и Даши. Схватив со стула толстовку Максима, натягиваю на себя, открываю стеклянную дверь и выхожу на террасу. Уже стемнело и холодно, но, думаю, днем здесь чудесно. Открывается вид на горы. Однако на первом плане, конечно, дом соседей напротив.

Улыбаюсь, глядя на их окна с включенным светом на первом этаже. Всматриваюсь, пытаясь разглядеть силуэты Влады или хоккеистов, но с моего второго этажа плоховато видно их первый. А на втором у соседей электричество не включено. Но в свете уличных фонарей я могу рассмотреть, что у них есть точно такая же терраса, как моя. Было бы неплохо, если бы эту комнату заняла Влада. Тогда по утрам мы могли бы вместе пить кофе и переговариваться через улицу.

— Кир, заходи, замерзнешь, — Макс выглядывает ко мне.

Поежившись, возвращаюсь в комнату. Меня потряхивает от холода. Максим подходит ко мне и обнимает крепко. Я с удовольствием вдыхаю его запах.

— Я соскучилась, — говорю тихо.

— И я.

Отрываю голову от груди Максима, встаю на носочки и целую своего парня в губы. Он сразу отвечает. Я запускаю ладони в его слегка отросшие на макушке темно-русые волосы, просеиваю их через пальцы, затем спускаю одну руку вниз, поглаживаю широкую спину.

Максим тоже ласкает меня прикосновениями. Одной ладонью гладит ягодицы в обтягивающих леггинсах, второй мнет грудь. Я постепенно возбуждаюсь. Член Макса уже упирается мне в живот. Я ощущаю это через его джинсы. Просовываю ладонь ему под джемпер. Наш поцелуй становится откровеннее и нетерпеливее. И тут я внезапно чувствую, что на меня смотрят.

Отчетливо так. Прям кожей, затылком ощущаю на себе чужие глаза. Стараюсь игнорировать так некстати возникшее дурацкое ощущение, но оно все равно мешает продолжать с Максимом. Я разрываю поцелуй и поворачиваю голову назад. Смотрю через высокие стеклянные двери, выходящие на террасу.

— Что случилось? — спрашивает Макс.

Я не отвечаю. В доме напротив на втором этаже по-прежнему выключен свет. В темноте на их террасе никого не видно. Однако я замечаю, как двигается маленький оранжевый огонек, как будто кто-то курит на террасе, глядя на меня и Максима.

Глава 17. Утро

Утром я просыпаюсь с чувством невероятного счастья. Третье января. Впереди еще неделя праздников. Я в Сочи, на горнолыжном курорте, вместе со своим любимым парнем и друзьями.

Поворачиваю голову вправо и гляжу на спящего Максима. Во сне его лицо беззаботно, как у младенца. Отросшие темно-русые волосы падают на широкий лоб, красивые губы изогнуты в полуулыбке, как будто ему снится что-то приятное, а щеки покрылись черной колючей щетиной.

Наши с Максимом отношения завязались не сразу. Сначала мы были друзьями, а потом в какой-то момент между нами вспыхнули чувства. Мы оба не заметили, как это произошло. Просто примерно год назад он внезапно поцеловал меня, когда мы всей компанией отдыхали в баре возле универа. Это было настолько неожиданно, что я на бесконечно долгое мгновение замерла. А потом выдохнула шумно через нос и ответила на поцелуй Максима. С тех пор мы не расстаемся.

За год, конечно, всякое бывало. Мы и ругались, и обижались друг на друга, один раз чуть не расстались. Но смогли преодолеть разногласия и до сих пор вместе. Максим стал моим первым. До него я даже на свидания толком ни с кем не ходила.

Признания в любви мы сказали друг другу примерно через шесть месяцев отношений. Это произошло в порыве страсти после бутылки вина. А потом я проснулась утром рядом с Максимом в его комнате, посмотрела на него, и в памяти всплыли слова, произнесенные заплетающимся языком: «Макс, я люблю тебя».

Помню, как меня прострелило ледяным ужасом. Я испугалась собственного признания, произнесенного по пьяни. Я лежала рядом с Максимом, все мое тело было напряжено от страха. Я сама не понимала, что со мной происходит. Чего я боюсь? Что Максим не любит меня? Но ведь он тоже произнес признание. Или я боюсь того, что это я на самом деле не люблю Максима, хоть и сказала ему признание в любви?

Я так и лежала ни жива ни мертва, пока Макс не стал ворочаться. Он перекинул на меня тяжелую руку, придвинул меня к себе, сонно чмокнул в скулу и прошептал:

«Люблю тебя, Кир».

И продолжил спать дальше. А я медленно, с