Хитопадеша или Полезные наставления - Автор Неизвестен -- Народные сказки

Но тут вошёл слуга и доложил, что у ворот дворца остановился Попугай из Джамбудвипа и просит провести его к радже.

Хираньягарбх посмотрел на Чакравака, и Чакравак сказал:

— Пусть приготовят для Попугая комнату и отведут его туда, а потом мы его примем.

— Теперь уже по всему видно, что от войны нам не уйти, — сказал раджа.

— И всё же мы должны её избежать, — возразил Чакравак.

— На всякий случай нам надо построить хорошую крепость, — сказал Хираньягарбх.

— Не беспокойся, — отвечал Чакравак. — Наше озеро — самая лучшая крепость, а на островке посреди озера мы приготовим запасы зерна.

В это время опять вошёл слуга и сказал, что с острова Синхаладвип прибыла Ворона, по имени Мэгхаварна, и хочет видеть раджу.

— Ворона — мудрая птица, — сказал Хираньягарбх. — Она много летала и многое знает.

— Всё это так, — проговорил в ответ Чакравак, — но ведь она не болотная птица, и мы уже давно не считаем её своей. Ведь недаром говорится: «Лишь глупец покидает своих и примыкает к чужим; чужие не считают его своим, а свои считают чужим и поступают с ним так же, как с Голубым Шакалом».

— А что случилось с Голубым Шакалом? — спросил Хираньягарбх.

— А вот послушай… — ответил Чакравак.

Не свой и не чужой

Кто от своих отстал и пытается к чужим пристать, наверняка погибнет, и об этом одинаково позаботятся и те, от кого он ушёл, и те, к кому он пришёл.

Однажды Шакал, по имени Курруб, бродил в окрестностях города Уджаини. Была безлунная ночь, звёзды еле-еле мерцали, и Шакал, сбившись с дороги, подошёл совсем близко к домику, в котором жил красильщик. Перед домом красильщика стоял большой чан с голубой краской. Любопытный Курруб подпрыгнул, чтобы заглянуть в чан, но лапы его скользнули по краю чана, он не удержался и бултыхнулся прямо в краску. Уж как он ни прыгал, как ни крутился, а выбраться из чана не мог. Приближалось утро. Шакал был в отчаянии, не зная, что ему предпринять. «Утром придёт красильщик, увидит меня и убьёт!» От одной этой мысли у Курруба кровь застыла в жилах.

Настало утро. Бедный Шакал сидел в чане ни жив ни мёртв. Услышав шаги красильщика, он от страха окунулся с головой в краску и оцепенел, словно утопленник. Красильщик подумал, что Шакал действительно захлебнулся, вытащил его из чана, отнёс подальше от дома и бросил возле дороги.

Как только красильщик отошёл от него, Курруб вскочил и бросился бежать со всех ног. Отбежал Шакал от города подальше и сел под деревом отдышаться. Посмотрел Курруб на свои лапы, а они голубые, посмотрел на шкуру, она тоже голубая!

«А почему бы мне не воспользоваться этим? — подумал Курруб. — Раз я голубой, значит, и кровь у меня голубая. А раз у меня голубая кровь, значит, я раджа!»

Встал Шакал Курруб и важно направился к лесу. Здесь Курруб собрал всех шакалов и объявил:

— Её величество богиня леса назначила меня вашим правителем. Видите, я голубой, как бог Кришна! Отныне всё в этом лесу должно подчиняться моим приказаниям.

Шакалы взглянули на голубую шкуру Курруба, поверили ему и упали перед ним на колени.

— Приказывай, владыка! — сказали они.

Так Шакал Курруб стал владыкой этого леса.

Сначала его приближёнными и слугами были только шакалы, по потом ему показалось этого мало, и он потребовал, чтобы ему служили львы, тигры и другие могучие звери. И никто, кроме шакалов, не догадывался, что по-настоящему-то он просто шакал.

Курруб с каждым днём всё больше и больше задирал нос. На шакалов он теперь и смотреть не хотел, даже близко пе подпускал их к себе и обращался с ними, как с самыми презренными существами.

Обиделись шакалы на Курруба и стали думать, как ему отомстить. И вот однажды, когда собрались они на совет, выступил вперёд самый старший Шакал и говорит:

— Курруб отступился от шакалов и презирает нас, как будто мы ему чужие. Я считаю, что он должен быть наказан. Ему служат и львы и тигры, но ведь они не знают, что Курруб — шакал. Их всех обманула его голубая шкура. Слушайте меня, и я научу вас, как наказать этого зазнайку.

Через некоторое время собрались шакалы наподалёку от жилища Курруба и завыли. Не выдержал Курруб и тоже завыл.

И тут все звери догадались, что владыка леса всего-навсего шакал. Гнев охватил зверей, бросились они на Курруба и разорвали его на части.

— Всегда надо помнить, — продолжал Чакравак, — что близкий, ставший недругом, опаснее врага: он знает и слабости и достоинства противника и поэтому с лёгкостью уничтожает его, как огонь — сухое дерево.

— Пусть так, — сказал Хираньягарбх, — но мы всё-таки должны повидать Ворону и поговорить с ней. Позовите её сюда!

— Хорошо, — сказал Чакравак. — Но мы уже отправили шпиона в стан врага и привели нашу крепость в боевую готовность. Поэтому, как только вы переговорите с Вороной и Попугаем, Попугай должен сразу же покинуть крепость.

Созвали всех министров и пригласили Попугая и Ворону Мэгхаварну.

Усевшись напротив Хираньягарбха, Попугай задрал голову и высокомерно заговорил:

— Выслушай меня, о Хираньягарбх! Я посол владыки и повелителя всего Джамбудвипа великого раджи Павлина Читраварна. Я пришёл сказать тебе от его имени: «Если тебе дорога твоя жизнь и ты не хочешь с нею расстаться, если ты богат и не хочешь потерять казну, то немедленно явись к Читраварну с повинной и покорись ему. Но если ты этого не сделаешь, то лучше сразу оставь Карпур и отправляйся куда глаза глядят, потому что Карпур тебе больше не принадлежит.

Ярости Хираньягарбха не было границ.

— Прогоните этого вестника зла из моих владений! — сказал он гневно. — Неужели никто из моих подданных не заставит его замолчать?

Тут поднялась Ворона Мэгхаварна и сказала:

— Дозволь мне, о великий махараджа, покончить с этим гнусным Попугаем!

— Нет, нет,