Хроника - Салимбене де Адам

Тогда я делал то, чему учит мудрец в Притчах, 23, 1–2: «Когда сядешь вкушать пищу с властелином, то тщательно наблюдай, что перед тобою, и поставь преграду в гортани твоей». И так и следовало поступать, потому что весь зал дворца был полон участников трапезы. Угощение при этом было обильным и достойным, «и вина царского было множество, по богатству царя» (Есф. 1, 8), и всякие изысканные блюда. Тогда во мне зародилась любовь к кардиналу, /f. 370a / по слову Писания, Притч. 19, 6: «Многие заискивают у знатных, и всякий – друг человеку, делающему подарки». И еще: «Восславит тебя, ибо ты сделал добро ему» (Пс. 48, 19)[1862]. И пригласил кардинал меня и товарища моего в любой день приходить к трапезе его. Но я полагал, что нужно поступать, как учит сын Сирахов, 13, 12–13: «Когда сильный будет приглашать тебя, уклоняйся, и тем более он будет приглашать тебя. Не будь навязчив, чтобы не оттолкнули тебя, и не слишком удаляйся, чтобы не забыли о тебе». И еще, Притч. 25, 17: «Не учащай входить в дом друга твоего, чтобы он не наскучил тобою и не возненавидел тебя». Также говорили об этом кардинале, что он якобы был сыном господина нашего папы Григория IX. Может быть, потому, что тот любил его особой любовью.

О том, что нужно избегать общения с женщинами

Также я видел дочь этого кардинала, монахиню в каком-то монастыре, и она пригласила меня и очень просила, чтобы я стал ее духовным другом, поскольку она хотела быть моей духовной дочерью. И она не знала, чья она дочь и кто ее отец, я же хорошо это знал. И я сказал ей в ответ: «Я не хочу, чтобы ты была моей подругой, ибо Патеккьо говорит: Ведь для меня запретны разговоры[1863]. Он хочет сказать, что досадно иметь подругу, с которой ее друг не может беседовать; какова и ты, коль скоро затворилась в монастыре». И она сказала мне: «Ну, если мы не можем беседовать, по крайней мере возлюбим друг друга в сердце своем и будем молиться “друг за друга, чтобы исцелиться” (Иак. 5, 16)». И я подумал, что она хотела осторожно завлечь меня и приблизить к себе, чтобы я возлюбил ее. И я сказал ей[1864]: «Блаженный Арсений сказал римлянке, которая пришла из Рима увидеть его, когда она ему представлялась: “Я молю Бога, чтобы он уничтожил память о тебе в моем сердце”. Та, услышав такие слова, очень расстроенная, вернулась в Рим /f. 370b/ и от печали занемогла. Узнав об этом, архиепископ Теофил пришел к ней, дабы утешить ее. Ведь она была знатной римской госпожой. Она же говорила: “Вот я умру от тоски”. Архиепископ сказал ей: “Разве ты не знаешь, что ты женщина? А враг с помощью женщин атакует святых мужей, потому старец и сказал так. Ведь он постоянно молится о твоей душе”. И, будучи таким образом утешена, она, обрадованная, вернулась к своей обычной жизни.

Об аббате Сысое, который предпочел стать отшельником, нежели жить рядом с женщинами; его ученика звали Авраам[1865]. Ибо говорится, Притч. 21, 9, 19: «Лучше жить в земле пустынной, нежели с женою сварливою и в пространном доме»[1866]

О неком другом отце мы читаем, что, когда его ученик сказал: “Ты постарел, отче, пойдем поближе к миру”, тот ответил: “Пойдем туда, где нет женщины”. Ученик сказал ему: “А где такое место, без женщины, если только это не пустыня?” А тот: “Значит, веди меня в пустыню!” Другой же брат, когда должен был перенести свою старую мать через поток, завернул свои руки в плащ. Мать ему: “Почему ты так поступил со своими руками, сынок?” А он: “Тело женщины – огонь, и от прикосновения к тебе в моей душе оживет память о других женщинах”. Об этом говорит мудрец, Притч. 4, 15: “Оставь его (путь злых. – Прим. пер.), не ходи по нему, уклонись от него, и пройди мимо”. Также Притч. 5, 2–11: “[Не внимай льстивой женщине;] ибо мед источают уста чужой жены, и мягче елея речь ее; но последствия от нее горьки, как полынь, остры, как меч обоюдоострый; ноги ее нисходят к смерти, стопы ее достигают преисподней. Если бы ты захотел постигнуть стезю жизни ее, то пути ее непостоянны, и ты не узнаешь их. Итак, дети, слушайте меня и не отступайте от слов уст моих. Держи дальше от нее путь твой и не подходи близко к дверям дома ее, чтобы здоровья твоего не отдать другим и лет твоих мучителю; чтобы не насыщались /f. 370c/ силою твоею чужие, и труды твои не были для чужого дома. И ты будешь стонать после, когда плоть твоя и тело твое будут истощены”».

О находчивости господина кардинала Октавиана

Господин Октавиан был также очень находчивым человеком. Ведь когда однажды случилось ему оказаться рядом с какой-то большой процессией, он услышал, как один потешник сказал громким голосом: «Отойдите и уступите дорогу, позвольте пройти человеку, который предал римскую курию и часто обманывал Церковь». Услышав это, кардинал знаком велел кому-то из своей свиты замкнуть его уста, дав ему денег, зная, что «за все отвечает серебро» (Еккл. 10, 19). И тем самым он откупился от издевательств, потому что потешник, получив дар, немедленно перебрался в другое место, где должен был проходить кардинал, и многократно прославлял его, говоря, что в курии не было кардинала лучше его и что, в сущности, он достоин папского престола. Михей говорит о таких, 3, 5: «А кто ничего не кладет им в рот, против того объявляют войну». Но говорится, Притч. 29, 25: «Боязнь пред людьми ставит сеть; а надеющийся на Господа будет безопасен». Также Сенека говорит: «Пусть тебе обойдется так же дорого, если ты будешь хвалим недостойными, как и если ты будешь хвалим за недостойное»[1867]. Я также слышал разговоры о том, что, если бы папа Иннокентий IV пожил немного дольше, он бы лишил господина Октавиана сана кардинала, потому что тот был слишком привержен Империи и недостаточно преданно исполнял церковные обязанности. Сам же он, ведая, что не пользуется благосклонностью папы, и сознавая, что об этом уже открыто говорят многие в курии и в других местах, следующим образом показывал, что на него распространяется папская милость. Когда все кардиналы в какой-либо день спешили после аудиенции у папы выйти из