Приговор Любви - Алена Степанова

Ничего не понимая, девушка положила трубку на рычаг, ее не отпускало беспокойство за мужа. Подняв трубку, она набрала его рабочий.... Там все время было занято, но девушке все же удалось дозвониться.

— Дежурный...слушает.

— Вань, здравствуй, это Саша, жена Андрея Баринова...

— Сашуля привет! Андрей сейчас на выезде, ему что-то передать?

— Нет, я просто хотела узнать, что с ним все в порядке.

— Не переживай, он с Генкой и у них все в порядке.

— Как, только появится, пусть домой позвонит...

Через полчаса в дверь квартиры позвонили, Саша насколько позволял живот, поторопилась к двери. На пороге стояла улыбающаяся Зина.

— Ух, еле добралась. Как ты?

— Что-то с Андреем? — перепугалась Саша, ее повело, и она облокотилась о косяк.

— Не знаю, я просто решила к тебе заглянуть и витаминчиков привезти. На улицу не выйдешь, все магазины закрыты. А что с Андреем?

— Не знаю, на работу вызвали, я звонила, сказали на выезде.

— Ух, а что ты глупая сама нервничаешь и людей с толку сбиваешь? Все с ним в порядке, пошли лучше чайку попьем, я у тебя останусь, пока муженек твой не вернется. Все равно дома никто не ждет, а магазин я закрыла, пока порядок не наведут.

Год назад Зинаида собрала все вещи Николая и выставила их вместе с хозяином за порог. Магазин, в котором она директорствовала, женщина приватизировала и теперь была его полновластной хозяйкой. Дела у нее шли хорошо, она прекрасно ладила и с милицией и с бандитами, даже подумывала открыть второй магазин. Она была частым гостем у Саши с Андреем став практически членом семьи

11

Осенью умерла бабушка. Для Саши, которой Александра Валентиновна заменила мать, это было большим ударом. Но на смену смерти всегда приходит новая жизнь. И через два месяца после смерти Александры и спустя неделю после дня рождения Саши, у Сашеньки и Андрея родилась дочь. После небольшого семейного совета, было решено назвать девочку Варварой. Варвара Андреевна Баринова, если с Сашей Андрей не возражал против того, что она по настоянию деда оставила свою фамилию, то здесь проявил твердость — его дочь будет носить его фамилию!

Степан Сергеевич, после смерти жены заметно сдал, но при этом не утратил твердости характера. Он продолжал работать, но сразу, как только появлялось свободное время, старался навестить внучку с семьей. С рождением дочери все мысли об Игоре сошли на нет. И смотря на своего маленького ангелочка, Саша подумала:

'Все случилось, как должно было случиться. Пусть они будут счастливы, как и я'.

— Как же она выросла! — тискала Зина полугодовалую Варю. — Растет не по дням, а по часам.

— Конечно, выросла, — Андрей с гордостью смотрел на дочь, — вчера у нее зубик первый вылез.

— Правда? — ахнула, Зина. — Зайчонок улыбнись, покажи тете зубик!

— Так его еще не видно, он только прорезался, — засмеялась Саша.

— Все равно, надо позолотить, — Зина стянула с пухлого запястья золотой браслет и протянула его малышке. Варя, привлеченная блеском метала, схватила новую игрушку, радостно заагукав, — Это тебе, кроха, чтобы зубки крепкие росли.

Зина души не чаяла в малышке, на нее она выплескивала всю свою нерастраченную материнскую любовь. И поэтому, когда Саша с Андреем решили окрестить малышку, вопрос с выбором крестной матерью не стоял. В крестные отцы решили пригласить Гену, у него на тот момент подрастало три сына, и он по доброму завидовал Андрею, смотря на маленькую куколку.

Узнав, что правнучку собрались крестить, Степан Сергеевич недовольно сжал губы. Он, как коммунист старой закалки, был стойким атеистом. Но возражать не стал, решив не идти против выбора родителей.

* * *

— Что моя деточка хочет? — ворковала над Варей Зина. — Блестюлька понравилась? — Зинаида стянула с пальца перстень с изумрудом. — Вот, держи, моя радость.

— Зинаида Георгиевна, что Вы делаете? — перехватила кольцо Саша.

— Мне для моей деточки ничего не жалко, все для нее, все что нажила и еще заработаю... Сашка, хватит мне выкать, мы теперь родня, кумовья, как никак.

Саша с Андреем в ужасе переглянулись, понимая, что теперь Зину не остановить.

— Так, кума, — вмешался Гена, — Ты чего это крестницу нам балуешь? Нафига младенцу твои золотые цацки? Ей сейчас кроме мамкиной сиськи, да папкиной любви ничего не надо. Вот вырастет наша красавица, тогда и будешь ей брюлики дарить, но в меру.

Но Зина есть Зина, она заваливала девочку дорогими игрушками, одеждой...Стоило Варе произнести: 'Хочу', - так сразу ей это доставлялось. Саша с Андреем поначалу пытались бороться с этим, но с Зиной это было не возможно.

— Как же я могу лапоньке моей не купить? — отвечала она на упреки родителей малышки, пожимая плечами. — Ну и что, что дорого? Деньги они тьфу — сегодня есть, а завтра нет. А ребенок порадовался.

Варя росла добрым отзывчивым ребенком, она могла спокойно отдать свою любимую игрушку девочке у которой папа потерял работу и ей ничего не подарили на день рождения. Или расплакаться при виде бездомной старушки, просящей милостыню. А однажды вынесла из дома кастрюлю с обедом, чтобы накормить бомжей.

— Ангел, — умилялась Зина. А родители только вздыхали, они уже устали устраивать по знакомым всех бездомных котят и щенков, которых Варя приносила домой. У Андрея была аллергия на шерсть животных и поэтому оставить их у себя они не могли.

Вот так и росла малышка в окружение любви и заботы со стороны взрослых. И даже сыновья Гены и Маруси, которые, как и все мальчишки в их возрасте к девочкам относились с презрительным превосходством, сразу взяли Вареньку под свое крыло. Заботились о ней, как о младшей сестренке.

— Мам, а мы сегодня пойдем на карусельки? — Варенька состроила просительную мордашку. — Ты обещала.

— Зайчонок, маму вызвали на работу, — Саша погладила девочку по шелковистым каштановым локонам. — Не обижайся на маму.

— Я не обижаюсь, — вздохнула малышка. — Просто Танька из третьего подъезда там была и хвасталась.

— О чем печаль, — в комнату зашел только что проснувшийся Андрей. Поцеловав жену, он взял дочь на руки и подбросил ее к потолку. — О чем грустит моя принцесса?

— Мамочку на работу вызвали, и она не сможет отвести меня на карусельки.

— Так не вижу проблемы, у папы сегодня выходной и он отведет свою девочку на все карусели, какие только она захочет. А мамочка присоединится к нам сразу, как только сможет.

— Правда!? — радостно взвизгнула малышка. — И тебе не позвонит крестный и не скажет, что надо ехать?

— Не