Однажды в Вавилоне - Тимофей Петрович Царенко

Десять минут назад

— Мистер связной? Знаете кто я, нет? Я создатель этой машины и покровитель Джасвиндера. И я выражаю глубокое неудовольствие тем фактом, что вы так настойчиво пытались выманить у моего человека ядро бортового компьютера!

— А, старикан, извини! Ты реально крут. Слушай, я бы хотел у тебя тачку заказать. По цене договоримся, я человек не бедный, — тощий мастер едва не полез обниматься к Володу, но в последний момент остановился.

— И ты высоко ценишь возможность работать со мной?

— Да, конечно, маэстро! Только мне более серьёзная тачка нужна. Для путешествия по штатам. Ты мне, главное, основу сваяй, а я до ума сам уже её доведу.

— Хорошо, в качестве аванса за работу я попрошу все твои зубы. Какая радость, что твои зубы так кстати оказались при тебе!

Конец флешбэка

— То есть, ты его не бил?

— Это была выгодная сделка. Он принёс мне извинения за инцидент, всё осознал и понял. Кстати, парень был вежлив и дал отступные. Тут твоя доля.

И Волод сунул собеседнику бумажный пакет.

Джа открыл пакет, блеванул в содержимое и закрыл пакет.

— Извините, это зубы того грека?

— Да. Ты счастлив?

— Ещё бы, мистер! Но ты жестокий. Ты бы лучше ему коленку прострелил.

— Побойся бога, Джа, зубы можно вырастить или вставить. А вот с коленом он не факт что ходить сможет нормально.

— Ему теперь чтобы зубы вылечить, надо в рабство продаться одной из зубных клиник. Они там набирают залоговых сотрудников из бывших пациентов.

— Сурово. И сколько ему выйдет челюсть восстановить?

— Тысяч сорок, минимум!

— Пойти, что ли, дать ему денег?

— Ага, тогда никто не упрекнёт тебя, что ты был невежлив, — Джа икнул от полноты чувств, — даже занёс деньги на зубы. Паршиво смотрится, словно ты у него эти зубы купил.

— Того эффекта я и добиваюсь, мой друг. Ты верно всё понял. Кстати, Джасвиндер, выдай мне сотню тысяч налом.

Джа открыл рот.

— Джасвиндер, ты уверен, что хочешь произнести что сейчас чуть не ляпнул? — поспешно и жёстко надавил Волод.

— Да хрена лысого! Я тебе тут не банкомат.

— Джа, первый и последний раз объясняю, — холодно ответил русский, — ты всерьёз не подумал ту простую мысль, что я всё верну кратно больше и на всякое добро отвечу ещё большим? Ну, расслабь ты свою жадную душонку! Втрое, втрое оплачу!

— Это тебе просто быть великодушным, тебе деньги родня заработала или сам ограбил. А мне за свои надо потеть и вонять, а ещё под пули лезть.

— Кстати, насчёт пуль… Нам надо сходить в одно место.

— Ой, вот только не начинай. Что за место?

— Тебе решать.

— Это как?

— Мне нужен шаман. Из местных. Мне надо проклятье снять, этим местные умельцы славятся. Тут, да ещё в Африке можно найти специалиста. Но в Африке меня съедят. Очень гостеприимный континент.

— Ага, и потому ты решил поехать в Джерси.

— Ты сам говорил, что знаешь внука местного шамана. К тому же, он меня уже видел.

— Ладно, поехали. У тебя, случайно, во врагах старых индейцев не водилось? Может, недавно, может, лет триста назад?

Волод задумался. Надолго.

— Нет, совершенно точно нет.

Квартал Латиносов пах чили и сырым мясом.

— Сюда даже муниципалитет особо не суётся, — Джа медленно вёл машину вдоль тротуара, он вглядывался в окна, искал что-то.

Справа от тротуара шли пятиэтажные дома, а с левой стороны дороги тянулся высоченный забор.

Машина проехала мимо ворот в заборе. Над воротами торчала цветастая надпись, длиной метра три:

Скотобойня

— В черте города? Скотобойня? Серьёзно?

— Я же говорю, сюда даже муниципалитет не лезет. Наверняка штрафы выписывает регулярно, а местные их так же регулярно оплачивают. Полное взаимопонимание.

— Не город, а какой-то сказочный лес.

— Самый лучший город на земле, мистер.

Джа заметил видимый ему одному ориентир. Машина свернула в ближайший проезд между домами и остановилась у небольшого сквера.

— Где мы?

— Магазин музыкального барахла. Его держит один ирландец и кто-то из банды. Там Диего постоянно зависает. Вроде как, долю имеет в бизнесе. Пойдём.

Волод с Джасвиндером вышли из такси и направились в сторону яркой вывески. Вывеску закрывали деревья, и прочесть что там написано не представлялось возможным.

— Музыкального барахла, говоришь… — взгляд русского стал задумчивым.

Джа толкнул деревянную дверь с прозрачным окошком. Под потолком звякнул колокольчик.

— Ох, это я удачно…

Магазин выглядел уютно, и был весь обшит тёмным деревом. Изогнутые кованые светильники на стенах давали тёплый жёлтый свет. По центру длинная стойка, вся уставленная стеллажами с виниловыми дисками. Вдоль стен десятки разных колонок, усилителей, проигрывателей. Не всё оборудование легко было узнать беглым взглядом. Местами магазин напоминал музей техники. За прилавком было пусто.

Один из углов, рядом с окном, оказался свободным от музыкальных автоматов. Кром одного лампового усилителя с тюнером. Там стояли массивные кожаные кресла, и слышалась тихая музыка.

Из кресла поднялся молодой парень. Он стянул с головы наушники. Стало ясно, что музыка играла из этих самых наушников. Прибор был воткнут в ламповый усилитель через толстенный кабель.

— Привет, Диего!

— О, привет, чуваки, чё как? Вопросы?

Парень приветливо улыбнулся и продемонстрировал крупные белые зубы. Глаза его при этом внимательно следили за собеседниками. Настороженно так.

— Здравствуй, Диего. Джасвиндер сказал, что у тебя можно технику купить? В Россию, сам понимаешь, такие вещи особо не возят…

— А чё надо-то? Проигрыватель?

— И проигрыватель тоже. Мне бы звук, в кинотеатр, самый лучший. Да что-нибудь для кабинета. Что это за наушники?

— Так, лады, а что за кабинет, длина, ширина? Высокие потолки, окна большие? Это мониторы последние. Говорят, выходят за спектр человеческого восприятия. Я вот пытаюсь понять, слышу я больше или нет. Потом трек буду слушать без этих вот особых нот.

— Наушниками впечатлён, мы про них обязательно поговорим, но потом. Значит, слушай. Кабинет небольшой, три на четыре…

Три часа спустя.

— Итого сорок девять тысяч шестьсот пятьдесят долларов. Округлим до пятидесяти тысяч.

— Да, Диего, у этого белобрысого к тебе вопрос есть. Он…

Джасвиндер залипал в карманную приставку и откровенно скучал. И потому попытался прервать разговор.