Компаньон - Garret Hawke Amell

Ждать пришлось прилично, Нотт отошел в дальний угол хижины рядом с огромным креслом и прикурил сигарету от волшебной палочки. Панси и тут не выдержала, фыркнув:

— Подождать не мог?

— Чего? Пришествия Морганы? — выдохнул клубы дыма Нотт.

— Я всего лишь хочу сказать… — начала повышать голос Панси.

— Ты умолкнешь, наконец? — раздраженно вмешалась Дафна Гринграсс. — Без тебя тошно.

— Дамы, не ссорьтесь — вмешался Забини. — Тем более, что снаружи ситуация налаживается.

Он оказался прав. Одного из последних соплохвостов Хагрид поволок к сородичам. Рядом с ящиками обоженной и потрепанной группой стояли гриффиндорцы. У Дина Томаса была расцарапана щека, многие баюкали ожоги. Грейнджер была ещё более взъерошенная, чем всегда. А Поттер стоял такой грязный с головы до пят, будто его по меньшей мере весь остаток урока волокли по земле и мокрому снегу в придачу. Сейчас он пытался найти чистый лоскут рукава мантии и оттереть свои очки. На почтительном расстоянии от лесника и соплохвоста рядом семенила Рита Скиттер, Прытко пишущее перо уже что-то строчило в парящем рядом блокноте.

— Ждем ещё пару минут и выходим. — проинструктировал я. Нотт щелчком испарил окурок и умиротворенно прислонился к стене, убрав руки в карманы.

Выходили мы несколько спешно, я некоторое время наблюдал за попытками Поттера оттереть очки и тяжело вздохнул. Ну как маггл или сквиб, честное слово…

— Экскурсо — скомандовал я, нацелив палочку заодно и на одежду Поттера, которую уже можно смело называть лохмотьями.

— Спасибо — с облегчением сказал Поттер, улыбнувшись и нацепив очки на нос. Уизли за его спиной напрягся, да и Грейнджер поджала губы. Но мне до них не было никакого дела. — А ты решил не пачкаться?

— Иногда нужно уметь отступать, Поттер. Тебе бы тоже неплохо этому научиться. — хмыкнул я. Уизли фыркнул за его спиной, но я его проигнорировал.

— А что вы скажете об уроках профессора Хагрида? — вмешалась Скиттер, хищно вцепившись в нас обоих взглядом. Прытко пишущее перо скользило по пергаменту с бешеной скоростью.

— Без комментариев. — ответил я, чувствуя обеспокоенный взгляд Поттера.- Мы можем идти, профессор?

— А, да, конечно, урок окончен… — опомнился удивленный лесник, наверное, он ожидал от меня какой-то подлости. На прощание кивнув Поттеру, я направился к замку.

— Слизень… — прошипел Уизли за моей спиной.

— Помолчи, Рон. — с внезапным холодом в голосе вмешался Поттер.

— Но, Гарри… — растерялся Уизли.

Остаток перепалки я не услышал, но настроение у меня необъяснимым образом всё равно поднялось.

***

Уснуть под лекцию на Истории магии проще простого, но я в отличие от сопящих на задней парте Крэбба и Гойла, дописывал трансфигурацию. Лекции по Истории магии у меня всё равно уже куплены у старшекурсников с Райвенкло за вполне сходную цену, а что до экзамена, то в моём чемодане лежит несколько книг из домашней библиотеки вместо одобренного Министерством учебника. Так что я имею полное право освободить себе вечер хотя бы для того, чтобы просто посидеть у камина и отвлечься от учебы. Эссе по зельям я уже закончил, по Чарам Флитвик разрешил не писать ничего за отменно выполненное заклинание. Профессор вообще пребывал в очень благостном расположении духа после того, как Поттер творчески применил Манящие Чары на первом испытании.

Внезапно я услышал, как рядом со мной кто-то сел. Странно, первый ряд под самым носом у преподавателя — не сильно популярное место. С другой стороны, если кому-то так приспичило со мной пообщаться, то История магии — вполне подходящий для этого предмет. Подняв голову, я чуть не разлил чернила на эссе, над которым работал последние полтора часа. К счастью, вовремя опомнился. Рядом со мной сидела Грейнджер.

— Что тебе нужно? — осведомился я, мельком окинув взглядом класс. Но на нас никто не обращал внимания, большинство либо спали, либо были заняты своими делами. Как, например, Дин Томас и Симус Финниган, играющие в плюй-камни.

— Хочу поговорить о Гарри. — поджала губы Грейнджер, при этом, ответила таким тоном, будто это самая очевидная вещь на всем свете.

— О Гарри говори с Гарри. — отозвался я и вернулся к написанию эссе. Нужно ещё продумать заключение и указать список источников. Но вернуться к работе мне мешал сверлящий взгляд Грейнджер. Это начинало здорово раздражать. В конце концов я отложил перо. — Что-то ещё?

— Я не понимаю, что тебе от него нужно. — настояла Грейнджер.

— Да? — философски осведомился я и хмыкнул. — То есть, то, что я постарался стать его другом ты даже не рассматриваешь?

— Но ты же ненавидел Гарри с первого курса! — воскликнула Грейнджер, я на неё шикнул. Призрак Биннса прервался на минуту, потом продолжил бубнить с прежней интонацией.

— Во-первых, это не так. — спокойно ответил я, когда удостоверился, что за разговором никто не наблюдает. — Во-вторых, это ни разу не твоё дело. Всё?

— Это моё дело! — задохнулась от возмущения Грейнджер. — Гарри — мой друг! А ты явно что-то замышляешь.

— Понятно — устало вздохнул я, и взглядом вернулся к своему эссе. — Понятие личного пространства и чужого мнения, которое может отличаться от твоего, тебе просто неизвестно? Так вот, повторяю. Мои дела с Гарри касаются только меня и Гарри. Не тебя, не Уизли и не факультета Гриффиндор. Так что займи себя очередным бесполезным делом вроде Фронта Освобождения Рабского Труда. А от меня отстань.

— Это не бесполезное дело! — взвилась Грейнджер. — Просто такие, как ты, не способны сопереживать другим! Поэтому я и беспокоюсь о Гарри.

«Ну всё, достала.» — вышел из себя я. Пришлось несколько раз глубоко вдохнуть. Очень хотелось крепко выругаться, но каким-то чудом мне удалось сдержаться. Вместо этого я сказал:

— А такие, как ты, Грейнджер, не способны увидеть дальше своего носа. Приходите в волшебный мир и думаете, что можете перекроить его под себя. Совершенно упуская, не иначе как по-волшебству, что мир под вас и ваш комфорт подстраиваться не обязан. Конкретно ты, например, горишь желанием освободить домовых эльфов. Забывая о том, что эти существа живут, чтобы