Судья. Время перемен! - Юта Пахомова

удалось разглядеть лишь краем глаза в тот момент, когда она меняла положение тела, переходя из одной позы в другую, для того, чтобы продолжить бой и не попасть под когтистую лапу любого из зверей, которые сейчас нападали на нее.

Не вставая, девушка тут же подняла вверх свой оставшийся нож и попыталась поранить рысь, пока она была больше всего уязвима — в момент приземления на четыре лапы. Однако ей не повезло. Времени, чтобы завершить удар, у нее катастрофически не хватило. Лис, который хоть и пострадал от ее ножа, все же не выбыл из боя и вцепился ей в плечо своими зубами так сильно, что Мия закричала в голос.

Если бы она сменила траекторию своего удара и прицелилась на нападавшего лиса, то ее корпус остался бы без защиты, и, несмотря на всю боль в плече, все же дождалась момента, когда рысь, сам того не желая, напоролся на ее нож и зашипел от боли. Как только это произошло, Мия тут же выдернула нож из плоти рыси, что получилось слишком легко, и нанесла еще один удар, при этом вкладывая в него куда больше силы, чем в прежней, чтобы покончить с ним раз и навсегда. В этот раз ей пришлось приложить больше силы, чтобы не только поранить рысь, но и протянуть лезвие ножа ниже — тем самым добиваясь максимально сильного повреждения.

Кровь тут же полилась на нее, пачкая не только одежду, но и руки, а также и лицо. Капли попали и на губы, и на язык, тут же обжигая ее вкусовые рецепторы, лишь сгущая краски и напоминая, что все это не игра и сейчас она лишает жизни не животного, а такого же человека, как и она сама.

Раненный рысь, к счастью, не упал на нее, а попытался спасти себя и уйти от удара, но, сделав пару шагов, все его лапы подкосились, и он рухнул. Он попытался обратиться в человека, но из-за нехватки сил он то и дело переходил из одной формы в другую, надеясь, что так ему удастся минимизировать ущерб. Однако смерть настигла его раньше, чем тело смогло полностью регенерировать.

Мия же лишь услышала звук падения, так как уже успела переключиться на Лиса, который и не думал ее отпускать. Его челюсть была плотно сжата у нее на плече, а лапы частично расцарапали ее спину, что причиняло нешуточную боль. Кровь так сильно залила ее одежду, что кроме удерживающей его пасти, лис не мог удержаться больше нигде.

Регенерация хоть и работала, но она не успевала справляться с той скоростью нанесения ударов, которой нападал лис. Будь она обычным человеком, то она бы уже успела погибнуть от кровопролития, однако Мия не была готова сдаться так быстро.

Время на раздумья не было, и Мия решила поступить кардинально эффективно, но в то же время болезненно для себя. Она занесла руку себе за спину, крепко сжимая рукоять ножа. Чтобы избавиться от лиса, она решила вместо того, чтобы скидывать его — заблокировать и нанести удар. Мия, не вставая, резко наклонилась спиной назад, придавливая животное своим телом. Тот явно этого не ожидал, однако, вместо того, чтобы отступать, он вцепился зубами еще сильнее, вырывая часть ее плоти. Боль была столь сильной, что у нее на долю секунды замельтешило перед глазами, ее затошнило, а адреналин возрос так сильно, что все виделось в красном свете. Боль от постоянного применения дара Эммы также причиняла неудобство, но думать об этом сейчас было некогда — на кону была ее жизнь, а противники ничуть не уступали ей в силе.

Глава 23. Под впечатлением.

Мирон

Информация о том, что те, кто заказал Мию, направляются к ней в город палачей, была передана ему слишком поздно. Ему совершенно не хватало времени, чтобы предупредить саму девушку и хоть как-то подготовить ее к грядущему нападению. Сам он находился в лавке с оружием, где наконец смогли полностью восстановить его укороченное копье, которое он сдал на починку в день своего приезда сюда. Он как раз расплачивался с мастером, когда его доносчики сообщили, что два альфы сейчас находятся у въезда в город.

Быстро покончив со своими делами, Мирон тут же направился за толпой, при этом стараясь не сильно злиться, что его доносчики сработали так запоздало. Ошибка, которую они редко допускали, но которая сейчас могла обернуться катастрофой.

Он успел добраться на площадь чуть раньше, чем большинство жителей. Мирон даже лично видел, как две относительно современные машины припарковались чуть дальше десяти метров от Мии, которая, на удивление всех, не стала паниковать, убегать и трястись от страха. Она держалась уверенно и гордо, что сразу зацепило не только его самого, но и тех, кто наблюдал за происходящим. Именно ее уверенность заставила вместо бездумного поступка встать прилюдно на ее защиту, слиться с толпой и выступить, когда в этом будет необходимость.

Такая необходимость наступила куда раньше, чем он планировал, так как вместо разговора Мия сама решила нанести удар, чем удивила немало людей и двуликих. Те, кто все время в ней видел лишь зарвавшегося подростка, тут же пожалели о своих суждениях и пристально присмотрелись к той, кто все это время жил среди них.

Краем глаза Мирон заметил, что и Стержень следит за всем происходящим, но почему-то не спешит ей на помощь, и член Триумвирата даже догадывался почему. Умение защитить себя в их среде не менее важно, чем репутация, и если он сейчас все остановит, то тем самым он признает, что не воспринимает Мию как равную им, чем сильно нарушит ее планы, да и возможность в будущем сделать все задуманное. Он поступил также, как в первую потасовку, стоило ей прибыть в этот город, но в отличие от того раза, сейчас был шанс того, что все может обернуться трагедией.

Что же касается самого его, то Мирон смотрел на происходящее, но не вмешивался, обдумывая, стоит ли ему лезть вовсе. Стоит ли ему открыто поддержать Мию и встать на ее сторону, и это решение ему нужно было принять до того, как ситуацию нельзя будет повернуть вспять?

впрочем, неважно, насколько сильна Мия была сейчас, но против нее были многим известные альфы, которые славились своей гнилой натурой и тем, что вокруг себя они держали отборных бойцов. Именно так они удерживали свою позицию и могли не опасаться, что их захотят сместить с нее. Бойцы были им непросто преданны,