Клининг. Магия VS Швабра - Галина Мерзлякова

— Умеешь ты утешать, — вздохнул Свят. — Блин, что-то мне подсказывает, ещё парочку таких, и «Сосун» не выдержит.

— У нас ещё паровые швабры есть, — напомнила я. — Можем попробовать их, так сказать, «развести», обработаем паром чтобы они не такими плотными были, будет проще собирать в контейнеры. У нас же нет никакого большого бака под эктоплазму.

— Да, не брали, не рассчитывали, — вздохнул Свят. — В следующий раз, мало того что контейнер, я ещё эти ранцы возьму с излучателями.

— Они ж бесполезные, — перевела Алиса взгляд на нас. — Только и умеют, что фиксировать и стопорить, а потом всё равно в контейнер.

— Ну, хотя бы фиксировать, — вздохнула я и проворчала: — Когда уже нормальные, полноценные приблуды сделают? Ладно, попробуем по старинке — просто сметать метлой.

— Слушайте, — подложил Иеремий, — а давайте я вам их освящу. Ну, в смысле, метлы. Намного меня не хватит, но должно помочь.

— А давай! — хором откликнулись мы.

Иеремий принялся читать молитвы. Наш инвентарь окутал золотистый свет. Не знаю, как это выглядит от первого лица, но со стороны выглядит крайне эффектно. Тени, которые были рядышком, брызнули во все стороны.

— Кажется, им не нравится, — усмехнулся Свят.

— Ещё бы. — Я подняла метлу. — Ну что, начнём выметать гадость?

Процесс уборки пошёл гораздо быстрее, чем раньше, и эффективнее. Надо будет посоветовать другим командам тоже завести себе инквизитора. Хотя подозреваю, патриархи церкви обозначат наши желания как «зажрались», да и Рубинин будет против — он церковь не очень любит.

Иеремий, правда, после освящения снова провалился к стеночке и попытался изобразить из себя белое полотно. Кажется, ему подобное давалось очень тяжело. Я покопалась в памяти, но так и не вспомнила: а могут ли вообще инквизиторы и экзорцисты что-то благословлять и святить? Вроде бы не могли. Ладно, допустим, это личное свойство Иеремия.

В какой-то момент уборка второго этажа превратилась в настоящее поле боя. Тени, несмотря на то что был разгар дня, агрились на нас, вились вокруг, пытались опутать. Одно из таких щупалец умудрилось схватить меня за ногу. Голова тут же закружилась. Ну да, я, конечно, нулёвка, но что-то из меня выжать можно, например жизненные силы. Я со всей дури ударила по нему метлой. Щупальце превратилось в кляксу, которую я сразу же смела, выкинула в мешок и завязала. Мешок иногда дёргался, но пока держал.

Иеремий, немного оклемавшись, по стеночке подошёл к самому большому, самому активному мешку, куда мы уже накидали кучу теней, приголубил его крестом. Просто так, без каких-либо молитв. Мешок несколько раз дёрнулся и затих. Иеремий сполз по стеночке на пол. Кажется, я понимаю, почему его не берут в экзорцисты. У него запас благодати как желудок у котёнка.

Судя по тому, с каким энтузиазмом на нас нападали тени, где-то должен быть их источник. Вот только, скорее всего, на втором этаже его точно не было — ползли явно с первого.

— Да чтоб тебя, золотая рыбка! — воскликнул Свят.

Я обернулась на него, пытаясь понять, что же там у него такое случилось. До этого бесперебойно работающий пылесос начал дымиться и скрежетать. Кажется, ему окончательно пришёл конец. В какой-то момент он даже вспыхнул и загорелся, пришлось сбивать пламя с помощью тряпок. Мы стояли вокруг почившего пылесоса, пытаясь прикинуть масштаб бедствия. Всё, что нам оставалось — почтить его память минутой молчания, потому что восстановлению он, кажется, не подлежал. Я на всякий случай уточнила, можно ли его починить, но получила лишь подтверждение своей догадки.

— Нет, — отмахнулся Свят, — но в принципе для беспроводного и нового он ещё неплохо отработал.

— Его на целый дом не хватило, — напомнила я.

— Зато какой дом, — отмахнулся Свят. — Надо было два брать на всякий случай. Хотя кто бы нам два дал? — задал он резонный вопрос и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Эх, тогда надо было брать и «Сосун», и тот немецкий, тоже бы протестировали.

Я только закатила глаза, потому что два таких пылесоса нам бы никто не дал, даже если один из них был бы немецким.

— Ничего наш старенький «Буран» не заменит, — вздохнула Алиса.

Я покивала, соглашаясь с ней: «Буран» бы такое точно пережил.

— Ладно, будем по старинке. Метлой и совком. Тем более метла у нас освящённая, работает не хуже пылесоса.

— Только дольше, — вздохнул Свят. — И спина после них болит.

— Спина болит после веников, а пока мётлы в зубы — и пошли.

Как показала практика, освящённые мётлы работали очень даже неплохо. Так что всё, что нам оставалось, — отбиваться от основных щупалец и сметать их в мешок. Мешок потом освящал Иеремий, снова после этого ненадолго отваливался, но приходил в себя, так что можно было сказать, что дело пошло. На второй этаж щупальца теней лезли со страшной силой. Похоже, внизу действительно был основной рассадник.

В какой-то момент они явно поняли, что от нас со Святом и Алисой ничего получить будет нельзя, а вот Иеремий стал для них лакомой добычей. Поэтому практически все тянулись к нему, так что, вольно или невольно, священник у нас оказался в роли подсадной утки. Всё, что нам оставалось сделать, —поставить его назад и заниматься своими делами, то есть заметать подползающие тени.

— Вас вообще ничего не смущает? — страдал Иеремий.

— Нет, — отмахнулась я. — Пока это работает, до тебя же никто не дотянулся.

Он закатил глаза:

— Ну, так это пока.

Мне оставалось только ехидно улыбнуться. В работе, как и на войне, все средства хороши, особенно такое удачно подвернувшееся. Нет, если бы «Сосун» всё ещё работал, возможно, мы бы обошлись без попытки изобразить приманку в виде