Вайпертон. Северный округ - Кира Алиевна Измайлова

Сейчас-то там сухо, а раньше что было? Неизвестно… Ну или крысы ее погрызли, это они запросто! – Не перебивай, – одернула Либби и движением руки развернула поверх схемы коммуникаций еще одну. – Вот, друзья мои, то были известные тоннели, а это – те пустоты, которые мы обнаружили при сканировании. Красные линии видите? Часть совпадает с планом… не везде, правда, но тому виной, надо думать, обрушения. А часть… – Да это не холм, а кусок сыра какой-то! – присмотревшись, восклинул Дженкис. – Сколько же там дыр? – Сам видишь, полным-полно, – ворчливо ответила эксперт и ткнула пальцем в экран. – Вот отсюда, из коллектора неизвестный тоннель ведет вверх. Но глядите, от него отходят другие! На плане их нет и быть не может, в них нет никакой необходимости. – Но они существуют… И что, ты хочешь сказать, кто-то прокопал эти лазы нарочно? Крот-мутант, что ли? – пресерьезно спросил Текс. – Крот или не крот, выяснять вам. А я пока могу только подтвердить, что кровь на решетке принадлежит Ричарду Маккерну, – мрачно сказала Либби и воткнула стилус в тяжелый узел волос на затылке. – И… секунду. Что у вас там? Она выслушала сообщение, отключила связь и тяжело вздохнула. – Дроны обнаружили кое-что. Вот, полюбуйтесь… Взглянув на снимок, Текс подавил желание выругаться, а Эл невольно зажала рот ладонью. Ну, подумал он, ей простительно, в академии, наверно, такого не показывают даже на картинках. И если даже Эл бывала в морге, там тоже вряд ли имелось такое. Дрон заснял руку. Детскую руку. Правда, узнать ее в этом ошметке плоти можно было только по сохранившейся части кисти, по иронии судьбы – с замолчавшим браслетом на запястье. – Ее что, жевали, что ли? – подала голос Эл. – Скорее уж, дробилкой прошлись, – ответил Пол, прокашлявшись. – Либби, там никаких вентиляторов нету? А то ведь если человека в промышленный затянет, фарш получается, тебе ли не знать! – Нет, – покачала та головой, видно, тоже вспомнив то дельце, – конструкцией не предусмотрено. Да и зачем они? – Чтоб ремонтники не задохнулись. – Там и естественной тяги более чем достаточно. – Либби почесала в затылке и развернула еще один экран. – Я вот слушала записи ваших переговоров… Ботинок там, значит, валялся? Вроде как пожеванный? – Мне так показалось, – ответила Эл. – Ну, его уже притащили… И, – женщина развернулась к ним, – тебе не показалось. Он в самом деле изжеван. И если это сделала не та же тварь, что оторвала мальчику руку, то я съем свой диплом! – Вот так и слазил техник проверить коллектор… – пробормотал Дженкис. – За давностью лет уже ничего не установишь, – сказала Либби, – этому ботинку лет сорок самое меньшее. И следов крови на нем нет, так что… – Угу, техник кинул им в страшилище и утек через люк, пока то жевало добычу, – мрачно пошутил Нортон. – И никто ему не поверил, сказали, поди, пить надо меньше, особенно на службе. – Ну, насчет этого ты не промахнулся, – ответила эксперт. – Пустые бутылки там в закоулках валяются. Дешевое пойло, его давно не производят. Ну и на этикетках год обозначен, ясное дело, так что можно примерно представить, когда там отдыхал техник. Этот, с ботинком, или другой, уже не важно – больше тридцати лет прошло с тех пор, как последнее плановое техобслуживание проводили. – Слушай-ка! – заинтересовался Пол. – А не отыскать ли этих техников? Наверняка они еще живы, могут припомнить что-нибудь интересное! – Ну вот и займись, – согласился Текс. – Надеюсь, хоть записи о нанятых работниках сохранились? – Ага, есть, – через пару минут ответил Дженкис. – Пойду в нашу машину, попробую выцепить кого-нибудь из этих ребят и убедить их, что я не чокнулся, с такими-то вопросами! – Я в тебя верю, – серьезно сказал ему Нортон. – Либби, а ты над чем колдуешь? – Да вот гляжу на снимки, которые Эл сделала. – На которых Пол глаза какие-то нашел? – Они самые… Погоди, сейчас компьютер это дело обработает, посмотрим, что там может быть и какого размера… Ждать пришлось довольно долго – компьютеру не хватало данных для построения модели, да и качество снимков оставляло желать лучшего. Наконец, он все-таки выдал… что-то. – Ну-ка, поглядим… – Либби развернула изображение и протяжно присвистнула. – Значит, Текс, говоришь, ты не веришь в монстров из канализации? – Кажется, теперь верю… – ответил он, посмотрев на страшилище, сконструированное умной машиной. – Но что это за тварь?! – Я откуда знаю? – пожала женщина могучими плечами и повертела модель (удалось достроить только часть щетинистой головы с двумя круглыми глазами, длинными не то усами, не то рогами и вытянутыми отростками неясного назначения, а еще мощную когтистую лапу). – Но это явно не крот. – Да уж, это какой-то жукоглазый пришелец, – пробормотала Эл. – А оно большое? – Пожалуй, с крупную собаку вроде овчарки, а то и больше. Точнее не скажу, неизвестно же, какое у нее тело! Если это одна голова или головогрудь… – Либби развела руками. – Можно только гадать. – Что-то мне эта тварь напоминает… – протянул Текс и поскреб в коротко стриженном затылке. – Правда жука какого-то. Но где я мог видеть такое страшилище? – В книжке? – поддела Либби. Все знали, что Текс Нортон – не большой любитель чтения. – В музее? В школьной коллекции? – Да не сбивай ты с мысли! – Он глубоко задумался, но на ум ничего не шло. – Ладно, я выйду покурю… – Уж будь любезен, не дыми возле машины, – тут же сказала эксперт, – я твой горлодер не переношу! А я пока попробую поиск соответствия изображений запустить, вдруг что найдется? – Давай, – кивнул Текс и выбрался из фургона. 4 Уже сгустились сумерки. Впрочем, в большом городе никогда не бывает полной темноты, и если нигде ничего не светится, значит, либо жители ждут авианалета, либо отрубились разом все подстанции. Так или этак – все одно катастрофа. Сам Текс войны и последующей катастрофы, понятное дело, не помнил, тогда еще и его отца в помине не было. А дед вот помнил и под настроение рассказывал кое-что о том, о чем не писали в открытых источниках и уж тем более в школьных